Невеста на откуп - Наталья Белецкая

Через десять минут дверь распахнулась, и в зал вкатили громоздкое кресло на колесах. Рядом вышагивали рослые мужчины в камзолах дворцовой стражи. Это еще что? Рассматривая странную конструкцию, я не сразу узнала человека, который сидел в кресле.

– Жива все-таки, – произнес смутно знакомый старческий голос. – А я, признаться, не верил…

Герцог! От ужаса внутренности словно заледенели. Сейчас он выглядел так, будто перешагнул столетний рубеж, будучи обычным человеком. Лысый, обтянутый дряблой, тонкой кожей череп, красные, воспаленные рытвины на руках и щеках, редкие, желтые зубы во рту, который кривился в подобии улыбки. А еще отвратительный запах! Только тут я сообразила: герцог в прямом смысле гнил изнутри.

Какой кошмар! Зачем он тут? Неужели Его Величество решил прямо здесь казнить предателя?

– Да, жива, – подтвердил Ллойд. – Не получилось у вас её убить.

– Ну почему же не получилось? – прохрипел отец. – Очень даже получилось. Я ведь сейчас чувствую откат только от одной нарушенной клятвы, а до недавнего времени откатов было два. Интересно, каким образом вам удалось её воскресить?

Ллойд отчетливо скрипнул зубами.

– А ты молодец, – обратился ко мне герцог. – Хорошо устроилась, хранителя окрутила. Он даже нашел возможность воскресить тебя. Сразу видно мою кровь.

– Не надо сравнивать кровь рода и собственное стремление к власти, – обрубил муж, – даже родную дочь приказали убить.

– Да. Только ты тоже поспособствовал её смерти, сделал все, чтобы у меня не осталось другого выхода, – прищурившись, заявил отец. – Сам подставил её. Сделал так, чтобы я не мог соблюсти условия. Женился на ней, вывез старуху и мальчонку. Ты ведь знал, что другого выхода, кроме как заказать её убийство, у меня не будет. Знал! Сам подставил жену…

Я видела, что слова герцога били по Ллойду наотмашь. Отец это понимал и наслаждался триумфом.

– И в Тасар меня отправил, тоже потому что у тебя другого выхода не было? – ядовито спросила я. – Ты ведь понимал, что меня убьют из-за твоих махинаций.

– В жизни всегда так бывает: выживает сильнейший, или более приспособленный. Не ожидал я, конечно, что ты так замечательно приспособишься. С другой стороны, такой талант обольщения, – герцог пошло ухмыльнулся, окинув меня придирчивым взглядом, – грех не поставить на службу. Верно?

Он что намекает, что Ллойд поставит мой талант обольщения к себе на службу?

– Достаточно! – резко вмешался в наш разговор посол. – Его величество скоро будет здесь.

И, действительно, через пару минут в зал вошел король со свитой. Мужчины склонились в поклонах, я присела в реверансе. Заняв стоявшее по центру роскошное кресло, монарх быстро нас поприветствовал и кратко поблагодарил. Потом подозвал посла и вручил ему магический пропуск в королевскую библиотеку.

– Знаю, что вы, лорд Эйбрил, увлекаетесь древней историей, и хотели бы почитать рукописи эпохи правления Эдо, – с улыбкой сказал король.

– Вы осуществили мою мечту, ваше величество! – с восторгом посматривая на пропуск, произнес посол.

Он действительно был рад такому подарку. Затем настала очередь Ллойда.

– Я подумал над вашей просьбой, хранитель, и решил удовлетворить её. Регалии рода вы с собой принесли?

– Да, – кивнул Ллойд и достал из внутреннего кармана тонкую, длинную – примерно с пол локтя – палку с набалдашником.

Как он её там прятал?

– Теперь твоя очередь, Энри.

Я не сразу поняла, что его величество назвал моего отца по имени.

– Помню уговор, – просипел герцог и бросил мне: – подойди.

Сказать откровенно, не хотелось, но супруг утвердительно кивнул, и я сделала два шага вперед. Мне подумалось, что сейчас его вид отражал внутреннюю сущность – гнилой, неприятно пахнущий человек.

– Подойди ближе, – прошептал отец. – Неужели муж не сказал тебе, что задумал?

– Чего ты шепчешь? – разражено спросил король. – Проводи обряд, как надо. Иначе никакой милости.

– Я понял. – Он откашлялся и торжественно начал: – Сегодня, призывая в свидетели солнце и луну, небо и землю, под всевидящим оком Творца и в присутствии этих людей, я – Энрир Лидсвей, герцог Ранский – беру в свою семью Станиславу в девичестве Вирон, мою дочь, рожденную…

Я слышала слова принятия в род и не могла поверить в то, что это все происходит на самом деле. Когда-то давно мне казалось, что все проблемы решатся, как только отец официально признает меня дочерью. Только научившись читать, я нашла в библиотеке описание обряда и мечтала о том, что когда-нибудь это случится.

И вот сейчас, глядя на дрожащего, лысого старика, в которого превратился мой отец, я вспоминала ту глупую мечту, и понимала, что сейчас мне это совсем не нужно. Весь обряд прошел, как в тумане. Я встала на колени, принесла клятву, герцог дотронулся до меня скипетром, по телу пробежал холодок – принятие в род свершилось.

Ллойд помог мне подняться, а отец нетерпеливо сказал:

– Я выполнил все, о чем мы договаривались, теперь ваша очередь. Ори, ты обещал мне…

– Прямо здесь? – удивился король.

– Ты обещал незамедлительно.

– Хорошо…

– Ваше величество, мы с леди Станиславой тогда выйдем, – вмешался Ллойд. – Не думаю, что ей стоит видеть такое.

– Да, ладно! Она, должно быть, мечтает об этом…

– Не надо всех судить по себе, – выплюнул в лицо герцогу мой муж и, дождавшись кивка от короля, вывел меня из зала.

– Ллойд, что происходит? – поинтересовалась я. – Что за милость?

– Твой отец попросил быстрой смерти. Откат от нарушения присяги продолжает действовать. Проклятье с каждым часом крепнет. Чтобы герцог провел обряд, его накачали всеми возможными обезболивающими: напоили микстурами, повесили специальные артефакты и наложили чары. Но все это помогает только на короткое время. Последние три-четыре дня твой отец постоянно испытывает сильнейшие боли, но обезболивающих ему не дают, – объяснил супруг. – Говорят, этой ночью он орал так, что сорвал голос, и перед этой встречей герцогу восстанавливали связки. Прошло уже около получаса, обезболивающие слабеют.

– Какой ужас! Ему там сейчас отрубят голову?

– Нет. Задушат, или просто остановят сердце. Не думай об этом. – Ллойд меня обнял. – Он знал, на что шел. Успокойся, любимая. Сейчас мы подпишем договор. Раз герцогиня умерла, то опекунство переходит к старшему родственнику в семье. Ты вошла в род, значит, стала старшей родственницей, но поскольку ты подданная другой страны, обязанности доверяют старшему родственнику мужского пола*

______

В Велии женщина не переходит в семью мужчины полностью, поэтому у неё бывают некоторые права и обязанности по отношению к семье, в которой она выросла. Именно поэтому и был возможен этот обряд, несмотря на то, что Стана уже была замужем.