Алтарь Василиска - Вадим Арчер

– Это Оригрен, – неожиданно сказал Витри. – Я узнал его.

– Как ты мог узнать его, дружище? – подивился охотник. – Ты же никогда не встречался с ним.

– Это он, – повторил Витри, не зная, как объяснить свою убежденность.

– Это Оригрен, – повторила вслед за лоанцем Лила, рассматривая портрет. – Лицо молодое, а глаза – без возраста. Конечно, это высший маг.

Пантур говорил нам, что гробницы Трех Братьев расположены где-то в Фауре.

– Монтарвы сжигают своих мертвых, – напомнил ей Альмарен.

– Видимо, он имел в виду памятные изображения Трех Братьев.

Разместить их у Белого шара – это так естественно…

– А вон и другие двое. – Тревинер указал на картины. – Вон тот, светловолосый, – Гелигрен, а дальше – Лилигрен.

– Да, это они, – согласилась Лила. – Однако на этих картинах есть в их облике что-то монтарвское.

– Стойте! – внезапно скомандовал Тревинер, заставив остальных замереть на месте. – Не подходите к следующей картине – я вижу там следы на полу. Здесь кто-то побывал до нас.

Вдоль стены тянулась едва заметная тропинка, оставленная в пыли чьими-то башмаками. Следы вели от ниши к нише, от картины к картине. Перед каждой картиной виднелись вытоптанные участки, позволявшие догадаться, что посетитель останавливался здесь, рассматривая изображения.

Тревинер отыскал след получше и отпечатал около него след своей ноги, затем присел, чтобы сравнить оба отпечатка.

– Край следа осыпался и потерял четкость, – сообщил он свои наблюдения. – Это старые следы, они появились здесь несколько месяцев назад.

Такую подошву делают в Келанге, следовательно, пришелец или, по крайней мере, его башмаки оттуда. Судя по размеру обуви и ширине шага, он невысок и с тонкой костью.

– Такой, как Каморра? – догадалась Лила.

– Я видел Каморру только издали, когда защищал Бетлинк. На силача он не потянет, это точно. – Охотник подошел к картине с изображением Гелигрена.

– Интересно… – Он нагнулся, присматриваясь к полу. – Видите, перед картиной не так давно стоял какой-то ящик или сундучок – здесь остался отпечаток по форме его дна, почти без пыли. Похоже, этот человек унес ящик.

– Тревинер, а можем мы по его следам отыскать выход из Фаура? – спросила магиня.

– Да, они наверняка приведут нас к выходу. – Позвав за собой остальных, охотник отправился по следам.

Цепочка следов ушла под левую арку и запетляла по разветвлениям подземных переходов. Видимо, побывавший у Белого шара человек пришел к нему не самым коротким путем. Центральные коридоры сменились окраинными, без травяного освещения, где вновь понадобились светлячки Феникса. Наконец путники прошли по длинному неуютному туннелю, в конце которого обнаружился выход наверх, неплотно заваленный камнями и ветвями деревьев. В щели между камнями пробивался свет.

– А вот и выход! – оглянулся на остальных Тревинер.

– Но он завален, – подошел к нему Витри.

– Этот человек позаботился, чтобы здесь не разгуливали другие, – сообразил охотник. – Давайте-ка, друзья, расчистим эту дыру.

Он достал из мешка топор и стал рубить ветви, удерживавшие каменную насыпь. Остальные начали растаскивать камни и обломки ветвей. Вскоре в верхней части насыпи образовалось достаточное отверстие, чтобы выбраться наружу.

Тревинер пролез туда и зажмурился от яркого дневного света. Выждав немного, он огляделся и увидел, что туннель выходит в укромную расщелину на северном склоне Ционского нагорья. Судя по короткой тени от скал, солнце стояло высоко, хотя и не заглядывало в расщелину. Внизу виднелся необъятный лесной массив, сквозь который пролегало русло речки, текущей вдоль нагорья на восток.

Охотник осмотрел дно расщелины, узкое и неудобное, но пригодное для спуска.

– Вылезайте, здесь безопасно, – позвал он остальных. Они один за другим выкарабкались из отверстия и остановились рядом с охотником.

– Деревья-то – пожелтели! – ахнул Шемма. – Сколько ж мы пробыли под землей?

– Дней десять, – отозвался Тревинер. – Здесь, на севере, осень приходит раньше, чем у вас в Лоане.

– И ночи, наверное, холоднее?

– Холоднее, приятель, сегодня же и убедишься. А сейчас, пока светло, хорошо бы и о зайчатине побеспокоиться.

Охотник первым спустился по расщелине и повел остальных через лес к реке. По пути им не встретилось никакой живности, поэтому он оставил друзей у реки и ушел искать добычу в одиночку.

– Надо бы развести костер и просушить одежду, – предложил Альмарен.

– Котлы, котлы надо на огонь поставить! – догадался Шемма и первым пошел за дровами.

Когда Тревинер вернулся с добытым зайцем, котлы давно кипели, а одежда, развешанная на рогатках, наполовину просохла. Охотник сам освежевал и разделал тушку, запустил куски в воду, а затем расшвырял носком башмака дрова, чтобы убавить огонь.

– Стой! – страдающим голосом вскричал Шемма. – Так дольше будет вариться, неужто не соображаешь?!

– Сам не соображаешь, – отмахнулся от него Тревинер. – Если похлебка закипит ключом, весь смак выплеснется через край и уйдет в огонь.

Понял?!

Впечатленный жутким сообщением Тревинера, Шемма угрюмо уселся на чурбачок и до окончания варки не спускал с котелка глаз, чтобы в случае чего грудью стать на пути уходящего смака. Но тот, благодаря предосторожности охотника, вел себя смирно, и покрытую жиром похлебку сняли наконец с костра и разлили по мискам.

– Хлебца бы сюда… – мечтательно сказал табунщик между двумя большими глотками.

– Да на тебя не угодишь, приятель! – Тревинер даже забыл про еду.

– То тебе горяченького, то хлебца! Интересно, чего тебе захочется, если я изловчусь подстрелить в лесу пару буханок?!

– Уж и помечтать нельзя… – буркнул в ложку Шемма. – Нет, такая жизнь не для меня, да и я – не для нее. Мое место – в Лоане, и все тут.

Все промолчали, в глубине души соглашаясь с высказыванием табунщика. В памяти Витри всплыло последнее утро в селе – два ряда небольших аккуратных домиков, толпа сельчан на дороге и они с Шеммой верхом на конях, отправляющиеся в неведомую даль. Лоанец скосил взгляд на Тревинера и подумал, что очень скоро наступит время возвращаться домой, но эта мысль принесла с собой не радость, а ощущение потери чего-то важного.

– Что будем делать дальше, маги? – нарушил молчание Тревинер. – На Белый алтарь мы пришли, зайца съели. Надо бы нам поспешить разделаться с магией Каморры, пока он нас не догнал.

– Для этого нам нужно вернуться к Белому шару, – сказал Альмарен и обернулся к магине, сидевшей поблизости, на прибрежном уступе:

– Лила, ты решила, каким должно быть заклинание?