Бездарь. Охота на бессмертного - Василий Горъ

Дальнейшую лекцию Паоло Ольга слушала со все возрастающим интересом: закончив описывать тактико-технические характеристики винтовки, он начал рассказывать о мире специальных операций – о логике подбора оружия под то или иное задание, о принципах размещения снаряжения на теле и в рюкзаке и о некоторых аспектах подготовки снайперов, боевых пловцов и диверсантов.

Безусловно, он рассказывал далеко не все, что знал. Однако и та мелочь, которую он озвучивал, заставила ее переосмыслить некоторые действия отца и сделать не очень приятные выводы:

– Раз отец послал со мной Вересаева, значит, в Хабаровском крае у него были враги?

– Не исключено…

– А выбор Максимом именно этого оружия был обусловлен поставленной перед ним задачей?

– Однозначно: он рассчитывал на ведение боевых действий против сравнительно небольших групп противника в условиях ограниченной видимости, то есть в тайге…

– Хм… Тут – тоже леса… Значит, если за нами действительно пустят погоню, то он ее уничтожит?

– Не думаю… – подумав, ответил Паоло. – Как правило, пролитая кровь настраивает пострадавшую сторону на крайне негуманный лад. Мне кажется, что синьор Вересаев сейчас либо путает следы, либо ставит некие сигнальные средства, которые позволят ему следить за передвижениями преследователей издалека…

Ольга внезапно почувствовала угрызения совести:

– Может, ему нужна помощь?

– Ни вы, ни ваши бодигарды, ни я ему не помощники… – пожал плечами Дзабарелла. – Он двигается по лесу бесшумно и совершенно незаметно, а мы ломимся, как стадо быков, убегающих от пожара. Он видит и контролирует все, а мы слепы, как новорожденные котята. Он создает нужные ситуации, а мы реагируем на те, в которые влипаем сами. Говоря иными словами, наше присутствие рядом с ним заставит его думать не о противнике, а о нашей безопасности…

…Вересаев возник на пути их маленького отряда часа через полтора: отделился от дерева как раз в тот момент, когда мимо него проходил Толян. И, пристально оглядев Ольгу с ног до головы, молча занял место в арьергарде.

В бесформенном балахоне, больше похожем на оживший стог сена или куст, чем на одежду, и с винтовкой, замотанной какой-то зеленой хренью, он выглядел настолько иррационально, что спрашивать его о том, что там, сзади, девушка не решилась. А вот Костик спросил. И получил невероятно «информативный» ответ:

– Пока вроде все нормально…

В принципе, это было понятно и так: девушка, весь последний час напряженно прислушивавшаяся к щебету птиц и прочим звукам, раздающимся вокруг, более-менее разобралась с принципами поведения местных «сигнальщиков». И была почти уверена, что другой группы людей поблизости нет.

Почему «почти»? Да потому, что после беседы с Паоло, Толяном и Костиком она переосмыслила свое отношение к отповеди Вересаева и начала учитывать гипотетические возможности местных магов. Правда, с последним получалось неважно, так как всплывающие в памяти воспоминания о способностях героев фантастических фильмов и книг то пугали, то вызывали смех.

Как оказалось, Толян ломал голову над теми же проблемами. И когда отряд выбрался на берег реки Льянмар, а «человек-тень» разрешил устроить десятиминутный привал, заговорил как бы сам с собой. Вернее, подвел итоги своим размышлениям:

– Раз в Девяти Мирах пользуются порталами и есть понятие «артефакт», значит, один из видов местной магии можно условно называть артефакторикой. Раз языки и некие информационные блоки вкладываются напрямую в мозг любого человека, можно утверждать, что существует магия разума. Раз в досье на Уленмара ап-Риддерка сказано, что он иллюзионист шестой ступени, значит, третий раздел, который мы можем с уверенностью идентифицировать, это магия иллюзий. Далее, раз артефакт, препятствующий взаимному проникновению вторичных эманаций, каким-то образом воздействует на организм, а в инфоблоке встречается термин «Измененные», значит, четвертый раздел магии – это магия жизни. И последнее: раз в описании харруга упоминается огненный шар, значит, тут есть еще и магия стихий…

– Логично… – одновременно воскликнули Ольга и Костик. А Вересаев и Дзабарелла согласно кивнули.

Толян приободрился:

– Отталкиваясь от всего вышеперечисленного, можно сделать следующие выводы. Первое: предметы, на которые нанесены руны, похожие на те, которые были изображены на кольцах вокруг портального круга, могут быть опасны. Второе: на сознание любого из нас может оказываться удаленное воздействие с непредсказуемым результатом. Третье: не все то, что мы видим, реально, а верить своим глазам надо с оглядкой. Четвертое: в этом мире люди могут быть намного более живучими, чем мы. И пятое: теоретически любой встречный-поперечный может угостить нас огненным шаром или другими магическими аналогами выстрела из дальнобойного оружия…

– А почему «любой»? – удивился Бардин. – Арвид ап-Лагаррат сказал, что пользоваться артефактами могут только маги!

– Он сказал немножечко не так… – переходя на илли-ти, криво усмехнулся Паоло. И тут же процитировал: – «Ни в одном из вас нет даже намека на магическую искру. Значит, пользоваться артефактами вы не сможете даже при очень большом желании…»

– Ну, а я о чем?

– Он явно разделял понятия «маг» и «человек, обладающий магической искрой»…

– Угу… – кивнула Ольга. – И дал понять, что каждый из них МОЖЕТ пользоваться артефактами…

Костик недовольно нахмурился:

– Получается, что мы тут типа людей третьего сорта?

– Что-то вроде того… – грустно согласилась Фролова, затем поймала взгляд Вересаева и одними губами произнесла: – Максим, вы что-то говорили о том, что тут, на реке, можно будет справить нужду…

– А, да, ща… – тут же отозвался Вересаев, двинулся к воде, и в этот момент относительную тишину леса разорвал жуткий, лишающий воли и способности соображать рык…