Поиск - Василий Маханенко

— Арчиба-а-а-а-а-альд! — все тем же тяжелым и вызывающим вибрацию голосом протянул он. С кончиков пальцев рванули темные молнии, взрывая стену там, где еще мгновение назад был Арчибальд. Это очко осталось за моим оперативным наставником, сработавшим на опережение.

— Люмпен, дружище! Какими судьбами? — в голосе оказавшегося у противоположной стены каторианца не было и намека на дружелюбность, зато напряжения в избытке. Вновь темные молнии, и вновь паладин испарился, чтобы съехидничать в другом месте.

— Блоха-а-а. Такая же-е-е юркая блоха-а-а. Живи пока-а-а, мне нужна пища-а-а и рабы, — с печальным вздохом проскрипел некромант и переключился на Айвена. Люмпен даже повернулся к каторианцу спиной, показывая что серьезным противником того не считал. Действительно, хвостатый паладин перестал прыгать, застыл, наблюдая, как некромант, тяжело дыша, словно собираясь с силами, обходит парализованного Айвена. С пальцев монстра сорвались темные нити и окутали сплошным коконом тьмы золотоносного паладина. Тьма с шипением впиталась в него, и блеск золота погас, чтобы покрыться матовой тьмой. Одновременно исчезли силовые линии, удерживающие паладина. Айвен был свободен.

Ударив себя в грудь рукой, Айвен выпрямился по стойке смирно перед некромантом. Зрачок вместе с белком его глаз почернел, превратился в непроницаемую пленку и потерял подвижность. Бывший паладин теперь взирал на мир мертвым немигающим взглядом через призму приказов своего нового властелина.

— Непло-о-о-хо, — сам себя похвалил некромант, оценивая готового раба. — Уйди-и-и в угол.

Айвен механической походкой направился в ближайший угол и застыл спиной к нам. Некромант перешел к следующей жертве. Мне жаль было Софи и ее несбывшуюся мечту, но себя мне было жаль еще больше, ибо после дамы в очереди на аудиенцию был я.

— Приспеш-ш-шница-а-а. Пища-а-а.

Я сглотнул, когда Софи оторвалась от стены, ведомая легким движением кисти некроманта и начала гореть прямо в воздухе. Монстр очистил сознание дамы от оцепенения, в котором она находилась с момента нашего с Арчибальдом появления, чтобы нечастная лучше понимала происходящее. Комната заполнилась криком боли и страдания. Одежда на Софи сгорела почти мгновенно, явив почерневшую и вспучившуюся пузырями плоть, но пламя и не думало угасать. Кожа трескалась, выпуская ненадолго сукровицу, чтобы очередной всполох огня запек ее сверху ужасной коркой. Когда то, что еще недавно было Софи Леклёр стало распадаться в воздухе, я победил неподвижность и закрыл глаза. Не знаю, смогу ли я хоть когда-нибудь без содрогания смотреть на жареное мясо, но в тот момент я точно был готов пополнить армию веганов, если доведется выжить.

Арчибальда, казалось, совсем не волновала мучительная гибель Софи, если судить по тому, что он не сделал и намека на попытку облегчить ее страдания. Теплилась слабая, но все же надежда, что к моей судьбе наставник проявит больше участия. Оставалось ждать, чтобы проверить ожидания в реальности. Собственно, терзался я двумя мыслями: чью судьбу из представленных мне суждено разделить и рассчитывать ли на Арчибальда?

— Новичо-о-ок, — раздался разочарованный вздох. И меня тут же взвесили, оценили и признали негодным, — Серо-о-ость. Только пищ-щ-ща-а-а.

«Тьма меня раздери, я не хочу сгореть заживо! Я не хочу умирать! Не хочу! Дай мне шанс, и я докажу, что ты ошибся, мерзкое чудовище! Арчибальд, скажи ему что-нибудь!» — Мысленно я был в панике, мало что понимал от ужаса, и когда услышал голос Арчибальда, не сразу понял, что это не галлюцинация. Я получил хоть маленькую, но отсрочку.

