Рыцарь - Олег Говда

– Благодарю, – не стал отказываться от подарка Владивой. – Но буду надеяться, что у меня хватит сил и умения доказать предназначение в честном бою.

– Путник берет в путь посох не потому, что ходить не умеет, – согласился провидец и преувеличенно радостно воскликнул: – Вот и Аринушка с медком. Потчуй гостя, хозяйка… А то у нас от этих разговоров язык уже скрипеть начинает. Угощайся, Ханджар.

– Не откажусь, славный у тебя медок, Али Джагар ибн Островид. Выпьешь ковш и еще хочется. Так бы и не отрывался от бочонка, пока не опустошишь до дна.

– А вот как пройдешь Испытание, тогда и поглядим, увидишь ты дно или раньше свалишься. На этот случай у меня уже давно необходимый припас сделан, – засмеялся Островид и прибавил чуть серьезнее: – Хорошо, что ты не стал тянуть с решением. Чувствую я: грядут перемены. И чем раньше объединится Вольная Степь, тем лучше для всех нас будет. Не спит враг, ох, не спит…

* * *

Этот разговор произошел ровно две седмицы тому назад, и каждый день, минувший с тех пор, Владивой взбирался на облюбованный им неподалеку от буерака валун и начинал свои пляски со сталью. Не прекращая смертоносных упражнений ни в жару, ни в дождь. Прерываясь только на сон, а короткий отдых все чаще подменяя охотой. Зная, что недалек уже тот день, когда у спуска в овраг покажется мощная фигура харцызского атамана, и если тот не решит забрать своих пленниц в Кара-Кермен, то вверенные его заботам девушки могут остаться на заимке без мяса. Он порой уставал так, что не хватало сил спуститься вниз, и если б не Рута с сестрами, то, возможно, и ночевал бы здесь. Но день ото дня руки его становились тверже, ноги держали дольше, и сегодня, протанцевав без продыху целые сутки, Ханджар уверовал, что, если Медведь задержится со своим визитом еще хоть на полторы-две седмицы, он таки сдюжит и выстоит. Мастерства бывшему барону не занимать, сам выучил владению мечом не один десяток ратников, а былая выносливость, благодаря изнурительным тренировкам, стремительно наполняла тело, как обильный ливень пересохшее русло. Но Судьба коль уж решила, кому испортить жизнь, то поблажек не дарует ни в чем.

Он понял это по лицу запыхавшейся от быстрого бега Дарены.

– Ханджар, – выдохнула она. – Медведь прискакал на хутор. Тебя зовет… – и тревожно заглянула в глаза витязю. – К добру или к худу?

– Чуть позже было бы только к добру, – ответил не таясь тот, поскольку его отношения с сестрицами уже давно стали более чем доверительны. И хоть всей правды он им не открывал, но о предстоящем Испытании немного рассказал. – А так придется еще и на удачу надеяться. Авось подсобит, а? Как думаешь?

– Мы с сестрами будем усердно просить Создателя о милости, – горячо промолвила девушка. Ступила чуть ближе, но обнять не отважилась. А Владивою уже было не до нее – вверх по протоптанной им тропе поднимался кряжистый харцыз.

– Ну, что, Ханджар? – заорал Медведь еще издали. – Не передумал взять Кара-Кермен в свои руки? А? Или решил навечно здесь с моими куропатками поселиться? Вона, как они возле тебя увиваются. Здорово… – протянул он широкую лапу в простом приветствии.

– И тебе не хворать, атаман, – ответил на рукопожатие витязь. – Даже не надейся. Годков эдак десятка через два вернусь сюда с удовольствием и поселюсь век доживать. А пока буду с харцызов спесь сбивать.

– Но, но, – насупился тот. – Словами-то не разбрасывайся. Не ровен час, Испытание прямо тут и начнем.

– Так я не и прочь, – пожал плечами Владивой.

– Ты, может, и нет. Но тебя еще никто и не спрашивает. Собирайся. Войско уже угомонилось чуток. Можно попытать счастья.

– Благодарю, атаман, – слегка поклонился витязь. – Доброту и искренность не забуду.

– Я тут при чем? – отмахнулся Медведь, хотя видно было, что благодарность ему пришлась по вкусу. – Батька Островид зря ничего не говорит и не делает. А раз назвал тебя Ханджаром, значит – человек достойный. Такому и помочь не зазорно. Но, говорю откровенно: поблажки не жди. Если никто тебя одолеть не сумеет, сам в круг выйду. Батьке верю, но – проверю. Не хочу потом сомневаться и сопеть тебе в спину. Одолеешь – верным товарищем буду. Не сможешь – знать, ошибся Островид… Хотя, – Медведь посопел немного и закончил уже не так горячо и уверенно: – Батька еще никогда не ошибался…

– А, поехали, – бесшабашно махнул рукой Владивой. – С пленницами что будет?

– Не до них сейчас, – отмахнулся, как от надоедливой мухи, атаман. – Пусть себе здесь сидят. Потом это дело обмозгуем. Я там еще немного провизии прихватил – на некоторое время хватит. Саблю им запасную оставлю. А когда с тобой разберемся, тогда и с ними решим. Понравились сестренки? Выстоишь – считай подарком.

– Оп-па? – Владивой внимательно взглянул на харцыза. – Неужто тебе атаман уже степная вольница приелась? По крепкой руке соскучились? Я ведь так засупоню, дышать через раз будете, да и то с моего позволения.

– Хвались не на рать идучи, а срати едучи… – буркнул Медведь, произнося с насмешкой слитно предпоследнее слово. – Сначала, Ханджар – Испытание. А все разговоры – потом. Собирайся… Нечего лясы точить. После времени более чем достаточно будет. Ежели дело у тебя сладится… Ханджар.