Жрец Лейлы - Светлана Зимина

– Белил очень сильно бушевал? – насмешливые интонации.

Юноша взглянул на темную фигуру, устроившуюся в кресле, и невольно коснулся шеи в тех местах, где багровели синяки в виде отпечатков пальцев:

– Ну я бы тоже не обрадовался, обнаружив небольшую армию под стенами Белой Ложи, оказавшуюся там как по мановению палочки. Я восхищен оперативностью и быстротой противника. Очень шустрые ребята. И несмотря на то, что Белил их не воспринимает всерьез, ему все равно все это не нравиться.

– Он в курсе, кто ими руководит?

– Нет, – улыбнулся Мейдок. – Его Светлейшиство думает, что просто Тинар Быстрый слишком уж расстроился из-за проигрыша в Мигаре и решил таким вот экзотическим способом смыть позор со своей репутации. А оборотни просто подвернулись под руку. Они давно точили на Белила зуб. Верховный маг собирает весь совет для экстренного совещания. Но никто не видит особой угрозы от кучки варваров.

– Удивительный парень этот Лилиан Катани, – покачал головой сидящий. – И я явственно вижу происк судьбы во всем этом.

– Вы предвидите, учитель? – тихо поинтересовался Мейдок.

Тот медленно кивнул.

– Мы будем предупреждать жрецов?

– В этом нет нужды, – тихо ответил Митас и поднялся на ноги.

Не смотря на свой возраст, этот маг обладал высокой мощной фигурой от рождения, и его изборожденное морщинами лицо было лицом не старика, а скорее пожилого человека:

– Тебе нужно кое-что сделать, Мейдок. И к завтрашней ночи повторить одно заклинание.

Я с ужасом смотрел на свою богиню:

– П-повтори. Пожалуйста, что ты только что сказала.

Она лукаво улыбнулась и терпеливо повторила:

– Я сказала, что тебе придется воспользоваться канализационными трубами. И не надо так скрежетать зубами. Это единственное не охраняемое место в башне.

Я мученически застонал, вот не зря меня мучили такие плохие предчувствия.

Богиня хихикнула:

– Ли, ты ведь не надеялся, что я просто открою тебе портал. Если бы все было так просто…

– Но канализация?!

– Она не охраняется раз в пять лет. Как раз завтра ночью.

– А что происходит? – подозрительно осведомился я.

– Белая Ложа насквозь пронизана магией. Особенно её нижние уровни. И отходами являются не только привычный мусор в человеческом понимании. Завтра пойдут отбросы магии, которые впитывает в себя песок пустыни. Завтра ни один человек не сможет находиться рядом с выходом таких вот магических нечистот.

Я задумчиво покрутил головой:

– Госпожа моя, я человек, между прочим…

– Вот для этого я могу даровать тебе защиту. Но ненадолго. Есть определенные ограничения. И тебе придется пересечь весь путь самое большее за полтора часа. Потом защита рассыплется…

– А вонь? – простонал я.

– Нуууу…

– Все ясно, – тяжело вздохнул я. – Что еще мне надо знать?

– Тебе нужно найти человек по имени Мейдок. Только он сможет провести тебя беспрепятственно к пленникам.

– И почему он это сделает?

Лейла улыбнулась:

– Потому что ты пообещаешь ему помощь.

– Какого рода?

Она всплеснула руками:

– Нет, ну какой ты все-таки подозрительный, Ли. Ты поможешь ему стать Верховным Магом Белой Ложи.

Я смотрел на свою богиню и понимал, что тут что-то странное происходит.

– Госпожа моя, а почему именно я? Ведь моя задача освободить жрецов. Такой договор надо заключать с Кэртисом, особенно если он действительно захватит Белую Ложу. Ведь тогда она станет владением Темных и подпадает под законы захваченной крепости.

– А я тебе не говорила? – удивилась она, и я ни на мгновение ей не поверил.

– Нет, – напряглось что-то внутри меня натянутой струной.

– Потому что он – твой брат.

Я тихо выдохнул, и устало попросил:

– А можно чуть подробнее?

Тонкие ладошки легли мне на плечи, затем обхватили за шею. Я обнял свою богиню в ответ. И, наконец, услышал рассказ:

– Он на несколько месяцев младше тебя. Его мать была жертвой охоты твоего отца и вовремя ушла из города. Через три дня у Мейдока день рождения, ему исполниться двадцать пять лет. Его мать одна из дочерей графа Визора, ты должен его помнить, только он думает, что дочь умерла. Никто не знает о Мейдоке и Регил тоже не знал.

– А сам… Мейдок?..

– Знает, – шепот щекочет мне ухо. – Он необычный, как и все вы. Сам Свет выбрал его в качестве замены Белилу. Мейдоком невозможно управлять. Но его не интересует ни Мирейя, ни трон. Он ненавидит Белила, Регила и графа Визора.

– Почему я узнаю о нем только сейчас?

– Потому что тебе нельзя было слишком долго думать над этим, – тихо ответила богиня. – Ты должен встретиться с ним, поговорить и помочь ему стать Верховным Магом Белой Ложи.

Я молчал некоторое время, вдыхая слабый цветочный запах волос своей госпожи.

– Я… понимаю… наверное…

– Прости, – она чуть отстранилась.

– Я повинуюсь тебе, моя госпожа, – тихо ответил я. И она растворилась в моих руках.

Я медленно упал спиной на песок, всматриваясь в звездное небо. Надо было встать и идти, меня ждали на совещании, но столько новостей… еще один брат… Его мать явно была необычной женщиной, раз смогла выжить в этом жестоком мире. Родить его…

Я встряхнулся и поднялся на ноги.

Похоже, стоит сообщить некоторые факты военачальникам армии. Боги решили, что делать с Белой Ложей, на откуп победителям её явно не собираются отдавать.

– Что-то грядет, – тихо заметил Станислав.

– Почему ты так решил? – Корал поднял глаза от картинки. Которую выкладывал весь этот медленно тянущийся день.

– Чувствую напряжение вне этих стен.

– Кроме того, – подал голос Винил. – Белил не почтил нас своим присутствием, хотя сегодня именно такой день, когда он приходит обязательно вытянуть из нас очередную порцию силы. Да и Мейдока не видно уже несколько дней.

Станислав повернулся от стекла и пристально взглянул на своих друзей.

– Я думаю, нам стоит подготовиться. Что-то назревает серьезное. И от нас постараются избавиться.

Корал поднялся на ноги:

– Думаешь, пришло время?

– Да, – кивнул Станислав.

– А если это не так?

– Тогда Белил узнает, что мы скрывали от него намного больше, чем он думал, и что мы почти полностью сохранили свои силы, – тихо ответил синеглазый жрец. – И скорее всего посчитает возможным выпить нас до дна, так как мы станем слишком опасны для него, потому что он перестанет верить в возможность превращения нас в послушных марионеток.