Дом Солнц - Аластер Рейнольдс

— Вы собирались забрать свою коллекцию из грузового отсека, — напомнила Каденция.

Я кивнула, хотя никакого энтузиазма не чувствовала:

— Много времени это не займет, большинство старых кораблей вылетят сами.

— Как договаривались, пока вы забираете коллекцию, мы начнем знакомиться с кораблем, — проговорил Каскад и кивнул на неподвижного соплеменника. — Геспера можно поднять на орбиту уже сейчас. В этом случае мы лучше подготовим его к перелету.

— Я больше его не увижу?

— Увидите, если его восстановят, а вы проживете достаточно долго, — ответила Каденция.

— Геспер может и не вспомнить нас. Гарантий ведь нет?

— Мы позаботимся о том, чтобы его долг перед вами был оплачен, — заверил Каскад.

— Дело не в долге, а в дружбе. Мы с Лихнисом относились к нему по-человечески, и, по-моему, он к нам тоже.

— Ни о чем не беспокойтесь, Геспер в надежных руках, — убедительно сказала Каденция.

— Вы поможете его погрузить? — спросила я. — Я в течение часа приготовлю свой шаттл и выведу на посадочную площадку. Чтобы подняться на орбиту, нужно разрешение Чистеца, только вряд ли он станет возражать, — в конце концов, это его затея.

— Вам это хлопот не доставит? — спросил Каскад.

— Других дел у меня на сегодня не запланировано.

— В таком случае ваше предложение с удовольствием принимается. Геспера мы подготовим.

— Пожалуйста, позаботьтесь о нем, — попросила я.

Я оставила роботов с Геспером и вернулась в открытую аудиторию к Лихнису. Тот по-прежнему сидел с Чистецом и остальными, пристально следя за Волчник. Вот он заметил меня и пересел подальше от чужих ушей.

— Я лечу на «Серебряные крылья», чтобы передать управление Каскаду и Каденции, — объявила я, приблизившись. — Они забирают Геспера.

— Вернешься скоро?

— Мне нужно лишь освободить багажный отсек и утвердить смену владельца. На Невму планирую высадиться к полуночи, самое позднее — к завтраку.

— Я с тобой. — Лихнис поднялся со своего места.

— Не надо! Пожалуйста, не надо! Отдавать корабль роботам и так тяжело, а в твоем присутствии будет невыносимо. Знаешь ведь, что для меня значат «Крылья».

— Знаю, — кивнул Лихнис. — Тебе лучше лететь одной.

— Когда покончу с этим, станет легче. Я просто хотела сказать, куда направляюсь. Со мной ничего не случится, обещаю.

— Проследи, чтобы эти роботы ничего лишнего не прихватили.

— Не волнуйся, прослежу.

Лихнис поцеловал меня и сжимал в объятиях, пока я не высвободилась.

— Однажды они поймут, что ошиблись, и пожалеют об этом. Чистец уже понял, что гибель Минуарции представила все в новом свете, но, раз уж пообещал твой корабль роботам, на попятную не пойдет.

— Если они вернут «Крылья» хоть с одной царапиной, то поплатятся, клянусь!

— Вот это настрой! — Лихнис улыбнулся. — Давай лети и поставь точку на этом идиотском наказании.

Я снова поцеловала Лихниса, взяла его за руки, а отпустив, повернулась к Чистецу, который тайком за нами наблюдал.

— Я собираюсь подняться на «Крылья», чтобы передать управление роботам. Ты ведь не возражаешь?

— Разумеется, нет, — ответил он и перевел взгляд на Волчник, словно не мог смотреть мне в глаза.

Голова гордо поднята, спина прямая — с чувством маленькой победы я отправилась на посадочную площадку. Шаттл уже ждал меня, а вскоре появились люди-машины с золотым грузом.

Над Имиром мы поднялись без происшествий. Я смотрела на удаляющиеся башни и слегка повернула шаттл, чтобы хоть мельком взглянуть на балкон. Мозаика Волчник сверкала на солнце — бриллиантами блистали двести пятьдесят шесть граней, некогда составлявших человеческое тело. Между стеклянными плитками двигалась черная фигурка. Мелькнула рубиновая искра — выстрелил энергетический пистолет, потом балкон заслонила башня. Шаттл набрал высоту и вскоре попал в разреженные слои атмосферы, где проигрывались картины жизни Минуарции. Роботы стояли у меня за спиной, между ними лежал Геспер. Оба, каждый со своей стороны, крепко держали его за плечи. То же самое я видела на борту «Серебряных крыльев», когда они пытались наладить с ним контакт. Сейчас, как и тогда, золотая броня Геспера словно превратилась в податливую глину.

Я велела шаттлу привести положение и скорость в соответствие с полярной орбитой корабля. «Крылья» тотчас замаячили вдали и стали приближаться так быстро, что шаттл затормозил, дабы избежать столкновения, которое до последней секунды казалось неминуемым. В салоне мы почувствовали только, что резко замедлились. По команде шаттла открылся грузовой отсек, и мы вплыли в чрево прекрасного хромированного лебедя, который так долго был моим кораблем. Я переключилась на ручное управление, провела шаттл меж кораблей своей коллекции и поставила в свободный отсек, который использовала в прошлый раз. Фиксаторы поля заблокировали шаттл, я перевела двигатель на холостой режим, и мы выбрались из салона. Я шла первой, Каскад и Каденция несли Геспера, и так добрых полкилометра до ближайшей камеры переброса.

— Добро пожаловать, Портулак! — беззвучно обратились ко мне «Серебряные крылья». — У тебя посетители. Ты привела этих особей добровольно или по принуждению?

«По принуждению, — мрачно подумала я, — только виноваты не эти машины, а шаттерлинги моей Линии».

— Это мои друзья, — произнесла я вслух. — Прошу любить и жаловать. Серебристый робот — Каденция, белый — Каскад.

— Добро пожаловать, Каденция и Каскад!

— С Геспером вы знакомы, — продолжила я. — Он так и не пришел в себя, но люди-машины переправят его туда, где ему помогут. Вскоре я передам им управление, так что вы успеете друг к другу привыкнуть.

— Портулак, ты избавляешься от меня? — по-прежнему беззвучно спросил мой корабль.

— Не по своему желанию. Поговорим об этом на мостике. При удачном раскладе увидимся снова где-то через полмиллиона лет.

Камера переброса, рассчитанная даже на крупногабаритный груз, легко вместила меня и трех роботов. Я начала было набирать направление на парящем в воздухе пульте, но потом с сомнением взглянула на гостей:

— Геспер перебрасывался, значит и вы сможете. Только дело было до ранения. Ему хуже не станет? В крайнем случае пойдем пешком, но до мостика километров пятнадцать.

— Мы умеем перебрасываться, — сказала Каденция. — И Гесперу это не повредит.

— Ну, если вы так уверены…

На стенах камеры вспыхнула решетка из красных огоньков, значит поле переброса вот-вот активируется и нам нужно встать на обозначенную часть пола. Поле засосало нас — казалось, мы несемся вниз по лабиринту трубопровода, — а в следующий миг мы уже стояли в камере километрах в пятнадцати от первой.