Четвертое Правило Волшебника, или Храм Ветров - Терри Гудкайнд

Но даже их веселье не вызвало у Ричарда улыбки.

— Здесь, магистр Рал, — сказал генерал Керсон.

Он показал на облупившуюся дверь, чуть утопленную в фасад здания. Небольшая вывеска гласила: «Меблированные комнаты Латертона».

Крупный мужчина, сидящий с бутылкой и сухим бисквитом за обшарпанным деревянным столом, даже не обернулся. Он смотрел в пространство покрасневшими глазами. За ним виднелась лестница наверх, в темный узкий коридор.

— Закрыто, — пробормотал он.

— Ты Сайлас Латертон? — спросил Ричард.

Мужчина озадаченно посмотрел на него из-под нахмуренных бровей.

— Угу. А ты кто? Лицо твое мне вроде знакомо.

— Я Ричард Рал. Возможно, ты заметил мое сходство с моим братом, Дрефаном.

— Дрефаном… — Сайлас наконец сообразил, что к чему. С грохотом опрокинув стул, он вскочил и поклонился. — Магистр Рал! Простите меня. Я вас не узнал. Я никогда вас раньше не видел! И не знал, что этот целитель — ваш брат. Умоляю магистра Рала о прощении…

— Покажи мне комнату, где… где была убита та женщина, — велел Ричард.

Дважды поклонившись, Сайлас Латертон заспешил наверх, застегивая на ходу рубашку. Ступеньки стонали и скрипели под его тяжестью.

Он остановился перед дверью в самом конце узкого коридора. Стены были выкрашены красной краской, и свечи на стене почти ничего не освещали. Вонь была омерзительной.

— Сюда, магистр Рал, — указал Сайлас.

Он хотел открыть дверь, но Райна схватила его за воротник и отшвырнула в сторону. Под ее грозным взглядом Сайлас застыл как вкопанный. Взгляд Райны мог заморозить и грозовую тучу.

Она открыла дверь и с эйджилом на изготовку вошла в комнату. Ричард подождал, пока Райна проверит комнату на предмет скрытой опасности. Так было проще, чем спорить. Потом Ричард и генерал Керсон вошли, а Улик с Иганом, как всегда, заняли пост у двери.

Смотреть тут было особенно не на что: кровать, сосновая тумбочка и умывальник. Грубый сосновый пол был почти весь залит кровью.

Такое количество крови Ричарда не удивило. Генерал рассказал, что сделали с женщиной.

Вода в умывальнике тоже была кроваво-красной. И полотенце на краю умывальника. Убийца перед уходом тщательно смыл с себя кровь. Либо он чистюля, либо, что вероятнее, не хотел идти мимо Сайласа Латертона в таком виде.

Ричард открыл тумбочку. Там лежала аккуратно сложенная одежда и больше ничего. Он закрыл дверцу.

— И никто ничего не слышал? — Сайлас отрицательно покачал головой. — Женщину так истерзали, отрезали груди, нанесли огромное количество ножевых ран, и она не кричала?

Ричард сообразил, что от усталости говорит очень резко, и постарался взять себя в руки.

Сайлас нервно сглотнул.

— Ей вставили кляп, магистр Рал. И руки связали.

— Она наверняка должна была отбиваться ногами. — Ричард бросил на него подозрительный взгляд. — Если бы меня резали на кусочки, заткнув рот кляпом и связав руки, я хотя бы попытался ногами опрокинуть умывальник.

— Я ничего не слышал. И никто не слышал. Женщины обязательно прибежали бы ко мне, если бы что-то услышали. Они всегда прибегают, если что-то не так. Всегда. Они знают, что я не жалею денег, когда нужно их защитить.

Ричард потер глаза. Из головы у него не выходило пророчество.

— Приведите сюда остальных женщин. Я хочу с ними поговорить.

— Все ушли от меня после… — Сайлас слабо махнул рукой. — Осталась только Бриджит.

Он поспешил в конец коридора и постучал в последнюю дверь. Потом что-то тихо проговорил, и из-за двери осторожно выглянула взлохмаченная рыжая женская головка. Затем она скрылась, и через минуту женщина выплыла в коридор, зажимая рукой воротник бежевого халата. Быстро завязав пояс, она пошла вслед за Сайласом к Ричарду.

Ричард злился на себя самого. Несмотря на все попытки быть объективным, Дрефан уже начал ему нравиться. Дрефан — целитель. Что может быть благородней этого занятия?

Сайлас и Бриджит поклонились. Их вид соответствовал самочувствию Ричарда: они были грязные, уставшие и оба в полном душевном смятении.

— Ты слышала что-нибудь? — Бриджит покачала головой. Взгляд у нее был затравленный. — Ты знала убитую?

— Рози, — сказала Бриджит. — Я видела ее всего раз, и то мельком. Она только вчера у нас появилась.

— Есть у вас предположения, кто мог ее убить?

— Мы знаем, кто это сделал, магистр Рал, — мрачно ответил Сайлас. — Толстый Гарри.

— Толстый Гарри? Кто это? Где нам его найти?

Впервые за это время лицо Сайласа исказилось от гнева.

— Не надо мне было пускать его сюда еще раз. Женщинам он не нравился.

— Ни одна из девочек не хотела его принять, — поддержала Сайласа Бриджит. — Он пьяница, а когда напивается, становится просто ужасен. Почему мы должны это терпеть, если в городе стоит такая армия… — Она осеклась, глянув на генерала, и закончила мысль несколько иначе: — У нас сейчас достаточно клиентов. И незачем обслуживать таких пьянчуг, как толстый Гарри.

— Все женщины в один голос твердили, что больше не желают его видеть, — кивнул Сайлас. — Когда прошлой ночью он заявился, я знал, что они все до единой откажутся. Но Гарри настаивал, и вид у него был довольно трезвый, вот я и спросил Рози, не примет ли она его, поскольку она новенькая и не знала…

— Не знала, что ей угрожает опасность, — докончил Ричард.

— Не совсем так, — возразил Сайлас. — Гарри не выглядел пьяным. Но я знал, что другим женщинам все равно, пьяный он или трезвый, поэтому спросил Рози, не возьмется ли она. А она ответила, что деньги лишними не бывают. Гарри был у нее последним клиентом. Ее труп обнаружили вскоре после его ухода.

— Где найти этого Гарри?

— В подземном мире, где ему и место! — прорычал Сайлас.

— Это ты его убил?

— Никто не видел, кто перерезал его жирную глотку. Не знаю, кто это сделал.

Ричард посмотрел на длинный кинжал на поясе Сайласа. Он не винил этого человека. Ричард сам бы с удовольствием прикончил этого толстого Гарри — правда, сначала судил бы его и подверг исповеди, чтобы убедиться, что это преступление совершил именно он.

Для того и существовали Исповедницы — чтобы не допустить ошибки. Одно прикосновение магии Исповедницы — и преступник расскажет все, что он совершил. А Ричарду не очень хотелось, чтобы Кэлен слышала, что сделали с этой женщиной, Рози. И уж в особенности не от того мерзавца, который ее убил.

Ему противна была сама мысль, что Кэлен прикоснется к этому человеку. Человеку, убившему женщину с такой изощренной жестокостью. Он боялся даже представить, какие жуткие кошмары будут потом преследовать ее по ночам.