Огненный шторм - Анна Гурова

– Нет, не в драконьеры. Вот еще! Он для них слишком хорош. Грег, покажи его сиятельству руку…

Грег тоже встал, стянул с левой руки перчатку и протянул руку герцогу, держа ее ладонью вверх. На ладони медленно проступила зеленая спираль.

Глаза Амедео вспыхнули.

– Да-да, то самое! – воскликнул он, жадно разглядывая зеленую спираль. – Печать силы! Знаменитое вендельское колдовство, которое уже лет сто как считается утраченным. Один из моих драконьеров, бывший наемник из Трамонтаны, недавно рассказывал мне о нем. И о некоем старинном роде, который, по слухам, им все еще владеет…

– Так и есть, – подтвердил Вальтер. – Это фамильное умение, оно в крови – обучить ему невозможно. Только я и Грег владеем даром создания печатей.

– Магия, темное искусство! – проговорил Амедео, не отрывая взгляд от спирали. – Ядовитый дар Змея Бездны! Но в нашем положении выбирать не приходится. Вы правы, граф, – оно в самом деле безвыходное… Так пусть дар Змея в кои-то веки послужит благой цели – борьбе против его собственных порождений! Что делает эта печать?

– Исцеляет, – ответил Грег.

– Исцелять, – буркнул Амедео, – мы можем и сами. Вы будете создавать другие печати. Такие, которые способны убивать!

* * *

– Ну, что скажешь? – спросил Вальтер у брата по дороге домой – в башню, которую герцог выделил для «графа Веттерштайна и его двора». – Откуда это странное сияние во взоре? Уже не узрел ли ты Вечный Сад?

– Напрасно насмехаешься, – отозвался Грег. – Что до света – почему бы ему не воссиять, когда все наполнилось смыслом?

– Чем?

– Я сегодня увидел цель войны. Понял наконец, ради чего мы сражаемся…

– О! – протянул Вальтер с любопытством. – И что же ты такое увидел?

– Раньше, когда ты говорил о благе мира, о войне ради всего человечества, о том, что Мондрагон враждебен самой жизни… Я не мог этим проникнуться. Для меня это были всего лишь слова, которые не трогали душу. Признаюсь со стыдом, порой у меня мелькала мысль: а нам-то какое дело до Мондрагона, если он не угрожает Веттерштайну?

Но теперь я понял – когда герцог Амедео перевел твои высокие цели в обычные земные вещи, которые можно увидеть, потрогать, вдохнуть их запах… Город, поля, деревни, простые люди, которые хотят жить… И все это так прекрасно устроено… Мне стало ясно, о чем ты мечтал. Что это такое: «Я всего лишь хочу защитить свое»! Твои земли, под сенью твоих крыл, твоей надежной защитой…

– Ну-у, да, примерно об этом, – протянул Вальтер. – Мои земли под сенью моих крыл… Это ты красиво выразился. Какое славное герцогство! Такое богатое и сильное…

– Знаешь, сегодня я поверил, что смертные действительно могут сопротивляться драконам!

– В этом я не уверен… Но одно верно: чтобы начать войну, Молино – наилучший плацдарм!

Говоря это, Вальтер поднял голову и измерил нависшую над пестрыми крышами бурую цитадель взглядом, словно прикидывая, как бы половчее разрезать этот роскошный пирог.

– А что ты скажешь о герцоге? – неожиданно спросил он. – Что ты скажешь – не о Молино и не о целях войны, а о самом старике Амедео?

Грег развел руками.

– Ты и сам все видел, раз присягнул ему. Вот настоящий правитель! Какой благородный, стратегически мыслящий ум. Честь служить под началом такого!

– Да, достойнейший человек, – промурлыкал Вальтер. – А казалось бы, милый толстячок, полный благих намерений…

– Герцог Амедео вел себя открыто и искренне. Не хитрил, не вилял… и не лгал, – добавил Грег c укором.

Вальтер остановился, прищурился:

– Ты на что намекаешь?

– Ты соврал ему, что умеешь создавать печати! Зачем?

Вальтер пожал плечами.

– Ну, да. Сказал то, что он хотел услышать. Ему нужен собственный Лука – только вменяемый и управляемый. Теперь он считает, что им обзавелся, хе-хе… А хорошо зная Луку, будет с нами предупредительным и осторожным – он ведь не знает, на что я способен… Это прекрасно!

– Зачем было врать? Сказал бы, что печати создаю я…

– И меня бы пинком выкинули за ворота. Или посадили бы в тюрьму, как Даниэля, чтобы обеспечить твою лояльность… Нет, брат, я все сделал правильно. Теперь Амедео считает меня великим колдуном и хочет использовать… Интересно, как? Он накидал любопытных намеков насчет Сантории… Амедео хитер, у него свои планы. И не обманывайся его мнимой чистосердечностью! Ему есть что скрывать.

– Не понимаю, на что ты намекаешь.

Братья остановились на маленькой площади возле водяного насоса замысловатой формы. Вальтер огляделся и негромко сказал:

– Все, что нам сегодня было продемонстрировано, мог бы устроить в любом городе любой грамотный кондотьер. Почему работает в Молино и не сработало в других местах?

– Герцог…

– Точно – герцог. Мудрый, ничего не упускающий, делающий именно то, что нужно. Откуда он знает, что нужно? Только не надо этой болтовни о гениальной прозорливости… Мы-то знаем, откуда и как берутся сведения.

– Разведка? Но какая может быть разведка, когда имеешь дело с драконами? – нахмурился Грег.

– Вот именно. – Вальтер понизил голос. – Я очень внимательно слушал сегодня Амедео. Он ничего не угадывает. Он опирается на знания. Откуда он так много знает о драконах? Откуда у человека такие данные о том, что может поразить дракона, а что нет? Почему герцог точно знает, что гнездо Мондрагона на горе Монт Эгад, если в южных землях уже лет двадцать не ступала нога смертного? Как он выяснил, что Мондрагон не может летать, когда я сам это узнал совсем недавно, заглянув ему в голову с помощью магии?!

– Да, это очень подозрительно, – подтвердил ошарашенный Грег. – Надо разузнать…

– Гм, попытайся. При этом у Амедео в распоряжении только обычные человеческие средства войны и алхимии. Но он опирается на знания о драконах, которых у людей нет и быть не может. Думай… где он мог их раздобыть! И еще, надо бы посмотреть на того слабенького чародея, которого он не счел нужным показать…

Говоря, Вальтер пошел дальше.

– Брат, постой, – окликнул его Грег. – У меня есть просьба. Я хочу навестить Аличе в Каррене.

Вальтер обернулся:

– Зачем?

– Я бы слетал очень быстро, – смутился Грег. – Мы с ней нехорошо расстались. Я хотел объяснить ей, что это все ради ее блага…

– Нет, – отрезал Вальтер, – не вижу смысла. Ничего с девчонкой не случится. Она у тетки, в полной безопасности. Не нужно привлекать к ней лишнего внимания.

Грег сжал зубы, чтобы не начать спорить. Несмотря на слова брата, что с Аличе ничего не случится, на душе у него было тревожно. Он помнил, какое лицо стало у Фьяммы, когда Вальтер заявился к ней в башню и оставил ей девушку, которую назвал своей ученицей…