Дракон, который боялся летать - Мария Сакрытина

Госпожа сыщица ушла, а прослушка осталась. Сильвен вспомнил о ней — и о девушке («Ну и дура, она ещё пожалеет»), и о «жучке» («Как она посмела его поставить в моей спальне — ничего святого!») на следующее же утро. Проследить за Илоной оказалось проще простого: на самолёт она вчера успела, до Столицы долетела без проблем и выходила в Сеть два часа назад из своей квартиры.

Сильвен постучал когтями по экрану, подумал-подумал, скривился, но отправил Илоне гонорар в два раза больше обещанного. С одной стороны, работу сыщица не выполнила, да и профессионалом оказалась так себе. Ха, зато гонору! Однако с другой стороны… С Илоной было, пожалуй, интересно. Прыгни она в его постель, Сильвен о ней бы и не вспомнил. А так… Всё ещё девушка-загадка. Впрочем, дракон сомневался, что хочет её разгадать. Самомнение великовато, на его вкус. Причём на пустом месте.

Однако «жучки» она ставить умела. И, похоже, страстно любила: Сильвен выгреб из спальни сто три (да боже мой!) микроскопических микрофона последней модели, потом прошёлся по всему дому и даже проверил озадаченных слуг. Всего в поместье нашлось около тысячи следящих устройств. На сад Сильвен смотрел уже с опаской, и не зря: там каждое дерево и даже куст прослушивались. Залезая под розы, Сильвен подумал, что не удивился бы, найди он нечто подобное, например, в кабинете Эммы Марис. Или в особняке её отца. Ах да, есть же ещё мэрия…

Потом дракон догадался проверить кар, ещё раз тщательно осмотрел свой гардероб и даже просветил чешую. После чего утроил гонорар госпожи Вертек — с припиской: «Вы наверняка изрядно потратились, приобретая столько прослушивающих устройств». Ответ получил моментально: «Я? Господин, я пользовалась исключительно вашими деньгами». Сильвен развеселился («Вот стерва!») — и хохотал, пока Илона не отправила весь гонорар обратно, мило добавив в сообщении: «Не путайте меня со своими любовницами».

— Я им не плачу! — воскликнул изумлённый дракон и принялся набирать гневный ответ, однако отправить его не успел — комм завибрировал.

Сильвен досчитал до пяти: если Илона, то пусть помучается, если Роберт со своими прихвостнями… То тоже пусть мучаются.

Кто бы это ни был, он оказался настойчив: звонок целую минуту не сбрасывали. Сильвен решил, что Илона с Робертом уже изрядно настрадались, и стукнул по клипсе, включая «приём».

— Дракон на связи, — промурлыкал он, встряхивая коробку с «жучками». Что ж, эта коллекция параноика ему тоже пригодится. Ах да, надо взломать планшет Илоны. И может, даже напакостить: оставить ей вирус. А то больно самовлюблённая девица, знает же, что с огнём играет. Буквально. Р-р-р!

Только ответила ему отнюдь не Илона. В усталом голосе Эммы Марис стыла стужа.

— Рада вас слышать, господин. Не желаете ли приехать сегодня в мой офис?

Сильвен поймал взглядом своё отражение в зеркале — оно ухмылялось. Та самая драконья ухмылка, которая в сказках так завораживала принцесс.

— Ну конечно, госпожа! Как я могу отклонить столь любезное приглашение? Мне приехать как граф Милосский, или вы желаете видеть меня в какой-нибудь ином образе?

Отражение поиграло бровями, ухмылка стала шире — Сильвен представил, какой его образ мог бы сразить волшебницу наповал.

Голос госпожи Марис замёрз окончательно:

— Господин, я всего лишь прошу вас разобраться с огненными драконами, которых мы поймали вчера вечером. Наверняка вы понимаете, что их ждёт. Я подумала, что вы захотите сначала с ними поговорить. Я ошиблась?

Сильвен вспомнил, как волшебница пятилась от него, угрожая заколдовать, и удивлённо поднял брови. Она подумала? Хм, а она о нём всё-таки думает!

— Сейчас буду.

Он верно предположил: Эмма звонила ему из подземелья офиса. Волшебники Эртена могли сколько угодно работать в ветхих кабинетах и ютиться в здании, которое давным-давно надлежало снести, однако на оборудование «драконьих» подземелий они не поскупились. Очевидно, все выданные деньги, уходили на это. Сильвен нисколько не удивился: маги всегда отлично понимали, на что способны драконы, особенно без печати. «Артефактов не меньше, чем в питомнике», — подумал Сильвен, оглядевшись. С какой страстью Илона оснастила его дом прослушкой, с такой же Эмма, похоже, втыкала в стены свои магические игрушки. Их же ещё и заряжать время от времени надо! «Везёт мне на страстных девушек», — решил дракон и усмехнулся.

Из стен и правда, словно глаза чудовищ, смотрели чёрные агаты, зеленоватые нефриты и даже кое-где кровавые рубины. Они мягко мерцали, поэтому в подземелье царил полумрак, а не кромешная тьма. Драконам и такого света хватало, а вот человеку было бы некомфортно. Впрочем, прислонившаяся к стене Эмма выглядела весьма уверенно. Устало — да, но внезапно появившегося из воздуха Сильвена она не испугалась. Только выдохнула:

— Благодарю, что прибыли так быстро.

Сильвен не стал отвечать — в глаза бросились тюремные камеры, и томящиеся в них драконы. Пятеро, как он и запомнил, спелёнатые заклинаниями так, что не могли даже пошевелиться. Бессильно, словно мокрые тряпки, повисли золотистые крылья, чешуя усыпала пол, запах дыма даже не чувствовался.

С трудом, но Сильвен отвернулся. Однако, поймав взгляд волшебницы, вдруг оскалился — просто она была магом, а он драконом. На мгновение всё стало как раньше, только в другом подземелье — дворцовом. Так называемые «проверки» дракону приходилось проходить регулярно, а тогдашний Верховный маг снисходительным не был.

Эмма вздрогнула и торопливо произнесла:

— Мне следовало пригласить вас в офис, господин, но я подумала, вы не хотите, чтобы в Эртене знали…

Сильвен посмотрел ей в глаза и взял себя в руки — теперь всё иначе. Теперь эта волшебница боится его, а не наоборот.

Пожалуй, это даже интриговало.

— Всё в порядке. И можно на «ты»… Эмма. Ведь ты разрешишь?

«Ты находишься под контролем эмпата!» — кричала вчера Илона. Ах, госпожа Вертек, ничего она не понимает. Сильвен Эмму жалел — в этом всё дело. Он очень хорошо знал, каково это — жить в клетке. Эмма определённо в клетке жила: с её-то талантом и возможностями запереть себя в этом городишке, да ещё с кем! Отцом, который её презирает, и мужем, который не ценит? Ничего удивительного, что волшебница казалась дракону одинокой и несчастной. К тому же рядом с ним она так трогательно храбрилась! Это было… мило.

— Я думаю, вы ошибаетесь, — отчеканила Эмма. — Наши отношения никак не назовёшь близкими, поэтому «ты» неуместно.

— «Наши отношения», — повторил Сильвен. — Мне нравится, как ты это говоришь. Но… Как скажете, госпожа.

Как и любому дракону, ему не нравилось, когда от него воротят нос. Даже в сказках принцессы рано или поздно поддаются драконьим чарам. «Ты мне улыбнёшься», — подумал Сильвен.