Под знаком Дарго - Николай Степанов

И надо же было, чтобы именно в этот момент раздался предательский шорох у меня за спиной! Видимо, Гриф от безделья зацепил какой-нибудь предмет.

— Это слишком большая тайна, к тому же не совсем моя.

Лицо колдуна выражало подозрение, и я постарался подлить масла в огонь его тщеславия:

— Легендарный Психолог, которого так почитают рослы, — не про тебя случайно?

— Надо же, помнят до сих пор. Тогда я еще считался Магистром Синей Ночи. Психологом назвался так, для прикола. Не знал еще, что звучание имени для местных обывателей имеет такое значение. Вот меня и зачислили в колдуны. Представляешь — у них болезни, полный упадок, а для меня все самое лучшее и все почести.

— Что же ты у них не остался? Климат прекрасный, почет, уважение, достаток. Чего еще надо? А какие у них праздники веселые — просто загляденье.

— Поначалу это привлекало — впервые стал большим человеком, а потом надоело. Праздники я придумал просто от скуки. Потешно было наблюдать, как рушатся их вековые устои. И самое главное — любого другого за такие проделки на куски бы разорвали, а мне слова никто плохого не сказал. Боялись… Мог бы у них стать вождем, но не мой уровень.

— Ты решил всю Долину под себя подмять?

— На первом этапе Долину, а там видно будет.

— А зачем? У тебя что, других проблем нет?

— Тебе сколько лет? — вместо ответа спросил он. Мне это не понравилось, некультурно как-то отвечать вопросом на вопрос. Однако мое положение не располагало к преподаванию правил хорошего тона.

— Надеюсь, что скоро двадцать восемь будет.

Колдун не по-доброму усмехнулся в ответ, что могло означать серьезные сомнения по поводу моего оптимизма, и произнес:

— Ну а мне — почти в десять раз больше, соответственно и запросы у меня значительнее. Власть — штука притягательная. Вкусив ее один раз, хочется еще, и побольше. Я пока не знаю, что там, за Долиной, но это дело времени. Имея абсолютную власть здесь, я смогу спокойно отбирать самых способных магов и забирать их способности. Лет через двадцать, когда мне наскучит тутошняя публика, пойдем дальше. У меня есть время, чтобы ставить великие цели, есть желание и возможности, чтобы воплощать их в жизнь. Скоро о Метрогиле узнают все, и не только в этой убогой местности!

Мания величия в чистом виде. Примерно в том же тоне декламировал босс Кларка. Я просто не успевал отслеживать все внезапные изменения в поведении колдуна. Похоже, вместе со знаком он продал нечто большее. Тормоза у мужика явно отсутствовали. На месте его лечащего врача я бы прописал такому пациенту таблеток от жадности, указав в рецепте прием лекарства до, после и вместо еды. Если ты не родился колдуном, то лучше туда не лезть. У хозяина Кривого замка был тот же недуг, что и у Варуха, только в более скрытой и поэтому в более опасной для окружающих форме.

— Имя Метрогил тоже псевдоним? — поинтересовался я, когда маска царственного величия немного сползла с лица собеседника.

— Сам догадался или подсказал кто?

— Слишком уж зловеще звучит.

— Не поверишь, но так в мое время называлось какое-то лекарство. Зато прислушайся, как звучит: Мет-ро-гил! — по слогам пророкотал колдун свой псевдоним. — Чем не имя для могущественного колдуна?

Не удивлюсь, если настоящим именем «могущественного колдуна» окажется какой-нибудь заурядный Боб, которого в детстве все дразнили Бобиком. Его величие уже порядком надоело, а мне так и не удалось приблизиться к истинной цели любезной беседы.

— А эта птичка здесь тоже для устрашения поставлена? — кивнул я в сторону каменной статуи. — Днем я ее не заметил.

— Так она вместе с тобой и пришла, только в другом обличье. Боевая гарпия — одна из ипостасей старушки в матросской форме.

Я постарался изобразить изумление на лице, и, похоже, мне удалось сделать это достаточно правдоподобно. Метрогил с удовлетворением отметил про себя мою реакцию и самодовольным тоном продолжил:

— В таком облике бабка может сокрушить любого мага, но становится совершенно беззащитной от чарующего воздействия цветка ларгоны, что растет у Гремящих скал.

— И зачем тебе эдакое украшение в доме? Ее ведь даже в качестве вешалки использовать нельзя.

Надеюсь, в каменном состоянии Гарпина не слышит моих слов, предназначенных только для ушей злодея, иначе мне потом придется долго объясняться, если, конечно, такая возможность вообще предоставится.

Колдуна развеселила моя идея, и он поделился своими планами по поводу применения грозного изваяния:

— Сначала я поставлю его рядом с троном, чтобы подданные боялись своего господина. А когда узнаю, как обуздать птичку, принесу корень ларгоны и совершу обратное превращение. Ведунья будет работать только на меня. Сила созидания ей недоступна, но ее дар предвидения и магия уничтожения мне понадобятся еще больше.

— Заклинание-то запиши, а то, пока узнаешь секрет старушки, забудешь, как эту огромную силу обратно оживить, — «заботливо» выдал я бесплатный совет остроносому волшебнику.

— Тут и запоминать нечего. Коснешься цветком — камень, корнем — снова птичка. Все гениальное просто, — снисходительно пояснил злодей, чтобы лишний раз продемонстрировать свое превосходство.

Внезапно в тишине зала раздались тяжелые шаги, и в дверях появилась толстая фигура лакея.

— Хозяин, там в подвале… — начал было он, но тут же умолк под строгим взглядом колдуна.

Взяв со стола свою вставную челюсть, Метрогил, не говоря ни слова, покинул комнату.

— Гриф, чего там у них случилось, не знаешь? — спросил я, как только затих звук шагов.

— Он сам виноват, — стал оправдываться черт. — Понабирал в слуги отъявленных головорезов, которые неравнодушны к беззащитным женщинам.

— Они приставали к Соньке? — чуть не закричал я.

— Пытались, а когда мои парни стали отпускать легкие шутки, стражники передрались между собой… до смерти. Сейчас в камере четыре трупа. Добрее нужно быть, добрее, — весело произнес черт и после паузы продолжил тревожным голосом: — Я тут слышал, колдун грозился не убивать тебя — это ложь. Полчаса назад он у себя в кабинете оправдывался перед каким-то зеркалом, почему до сих пор не уничтожил тебя, как обещал. Кто был в зеркале, я не видел, но Метрогил его боится.

— Я и не питал никаких иллюзий по поводу его намерений. Непонятно пока, что удерживает злодея от немедленной расправы, но постараюсь это выяснить. Про цветок ларгоны слышал?

— Не глухой.

— Тогда срочно отправляй самых скорых за корнями.

— Серж, могу и я тебя кое о чем попросить?

— Давай, только быстро.

— Понравилось нам здесь. Не замолвишь словечко перед старушкой? Может, для нас что-нибудь можно сделать?

— Гриф, я тебе обещаю, как только вся эта заваруха закончится, переговорить с кем угодно и о чем угодно.