Прокаженный - Феликс Разумовский

— Паша, седай к столу.

Кузьма Артемьевич не похмелялся, а, истово кряхтя, цедил из кружки что-то мутновато-пенистое. Заметив вопросительный взгляд майора, он потянул из-под стола огромную стеклянную бутыль.

— Щи. На старинный манер[203]… Лучше не придумаешь…

— Спасибо, я чайку. — Сарычев зевнул и потянулся к внушительному, ведра на два самовару: — Смотри-ка ты, еще горячий.

Он уже успел выпить стакан-другой, съесть в охотку остатки колбасы, как что-то заставило его насторожиться и подняться из-за стола.

Минут через пятнадцать под крыльцом заскрежетала цепь и начал заходиться в хрипе барбос, а еще минут через пять скрипнула калитка, и в окно стала видна фигура в белом изолирующем костюме. Лицо было неразличимо за резиновой маской, однако майор внезапно ухмыльнулся — Яромудр кое-что шепнул ему на ухо.

Поднявшись на крыльцо, визитер постучал и, не дожидаясь приглашения, зашел в комнату.

— Здравствуйте, Александр Степанович. — Он посмотрел на ручной дозиметр и стянул маску. — Еле вас нашел.

* * *

…Зарин относится к отравляющим веществам нервно-паралитического действия. Он представляет собой бесцветную жидкость, при нагревании которой образуются пары.

В чистом виде зарин практически не имеет запаха, поэтому при высоких его концентрациях, легко создаваемых в полевых условиях, внутри организма может быстро и незаметно накопиться смертельная доза. Это очень важное свойство зарина, которое увеличивает возможность его внезапного применения, особенно в тех случаях, когда используются средства доставки, способные быстро и относительно незаметно создавать в районе цели весьма высокие концентрации. При таких условиях личный состав, подвергшийся химическому нападению, вовремя не обнаружит опасность и не сумеет своевременно надеть противогазы и использовать средства защиты кожи.

При вдыхании паров зарина его поражающее действие проявляется очень быстро, поэтому можно создать в полевых условиях настолько высокие концентрации, что их будет достаточно, чтобы за несколько вздохов получить внутрь организма смертельную дозу. В этом случае смерть может наступить в течение нескольких минут.

При малых концентрациях зарина в воздухе у пораженных наблюдается прежде всего сильный насморк, тяжесть в груди, а также сужение зрачков, в результате чего ухудшается зрение.

При вдыхании большой дозы зарина симптомы поражения наступают очень быстро, они проявляются в виде тяжелой одышки, тошноты и рвоты, самопроизвольных выделений, сильной головной боли, потери сознания и судорог, приводящих к смерти…

(Справочный материал по ГО)

* * *

— А масло в голове у вас есть, — сухо похвалил визитера майор и повернулся к хозяину дома. — Это, Кузьма Артемьевич, подполковник Лохнов из ФСБ прибыл.

— А хрена ли собачьего ему тут надо? — Тот сразу же принялся убирать еду со стола и, глянув на чекиста неприязненно, поковылял внутрь дома. — Смотри, Паша, как бы гэбишник не спер чего. Как следует смотри, они такие…

Когда скрип протеза затих, майор задумчиво посмотрел на Лохнова:

— Чего это простой народ вас так не любит?

Тот отвечать не стал, достал сложенный вчетверо лист бумаги:

— Сарычев Александр Степанович, пятьдесят пятого года рождения, майор, два боевых ордена, именной ствол, рукопашник, ВИЧ-инфицирован, уволен за дискредитацию. — Он прервался и посмотрел на Сарычева. — Так?

— Все верно. — Тот хмыкнул. — Так что за шкурный вопрос у вас ко мне, подполковник? Небось случилось что-то? А?

Серые, под густыми, рыжеватыми бровями глаза Лохнова потемнели.

— Поймите, у кого-то на вас вырос огромный зуб, все местные бандиты с ментами роют землю четырьмя лапами и в конце концов вас достанут. А если поможете мне, у вас появится определенный шанс выжить.

— Эх, Василий Дмитриевич, вы же предлагаете сделку человеку, находящемуся в розыске. Знаете, чем это пахнет? — Майор с усмешкой посмотрел на подполковника. — Видно, дела у вас совсем хреновые.

Лохнов сделался мрачен.

— Я замначальника управления, полковника вот-вот получу и хочу спокойно уйти на пенсию генералом. — Он замолчал и посмотрел в окошко, за которым уже вовсю бежали радиоактивные весенние ручьи. — А все летит к чертовой матери. Помочь мне может только человек с вашими способностями. Не знаю, как вы все это делаете, при помощи гипноза, телепатии, черта в ступе. Кто вы — Калиостро, Мессинг, Волшебник Изумрудного города? Не знаю, да и знать не хочу. И не отпирайтесь, я вас изучил достаточно. Ну что, едем?

— Кузьма Артемьевич, ты где? Давай прощаться! — Вместо ответа майор отправился искать хозяина, который на прощание его перекрестил и попросил боженьку, чтобы тот оградил Александра Степановича «от моря Охотского, конвоя вологодского, шмона нежданного, а главное — от мента поганого». При этом выразительно глянул на Лохнова, хотя и был тот из совсем другого ведомства…

Весеннее солнышко припекало, так что изнемогавший в своем резиновом облачении подполковник еле тащился. Только после полуторачасового марафона Сарычев увидел выцветшую надпись на воротах периметра: «Стой! Опасная зона», а также стоявшую неподалеку от шлагбаума белую, пернатую от антенн «Волгу». Из нее выскочил высокий молодой человек, окатил Лохнова из шланга переносного дезактиватора, а Сарычеву коротко приказал:

— Раздевайтесь.

Скоро майор с подполковником оказались в чем мама родила под струями зеленоватой жидкости. Поливальщик почистил также и меч Сарычева, поводил дозиметром, довольно хмыкнул и лишь тогда извлек из багажника белье, одноразовые полотенца и халаты:

— Терпимо, товарищ подполковник, можно одеваться.

Уже из теплого салона «Волги» Сарычев увидел, как все, побывавшее в зоне, было облито бензином и вспыхнуло быстрым, жирно чадящим пламенем. Затем молодой человек заставил его проглотить слоновью дозу антирада, не забыл Лохнова, и машина направилась к шоссе.

— Петя, давай на Красную дачу. — Подполковник, подождав, пока толстенное стекло перегородит салон надвое, принялся освещать реалии. И начал издалека…

Даже из школьного курса известно, что для начала цепной реакции части ядерного заряда нужно собрать в критическую массу. В реальных боевых условиях это достигается применением взрывчатых веществ. И чем они мощнее, тем для дела лучше. Так вот, для этих целей и был создан так называемый «красный порох» — взрывчатка с необыкновенно высоким КПД.

— Понимаете, Александр Степанович, — Лохнов тяжело вздохнул, закашлялся, и по лицу его пробежала судорога, — чтобы с гарантией, к примеру, разнести человека на куски, нужно приблизительно граммов сто тротила. — Он замолчал, потер пальцы о все еще влажную голову и, понюхав их, сморщился. — А вот «красного пороха» для этого достаточно всего чуть больше наперстка, представляете, какая сила взрыва?