Демоны Анны - Полина Мельник

— Гарри?! Откуда ты здесь? — воскликнула Элен, и я поняла, что она немного взволнована.

— Привет. Решил заглянуть к вам, тут так весело, — сказал он, непринужденно улыбаясь.

— Что тебе нужно? — спросила Элен деловито, но я заметила, как она напряглась.

— Ничего, говорю же, просто шел мимо и решил присоединиться к веселью, я не знал, что ты здесь, — ответил он, но Элен не унималась.

— Теперь знаешь! — загадочно глядя на него, сказала Элен, и я почувствовала себя лишней.

— Да, знаю, — ответил Гарри, улыбаясь.

— Эм… а я, пожалуй, пойду еще потанцую, — пробормотала я и поспешила их покинуть, хотя так и не попила.

И наконец вспомнила про портал. Нехотя достала его из куртки и обошла всех гостей, зажав сферу в руке, но яркой вспышки не увидела. Я почувствовала безумную усталость и, пройдя в коридор, вновь положила портал в карман. Музыка уже не заводила, вечеринка подходила к концу, гости потихоньку начали расходиться — кто-то парами, кто-то компаниями и поодиночке. Я стояла у выхода, потягивала из стакана какой-то слишком уж крепкий даже на запах коктейль и прощалась с гостями. На душе скребли кошки.

— Анна, Гарри пригласил меня к себе, понимаешь, о чем я? — услышала я заговорщицкий шепот Элен прямо над ухом.

— Езжай, конечно, он вроде хороший малый, — сказала я, и Элен улыбнулась.

— Да, я тоже так думаю, — согласилась она, надевая пальто. — Только забеги завтра утром ко мне и покорми Григори, пожалуйста. А то бабуля отвратно готовит, и он не станет есть, — попросила Элен, сложив руки и сделав щенячьи глаза.

— Да без проблем, — кивнула я. — Иди скорее.

— Пока! — попрощалась подруга и вышла на порог, где ее ждал Гарри.

Я помахала им и, развернувшись, собралась закрыть дверь, как вдруг увидела в кармане своей куртки, что висела у выхода, яркое голубое свечение. Все внутри у меня похолодело, я выскочила на улицу, но машина Гарри уже отъехала.

— Элен, нет! — закричала я и бросилась за машиной, но она не остановилась, а, поддав газу, скрылась из виду за поворотом.

Сердце бешено заколотилось, казалось, его стук отдается прямо в мозгу. Я кинулась домой и, быстро натянув сапоги и куртку, принялась запихивать во внутренние карманы все оружие, что дали мне в Академии. Едва устояв перед желанием схватить еще и двустволку, я выбежала на улицу и резко остановилась. Ведь я не знаю, где живет этот чертов Гарри! Страх сжал мое сердце еще сильнее.

Я схватила телефон и принялась набирать номер клуба «Неон», в котором он работал. Наконец дозвонившись, затараторила в трубку что-то о больном ребенке и о том, что его мать, моя подруга, уехала с Гарри и мне надо срочно ее оповестить, а она не берет трубку.

Девушка долго противилась, но все же голос у меня был настолько взволнованный, что, похоже, она поверила и дала адрес бармена, сказав, что точно не уверена. Я поблагодарила ее и тут же бросилась к Джеку.

— Джек, мне срочно нужна твоя машина! Дай ключи, ради бога! — завопила я, и подвыпивший Джек уставился на меня круглыми глазами.

— Да без проблем. На, — сказал он и взял с полки ключи.

Я схватила их и, даже не успев поблагодарить, побежала на улицу.

Старенький «Форд» Джека никак не хотел заводиться, я отчаянно била его по рулю, будто это могло помочь, и вдруг двигатель заурчал. Я нажала на педаль и, быстро тронувшись с места, поехала по указанному адресу. В голове мелькали жуткие картины, которые нам показывали на занятиях по демонологии о касинях. Я сглотнула ком в горле и подбавила газу.

Нарушив как минимум десяток правил дорожного движения, я резко затормозила у высотного дома и, выскочив из машины, помчалась внутрь. Дом был мрачным и старым, мое воображение стало рисовать еще более ужасные картины. Лифт был сломан, и я понеслась на девятый этаж по ступеням пожарного выхода, минуя пролет за пролетом и не чувствуя усталости. Очутившись у нужной двери, я тут же нажала на кнопку звонка. Пришлось звонить очень долго, но наконец за дверью послышались неторопливые шаги и тихий женский голос:

— Кто там? Вы знаете, который сейчас час?

Дверь приоткрылась, удерживаемая цепочкой, и в щель выглянула старушка в синем халате, с растрепанными волосами и очками с толстыми линзами.

— Миссис, простите, здесь проживает Гарри Саливан? Это вопрос жизни и смерти! — выпалила я.

— Он съехал месяц назад, — ответила старушка, и у меня все оборвалось внутри.

— Куда? — спросила я, чувствуя, как пересохло в горле.

— Откуда я знаю? — возмутилась старушка. — Три часа ночи, а у нее вопрос жизни и смерти! Вот же наглая молодежь пошла!

Она бубнила что-то еще, но я больше не слушала и поплелась вниз.

Сама не помню, как доехала обратно. Очнулась я, уже сидя в своей гостиной со стаканом виски и пачкой сигарет Джека в руках. А передо мной на расстоянии нескольких метров появилась из ниоткуда светящаяся дыра, манившая к себе, и долго не исчезала, колыхаясь в воздухе прямо над журнальным столиком, приглашая войти навстречу своей смерти и наконец принять неизбежное. Я сделала глоток обжигающего напитка и тупо уставилась на портал, потом на часы.

«Боже, только бы он ничего не сделал с Элен!» — думала я, считая минуты до рассвета, но мне самой слабо верилось в это, и память охотно подкидывала строчку-другую из демонологии, добавляя к ним ужасные картины убийств.

Дыра над столиком исчезла. Я вынула сигарету и закурила, но, закашлявшись, тут же затушила ее. Время тянулось бесконечно. Элен отключила телефон, и я, попробовав в сотый раз дозвониться ей, швырнула мобильный в стену. На часах уже было семь, когда я заставила себя встать и пойти в дом Тетчеров, чтобы покормить Григори.

Открыв дверь ключом, спрятанным под второй вазой с засохшими цветами, я вошла в полутемный холл. Обитатели дома еще спали, и я тихонько побрела на кухню и принялась готовить завтрак для малыша. Сынишка Элен любил блинчики. Запах заполонил весь дом, и вот на кухню, топая босыми ногами, прибежал сонный Григори.

— Мама, ам-ам! — попросил он и бросился ко мне, но тут же отшатнулся, увидев, что я не мама. У меня сжалось сердце, и я чуть не заплакала.

— Григори, малыш, привет! — сказала я, взяв себя в руки. — Мама скоро придет, она попросила меня приготовить тебе завтрак. Ты ведь любишь блинчики с джемом? — спросила я, и Григори кивнул. — Тогда садись, я тебе сейчас налью к ним молока.

Я посадила Григори за стол и, поставив перед ним тарелку и стакан молока, тоскливо наблюдала, как он уплетает блинчики. После завтрака мы отправились в его комнату. Элен все не появлялась, и беспокойство во мне все росло.

— Зекала! — сказал Григори и вытянул у меня из кармана зеркало реальности.

— Да, малыш, зеркало… — рассеянно пробормотала я, погруженная в свои мысли.