— Как ты выжил? Я лично проверил списки по переходу. Тебя в них не было! — чуть успокоившись, я уговорил себя положиться на каторианца, чтобы не сойти с ума от ожидания пытки, и навострил уши.

Степан быстро перелопатил списки и кивнул — Люмпен не переходил в нашу эпоху. Что подтвердили и работники Храма знаний. Однако, это чудовище плевало и на проверки Арчибальда и на нерушимость слов представителей Храма знаний!

— Интереес-с-сно? — в металлическом голосе чудища послышалась усмешка. Хотя это могло только казаться, так как эмоциями темный явно был обделен. В любом случае, вопрос Арчибальда сделал его более словоохотливым, или же прием «пищи-и-и» пошел впрок, — Что ты може-е-еш-шшь предлож-ш-ш-шить за это, с-с-светлый?

— Неправильная постановка вопроса, — Арчибальд покачал головой из стороны в сторону. — Ты обязан мне своим освобождением.

— Лж-ш-ш-шец! Не тебе-е-е! — в сторону Арчибальда вновь полетели молнии, но впустую. Некромант не поворачиваясь, ткнул пальцем в мою сторону, — Ему. Я ценю. Буде-е-ет пищей всего час. Торгуйся, блоха-а-а!

В этот момент я вообще потерялся. Если с Арчибальдом все было понятно, ему очень нужна эта информация, потому и торговался, то зачем Люмпену терять свой козырь?

— Кристалл Дельранда, заполненный Энергией, — предложил Арчибальд и тут же испарился, перебравшись в новую точку. На его прежнем месте оседала пыль взорванной стены, — ты сейчас слаб, а с кристаллом потребность в пище отпадет на пару месяцев.

Вместо ответа Люмпен сделал еще одну попытку попасть в каторианца.

— Это значит нет? Или мне к кристаллу еще что-нибудь прибавить? — Арчибальд и вправду стал походить на блоху, безостановочно прыгая.

— Неинтере-е-есно. Энергия не критична. Фабио рядом. Скучно, блоха-а-а!

— Что ты хочешь? — Арчибальд не сдавался, ускользая от очередной молнии.

— Тебя-а-а, блоха-а-а. Буде-е-ешь рабом, — не стал мелочиться некромант.

Каторианец демонстрировал удивительную сговорчивость:

— Идет. Кидай договор со своими требованиями. Обсудим условия.

Некромант прекратил обстреливать Арчибальда и проскрипел:

— Умная блоха-а-а! — Арчибальду потребовалось от силы секунд десять, чтобы свести обоюдные желания к общему знаменателю.

— Итак, обязуюсь добровольно провести тысячу лет в ментальном рабстве, и еще тысячу в рабстве с возвращенным сознанием, добросовестно охранять свою жизнь и здоровье для полноценного служения некроманту Люмпену, не предпринимать никаких попыток ограничить его власть над собой или избавиться от рабства до истечения срока в обмен на предоставление полной информации моему наставнику Герхарду Ван Брасту о том, как некроманту Люмпену удалось перейти в следующую эпоху с сохранением сознания. И последнее, если меня освободят без моего участия, договор считается досрочно погашенным с моей стороны. Согласен?

— Да! — проскрипел довольно потирая руки Люмпен.

— Тогда не будем тянуть, я звоню Герхарду, — Арчибальд потянулся к коммуникатору, но чуть не получил выпущенной молнией.

— Нет, — отказался некромант и указал на меня. — Он переда-а-аст. После еды-ы-ы.

— Люмпен, я принимаю, что Ярополк передаст информацию, но он должен выйти отсюда целым и невредимым. Я знаю, что на самом деле случилось с Анной. Какой смысл от гонца, если он способен только слюни пускать? Мне нужны гарантии. В противном случае ешь, я найду способ отсюда выбраться.