Наследник - Александр Прозоров

— Бортовой энергетический запас семьдесят два процента, повреждений не зафиксировано.

— Считай параметры этой штуки, — выложил он на пульт выменянную на торгу серебряную гривну.

— Параметры сняты. Вес двести, объем восемьдесят три, длина пятьдесят ровно. Серебра семьдесят процентов, олова семнадцать, свинца два, прочих примесей одиннадцать.

— Фиксируй и дай на плоттер команду отпечатать четыре сотни аналогов из золота. — Он откинул голову и зажмурился на теплых солнечных лучах, бьющих через лобовой иллюминатор.

— По данным блока питания, ему не хватит минеральной массы для изготовления указанного объема изделий. Рекомендовано ионизационное разделение местного объемного минерального раствора для пополнения сырьевых емкостей.

— Как ты выражаешься, голову можно сломать, — поморщился Ротгкхон. — Скажи проще: нужно отправиться к океану и отфильтровать из него все нужное. Работу разрешаю. Фиксируй координаты и взлетай.

— Перехожу на параметры бытового разговорного языка, пилот. Раззява, ты забыл отвязать причальный трос! Принять словарь «бытовой разговорный» в качестве основного?

— Вот грубиян! — рассмеялся, поднимаясь, Ротгкхон. — Прими основным местный русский. Я успел к нему привыкнуть.

В том, что за время стоянки бортовой мозг успел полностью расшифровать сохраненные данные из памяти туземок, он не сомневался.

— Команда выполнена, леший. Гетеродины прогреты, к взлету готов.

Вскоре пластиковая птица взмыла в небеса, возвращая вербовщику подзабытое ощущение полета. Посовещавшись с десантным кораблем, модуль отвернул на северо-восток, где была отмечена наибольшая насыщенность раствора, опустился на поверхность моря, для уменьшения качки зарывшись в воду выше крыльев, и в облаках брызг помчался вдоль побережья, матово светясь из-за наведенного ионизатором потенциала. Плоттер запустился сразу после посадки и теперь медленно гудел, превращая минеральное содержимое здешнего океана в тяжелые сияющие дуги.

Это была самая долгая и нудная[9]часть подготовки к вылету — но всю ее целиком, больше суток, Ротгкхон благополучно проспал, оказавшись после очень долгого перерыва в уютном анатомическом кресле и комфортном тепле. Правда, еду он все-таки предпочел дикарскую — грубую и несбалансированную ни по жирам, ни по калориям, ни по микроэлементам. Зато пахнущую дымом, вкусную, ощутимую во рту и сохранившую тепло прикасавшихся к ней человеческих рук.

Закончив работу и наполнив все ресурсные емкости, начиная с топливных и заканчивая системой жизнеобеспечения, модуль наконец-то остановился.

— Возврат к точке, — потянувшись, приказал Ротгкхон. — Меня, поди, в Муроме заждались.

На подходе к месту предыдущей посадки вербовщик все-таки взял управление на себя, отвернул к городу, обогнул его по широкой дуге, дабы не привлекать внимание раньше времени, вышел к руслу Оки на два десятка верст выше, выбрал широкий плес.

— Борт, зафиксируй координаты и передай на корабль как точку посадки. Здесь, думаю, рыбаков они ненароком не помнут, от жилья далеко.

— Сделано! — вальяжно ответил модуль.

Вербовщик пошел на снижение, промчался над водой несколько верст, после чего мягко, как на тренажере, приводнился и отпустил штурвал:

— Борт, веди модуль вниз по течению на малой скорости.

Малая скорость орбитального модуля немногим превышала скорость скачущей лошади, и потому где-то через полчаса он уже увидел знакомые бревенчатые стены, венчающие огромный вал.

— Борт, прими влево… Борт, привались кормой к свободному причалу… Борт, зафиксируй координаты и перешли на корабль как вторую точку маршрута для десантных блоков. Сброс разрешаю, ориентир точки прибытия: мой голос. Все… — Ротгкхон прошел на корму, открыл люк, выпрыгнул на близкий берег, торопливо намотал трос на причальный брус.

На жухлом травяном склоне, прибитом ночными заморозками, застыли в немом изумлении с десяток подростков и несколько взрослых муромцев. От города, привлеченная неведомым зрелищем, уже тянулась изрядная толпа. Вербовщик на всякий случай закрыл люк, развел руками:

— Чего вытаращились? В детинец бегите, к княжичу Святогору. Сказывайте, пусть сундук пришлет за задатком. Он у меня здесь россыпью.

Разумеется, посмотреть на «небесную лодку» посланника Сварога княжич явился сам, да еще в сопровождении доброй сотни ратников. Видимо, всех, что только были во дворе. На охрану они поведением не походили. Скорее всего — тоже проявили любопытство. Не было только самого главного: сундука.

— Экий у тебя ушкуй интересный… — задумчиво признал Святогор, оглядывая с почтительного удаления голубовато-серебряное подобие птицы, что покачивалось возле причала.

— Это не ушкуй, это малая лодчонка, — ответил ему Ротгкхон. — Скоро ладьи небесные сюда доплывут — вот те уже всем ладьям ладьи.

Три десантных блока представляли собой фактически всю центральную часть корабля, будучи одновременно и средствами высадки, и жизнеобеспечения, и транспортировки. Они при необходимости просто отделялись от корпуса со всем содержимым, равно как и стыковались точно так же, избавляя путешественников от необходимости куда-то перемещаться и что-либо носить. Если поставить любой из них поперек Оки — Муром сразу получит вместо паромов готовый мост.

— А куда на ней крепится мачта? Или ты обходишься одними веслами?

— Княже… Побратим… Вспомни, мы отправляемся на нижнее небо, в мир чародейства, богов, духов и кудесников. Ладьям Сварога не нужны ни весла, ни паруса. Они двигаются одной божьей силой. Кстати, где сундук? У меня пять пудов гривен дружине в задаток.

— Тиун хлопочет, пришлет сейчас с кем-нибудь из дворни.

— Лесослав!!! — растолкав толпу, добралась до него Зимава и радостно расцеловала. — Наконец-то вернулся! Я ужо вся извелась.

— Послушай меня, иноземец! — спохватился Святогор. — Мы тут беседовали с прочими сотниками и вот о чем порешили: надобно нам баб с собой взять с полсотни. Коли на три года отправляемся — так ведь там и постирать надобно будет, и одежу прохудившуюся зашить, и порядок навести. Подмести там, помыть. Иногда и сготовить. Опять же, одного волхва мало. Вдруг случится с ним что? Надобно еще знахарок-ворожей прихватить. Хотя бы двух.

— Сварог платит за воинов, а не за женщин, — решительно отрезал Ротгкхон. — Я могу забрать ваших спутниц на ладьи, но платить им за хлопоты дружине придется из своего кармана.

Разумеется, вербовщику не было жалко получасовой работы плоттера — но он отлично знал, что если потакать наемникам во всех их капризах, то они быстро сядут на голову, и никакой службы от них уже не дождешься.