Тьма, выкованная в огне - Крис Эванс

— Я сказал остальным, что морхар жив.

— Морхар? — Ренвар вопросительно взглянул на женщину. Мысли путались, и он счел наиболее разумным задавать самые простые вопросы.

— Убийца деревьев, — просто ответила эльфийка.

— Но я…

Он собрался заверить их, что никогда в жизни ничего такого не делал, но тут на глаза ему снова попался лук в руках мужчины. Элвин как наяву увидел перед собой первую стрелу, торчавшую из шеи Алика, и ту, что вонзилась в грудь ему самому. Юноша невольно коснулся раны. Пальцы нащупали прохладные, влажные листья, сплошь покрывавшие левое плечо и грудь. Как ни мучительна физическая боль, душевная была тяжелее.

— Что с моими товарищами?!

— Некоторым из них более не придется бродить среди деревьев. Мы похоронили их на поляне неподалеку отсюда. Стрелы, что забрали их жизнь, были ээри-токма, выкованными в огне, как и та, что пронзила тебя. Тебе повезло, что мы успели вынуть ее до того, как она причинила тебе серьезный вред.

Элвин взглянул туда, куда указала эльфийка. Рядом с ним на широком листе лежали уродливые черные обломки стрелы. Оперением ей служили бритвенно-острые лепестки стального цвета, а из сломанных краев сочился черный ихор, пятная зеленую поверхность. Древко сплошь покрывали колючие, угловатые руны, и хотя прочесть их Элвин не мог, он чувствовал таящуюся в них угрозу.

— А где остальные?

Женщина помогла ему сесть. Грудь пронзило рвущей болью. Юноша охнул и едва не свалился, но эльфийка его удержала. Когда боль улеглась, она напоила Ренвара из бутылочной тыквы.

— Другие тоже ранены. Сейчас их лечат. — Она придерживала его за плечо.

Элвин заставил себя не думать о Йимте и остальных, чтобы не терзаться понапрасну. Кожу покалывало. Вокруг стрекотали насекомые, и он удивился, как громко и отчетливо звучат их голоса.

Мужчина-эльф внезапно встал и пошел по ветке, точно по городской улице. Его походка напоминала Джира. Неторопливого, грациозного и смертельно опасного. Элвин опустил руки в поисках опоры и нащупал под собой гнездо из листьев и мягкого мха. Он осторожно поворочался из стороны в сторону. Насест оказался вполне надежен. Юноша почувствовал себя немного увереннее. Эльф наклонился, внимательно его рассматривая.

Элвин невольно уставился на него в ответ. Он понимал, насколько невежливо поступает, но ничего не мог с собой поделать. В отличие от женщины, чью кожу украшал лишь загар, лицо мужчины покрывала частая татуировка в виде листьев. Эльф по-звериному поворачивал голову с боку на бок. Солдат его, без сомнения, чрезвычайно интересовал. Над плечом лесного воина внезапно блеснула пара темных глазок. На Элвина глядел маленький темно-коричневый пушистый зверек.

— Белка?

Животное сидело на задних лапках у левого уха эльфа, подергивая черным носиком. Длинные золотистые усы непрерывно дрожали. Существо шевельнуло ушками, издавая негромкое мурлыканье. Зверек подобрался и прыгнул, всего на несколько дюймов разминувшись с головой Элвина. Прямо на лету он растопырил все четыре лапки и спланировал к соседнему дереву, ярдах в двадцати от них. Секундой позже белка вернулась, грациозно скакнув на плечо мужчины. В зубах она держала змею в добрый фут длиной. Змея еще извивалась. Зверек стремительно сожрал добычу, не сводя с Элвина глазок-бусин. Управившись с ужином, он снова замурлыкал.

— Да, своего рода, — ответила женщина.

Она заговорила с воином по-эльфийски. Тот ответил ей, по-видимому, на каком-то другом языке, звучавшем скорее как шелест ветра в кронах. Однако эльфийка понимающе кивнула. Мужчина повернулся и растворился в сплетении ветвей. Последним, что видел Элвин, были черные глазки, сверкнувшие на него из листвы. Взгляд их был куда осмысленнее, чем то обычно свойственно белкам.

— Кто этот эльф? — спросил Элвин.

Женщина ответила не сразу. Ее лицо мучительно исказилось.

— Его звали Тиул Горный Родник. Он стал дииова грусс, одним из потерянных.

У Элвина на языке вертелась куча вопросов, но он чувствовал, что время для них не самое подходящее.

— Вы спасли нам жизнь, — сказал он.

Ему как-то довелось подслушать разговор, а точнее, ссору майора с ведьмой. Эльфов из Недремлющей стражи люди вообще не интересовали. Можно себе представить, как они относятся к солдатам империи!

— Мы не собирались этого делать, — ответила эльфийка. — Мы охотились за иной добычей. Мы покинули свою родину в Великом лесу и пересекли большие воды, чтобы выследить их здесь. Мы не рассчитывали найти вас, когда наконец отыскали их. Разумеется, мы в любом случае предоставили бы вас естественному порядку, но, как ни странно, Ее твари напали на вас, хотя вы носите одежды ээри-токма, и мы решили разузнать о вас побольше.

Не самый обнадеживающих ответ, но дареному дракону в пасть не заглядывают, тем более он и огнем дыхнуть может. Однако юношу разбирало любопытство.

— А что это за существо меня подстрелило?

Янтарные глаза эльфийки сверкнули, и Элвин испугался, не перегнул ли палку. Она помолчала и ответила:

— Это существо, как и иные, которых ты не видел, — Ее слуги. Они не более эльфы, чем ты сам.

— Вообще-то наш полк как раз называется «Железные эльфы». Но сам я не эльф, — поспешно добавил он.

Эльфийка зашипела. Она выхватила блестящий деревянный кинжал и начертила в воздухе защитный знак.

— Значит, вы служите Темной Владычице! Напрасно мы помогли вам!

Элвин ощутил струящуюся в клинке силу жизни, и на миг ему почудилось, будто он слышит чей-то голос.

— Чего? Да нет! Мы не имеем никакого отношения к Темной Владычице! Наоборот, мы пытаемся помешать Ей завладеть Звездой! Мы хорошие, честное слово! — сказал он, вскинув руки.

— Ты знаешь о Звезде? — спросила она, не выпуская кинжала из рук.

— Нет, видеть я ее не видел, если вы об этом, но слышать про нее мы все слышали. Я думаю, что за ней-то мы и идем в Луугут-Йор.

Кинжал исчез, а с ним и странное ощущение, что они здесь не одни. Эльфийка опустилась на ветку, не убирая ладони с его плеча. Элвин уронил руки и перевел дух.

— Как твое имя?

— Рядовой Элвин Ренвар.

Эльфийка покачала головой.

— Что оно значит?

— В смысле? Меня просто так зовут, оно ничего не значит. — Элвин слегка повысил голос. — А вас… тебя как зовут?

— Иркила Лунная Песнь, — ответила эльфийка, не сводя с него глубоких, темных глаз, — рик фаурре Высокого Ветра. Отчего ты ведешь такую жизнь, Рядовой Элвин Ренвар? Зачем ты губишь живое ради того, чтобы и дальше влачить свое никчемное существование?

Это уже чересчур.

— Эй, я сказал, что мое имя ничего не значит! Это не значит, что моя жизнь тоже ничего не значит! А потом, имя мне все-таки тоже не просто так дали: меня назвали в честь дедушки.