Оковы судьбы. Клетка для сердца - Александра Неярова

Ещё неприятным сюрпризом стала леди Илара Фудо: принцесса соседнего клана нагло заявила, что мол, Канан или Кариан, в принципе не так уж и важно кто, но Глава рода обязан на ней женится по какому–то там договору. Сориния никакого скандала не закатывала, нет, она просто молча вышла из малого зала дворца и направилась в главное поместье, а оттуда, прихватив когда–то полюбившейся ей сямисэн, побрела прямиком в сад. Компанию ей составил василиск, питомец Локиар очень скучал и, расположившись около ног девушки, пошикивал под звуки мелодии, а заодно грозным видом отпугивал нежеланных посетителей.

Позже там её и нашёл Кариан, сообщивший, что проблема с напыщенной девицей решена. За сим как не странно, поспособствовал северный лорд Лагрес. После официального отказа Ороти, Хуан с порога предложил леди Фудо руку и сердце. Зачем это понадобилось Лагресу, даже для правителя осталось загадкой. Но что самое интересное, принцесса Илара, почти и не раздумывая, ответила согласием. Видно власть для неё была на первом месте, и неважно вовсе за кого именно идти под венец, за принца там или лорда. Хотя, зная уже характер и манеры Лагреса, Сора ей не завидовала, даже чуточку сочувствовала. Но с другой стороны, и поделом этой леди.

Когда двойняшки наелись и сладко засопели, правительница уложила их в колыбель, заботливо укрыла одеялком и поцеловала в маленькие лобики, а сама тихонечко вышла на веранду. За горизонтом уже виднелось марево подступающего рассвета, лучи восходящего солнца золотили изогнутые крыши дворца и поместий, брызги от падающих с гор потоков водопадов, а также стены храма. Месяц назад наступила долгожданная весна, прогнав унылую зиму.

Сориния улыбнулась, припомнив, как совсем недавно ступала по извилистой дорожке, усыпанной лепестками сакуры и слив, к величественному храму клана. Не думала она, что когда–нибудь ей придётся надеть белое фурисоде с алой накидкой, вместо пышного белоснежного платья рода Юмей на собственную свадебную церемонию. Кстати, на празднике присутствовали и представители её клана. Старица Лаира и давала им благословление, а Неиджи вёл невесту к ступенькам храма. Крам не пришёл, сославшись на дела… А может помешала гордость. Было обидно, но ни о чём Рина в этот знаменательный день не сожалела.

Промозглый ветерок проник под полы ночной сорочки, и она поёжилась.

– Замёрзла, малышка?

Неожиданно прозвучало над ухом, а следом озябшую фигурку обняли крепкие руки, окутывая необходимым теплом и ощущением несломимой защиты.

– Почему не вернулась в постель?

И тут же последовал жгучий поцелуй в шею, клыки немного оцарапали кожу, и мужской стон удовольствия прозвучал в ухо. Горячие ладони заскользили по телу, согревая и лаская одновременно. Теперь мурашки бегали явно не от холода.

– Кариан… ах, прекрати, – щеки заалели, дыхание перехватило, сердечко в груди учащенно забилось. – Малышей разбудишь! К тому же, мне ещё нельзя… умм…

Пожурила мужа сквозь тихие стоны. Сориния так и не привыкла к его неслышным шагам и внезапным появлением из тени. Иногда смотря в тёмно–зеленые омуты, неосознанно искала отблеск янтаря или же кусочка неба, порой выискивала отличительные жесты… но не находила. Две души братьев окончательно слились в одну единую, и это не пугало, нет, скорее наоборот, подогревало интерес.

– Что тебе тогда сказали Древние? – шепнул Кариан, зарываясь носом в светлые локоны, вдыхая сладкий аромат камелии, его любимый. – И вообще, с какой это стати ты целовалась с этим ррр… Драконом недоделанным?

Верно, Сора так и не поведала ему о разговоре с семи Древними, сама не была уверена в выводах. Но не теперь.

– Так было нужно. Не злись, – улыбнулась, и серьёзно продолжила: –А Творцы? Они открыли мне истину. Истину пророчества…

– Что–то не нравится мне куда ты клонишь, птичка, – буркнул мужчина и крепче прижал к себе жену. А та продолжила:

– «Когда священную землю укроет белоснежная вуаль, в мир явиться дева, возродившись сквозь время. Судьбы заблудших душ вновь переплетутся, и утраченные сокровенные ценности вернуться. Владыка крыльями взмоет в бескрайнее небо, смех долгожданного младенца озарит округу где–то. Любовь через века пронесётся и достойнейшими вновь обретётся…»

Повторила высеченные на камне в храме клана Юмей слова.

– Наша с тобой история – это только половина, а вот история Дракона и нашей дочери только начинается.

– Пусть этот недоправитель чешуйчатый только попробует обидеть Итари! Шкуру сдеру и все кости пересчитаю!! – недовольно прорычал Кариан, смотря на восходящий солнечный диск, будто на самого наглеца Хассияна.

– Мы не станем вмешиваться в их судьбы, мой грозный правитель, – остудила пыл мужа Сориния, и тоже взглянула на светило.

Клетка… Все их сердца, подобно диким птицам, оказались заперты пророчеством в единую клетку. Но трое из них сумели сообразить, как открыть дверцу клювом. Остался лишь один. Но это уже совсем другая история…

Конец