Зажечь звезду - Софья Ролдугина

– Подругу? Ну, если ты так говоришь… Привет, Ханна. Не пугайся, Найта не всегда такая бесцеремонная, но иногда на неё находит, – расплылся в улыбке Кайл, подхватывая игру. – И ешь уже этот салат, хватит его гипнотизировать.

Ханна послушно взяла вилку, а я получила наконец возможность спокойно рассмотреть свою… наверное, подопечную. Даже не будь она равейной, человеком она со временем станет примечательным. И настоящей красавицей.

А пока…

С первого взгляда видно, что это дитя нескольких человеческих рас. Тёмная, но не слишком, кожа, скорее, медно-красноватая, чем коричневая – от предков-аборигенов, от них же высокие скулы и резковатые черты лица. Наследие Чёрного континента, иначе называемого Южным – пухлые, красиво изогнутые губы и густая копна чёрных вьющихся волос, сейчас безжалостно собранных в хвост. Отметка северян – глаза с миндалевидным разрезом, светлые до серебряного оттенка. Сейчас эти черты дисгармонируют, перекрикивая друг друга, но через пару-тройку лет их музыка зазвучит слаженно и величественно.

– Хани, скажи мне, – вкрадчиво начала я, – почему эта компания к тебе привязалась?

– Потому что Эшли меня не любит, – буркнула девочка, смущаясь. – Мы врагини, только она популярная, а я нет, – добавила она. Это хорошо, что Хани мне доверяет. И, конечно, не последнюю роль играет то, что она равейна, а я эстаминиэль, к которой она обратилась за защитой, пусть и неосознанно.

– И давно вы врагини? – поинтересовалась я, делая знак Кайлу. Парень быстро понял намёк и отвернулся, делая вид, что ищет что-то в своей сумке.

Ханна усмехнулась, неожиданно жёстко. Ох, эта девочка определённо не такая робкая и забитая, как кажется на первый взгляд. Просто играть роль жертвы проще всего. Особенно когда от тебя только этого и ждут.

– С тех пор, как её исключили из кружка, а меня там оставили.

– Какого такого кружка? – А это уже любопытно. Я до сих пор не выбрала себе никаких дополнительных занятий, а Ричард говорил, что это нужно сделать до конца недели. – Он только для вашей параллели?

– Нет, он для всех, – улыбнулась девочка. – Мы изучаем мифы и легенды родного края. Что-то вроде истории.

Я переглянулась с Кайлом. Кажется, теперь выбор, на какую секцию ходить, передо мной уже не стоит.

– Очень здорово. Ты поможешь устроиться мне в этот кружок? А то я не знаю, куда податься. – Улыбка получилась просящей.

Ханна было радостно кивнула, но тут же подобралась и нахмурилась.

– А… можно спросить? – Она осторожно отложила вилку в сторону. В движениях проглядывало напряжение. – Почему ты это делаешь? Защищаешь меня от Эшли, угощаешь обедом, набиваешься в друзья? Что тебе нужно?

Я поймала взгляд недоверчивых серебряных глаз. Поймёт или нет? Должна понять. Всё-таки Хани – равейна.

– Потому что я должна тебя защищать. Иначе никак. Ты ведь позволишь?

Ханна вздрогнула. Зрачки расширились, заливая взгляд чернотой. Я почти кожей чувствовала, как напрягаются редкие нити вокруг, вибрируя свежей силой. Первый этап инициации – признание старшинства. Сознательное позволение взять себя под опеку.

Придёшь под мою руку, равейна? – перезвоном нитей.

– Да, – на оба вопроса. Вслух, тихо, но твёрдо.

Интересно. Может, ради неё меня сюда отправила пророчица? С Айне станется. Но провести инициацию до конца я не могу. Сначала Ханна должна сама решить, хочет этого или нет.

За разговором я как-то упустила момент, когда столовая опустела. Скоро начнётся урок… так не вовремя!

– Ладно, – вздохнула я, встала и начала собираться. – Увидимся после школы, ладно, Хани? Беги, а то опоздаешь. И не давай больше себя в обиду.

Семтемор ойкнула, подхватилась со стула и рванула к выходу, только махнув рукой в знак согласия. Боится опоздать. Надо же, какая дисциплинированная… Я покосилась на Кайла, который и не думал ускоряться. Вот уж у кого синдром отличника отсутствует начисто.

– Ты странная, – тихо произнёс Ками, глядя в пространство. Как всегда в минуты задумчивости, голос у него стал удивительно низким и бархатным. – Почему ты ей помогла?

– Я же сказала – по-другому нельзя, – спокойно ответила я. – Она попросила о помощи. Не вслух. Ты бы смог отказать, если бы тебя попросили?

– Не знаю, – ещё тише отозвался Кайл. – Возможно…

И всё то время, пока мы шли к спортивному залу, Кайл не проронил ни слова. Инцидент с девочкой чем-то задел его, а чем – я не могла понять. Саму Ханну он принял дружелюбно, с интересом, но потом смутился и выпал из разговора. Что-то здесь не так… Но не спросишь же в лоб. Ладно, потом поинтересуюсь, может, и скажет. Сейчас, на физкультуре, мне своих забот хватит.

К слову, физкультура была для меня именно тем предметом, где я могла отдохнуть. Метода преподавания не сильно отличалась от нашей, разве что нормативы не надо было сдавать. Конечно, спортсменкой меня сложно назвать, не покривив душой, но марш-бросок к Замку-на-Холмах по Срединному лесу и активные походы «за травками» в Кентал Савал сделали своё дело. Да и равейны от природы чуточку сильнее людей… Так что в волейбольной команде меня оценили. К тому же, что греха таить, иногда я слегка помогала себе магией. Нечестно, конечно, зато так соблазнительно!

– Найта, сыграешь сегодня за нас? – заюлила Сара, стоило мне зайти в зал. – Эмма заболела, а в вашей команде тебя есть кому подменить. Мистер Стивенс разрешил, – добавила она.

Я отчётливо скрипнула зубами. Мистер Стивенс – это Нэггинг в брюках. Преподаватели явно общались между собой и успели нахвататься друг от друга сведений о новых «любимчиках». Так что травля, затеянная кайсой на уроках литературы, отчасти продолжалась и на волейбольной площадке. К счастью, здесь ко мне было сложно подкопаться – играла я хорошо. Немного раздражали придирки к внешности.

– Мисс Верманова! – вкрадчиво прошелестели над ухом. – Что сегодня с вашей причёской?

Ну вот! Так и знала!

– Всё нормально. – Я заставила себя говорить спокойно. Волосы у меня сегодня были собраны в высокий хвост. Ладно, пучок ему не по нраву – спицей можно уколоться, распущенные – якобы не побегаешь, но не с косой же мне всё время ходить! – Вас что-то не устраивает?

– Я боюсь, что во время игры свободные концы будут вам мешаться, – промурлыкал Стивенс. – Да и потом вы их не расчешете… Запутаются.

У меня аж нутро свело от острой вспышки раздражения.

Серый, невыразительный, скользкий, как змея. Всё в нём средненькое, серединка на половинку: волосы такие короткие, что цвет не разберёшь, кожа не тёмная и не светлая, рост – чуть побольше моего, глаза – желтовато-серые. Да и характер мелкий, вкрадчивый, завистливый. А кроме того, Стивенс – подкаблучник. С точки зрения равейны это, конечно, благо, но угораздило же его оказаться под каблуком именно этой мегеры Нэггинг!