Звезда ведьмы - Джеймс Клеменс

Арлекин взмахнул своей пижонской шляпой.

— Это всего лишь облако на вершине истинного Блэкхолла. То, что вы видите над волнами, умножьте в три — нет, по меньшей мере в четыре — раза, и получите то, что лежит под морем, — он обвел пристальным взглядом остальных. — Это не остров, который вы собираетесь осадить. Это целая страна внутри, страна извращенных людей, огромных тварей и черной магии. Вот то, с чем вы столкнетесь.

Тишина повисла в комнате.

Затем один серебряный колокольчик зазвенел среди сотен, украшающих одеяние Арлекина.

— Я предлагаю вам ту помощь, которую могу.

Он повернулся к Ханту:

— Лучшие карты, более детальные схемы их укреплений. В столь исполинском месте, как Блэкхолл, легко не заметить такого крошку, как я, да еще и изображающего шута. Но даже я, со всеми моими умениями, мог попасть лишь на самые верхние уровни этого омерзительного места, словно воробей, прыгающий по черепице на крыше, — он оглядел комнату вновь. — Поверьте этим словам, если не верите остальным. Вам никогда не победить Блэкхолл.

Елене показалось, что мир вокруг потемнел.

— Ну и зачем нам в таком случае сломя голову кидаться навстречу року, да еще и чтобы успеть за один месяц, — спросил мастер Эдилл, — если все, что нас ждет, — это поражение?

Арлекин печально вздохнул.

— Потому что иногда утратить жизнь в битве — это не самый худший исход.

— Что же хуже? — спросил Верховный Килевой.

Арлекин посмотрел на владыку Дреренди так, словно тот был ребенком.

— Утратить мир.

Начали раздаваться пораженные голоса, но лорд Тайрус заговорил со своего места рядом с очагом:

— Послушайте, что он скажет.

Арлекин, казалось, не заметил реакции остальных и продолжил:

— Веками Аласия сражалась за то, чтобы скинуть Черного Зверя с этих берегов. Маги древнего Чайрика отдали всю свою кровавую магию, стремясь добиться этого. Армии теряли жизни своих людей на этих берегах, до тех пор пока земля не покраснела от крови. В течение пяти веков восстания жестоко подавлялись его черным кулаком. И для чего все?

— Освободить наши земли, — прорычал Эррил. — Скинуть тяжесть его ига с наших плеч!

— Но кто-нибудь спрашивал: почему?

Эррил открыл рот, чтобы ответить, но на его лице отобразилось замешательство.

— Что значит «почему»? — выпалил он.

Арлекин прислонился к каминной полке:

— Почему Черный Зверь пришел сюда?

Выражение замешательства на лице Эррила стало явственнее.

— Пять сотен зим ушло на то, чтобы узнать, что Черное Сердце не из Гульготы, что на самом деле он огр, предок твоего друга Толчука.

— Что ты имеешь в виду?

— Вы не знаете своего врага; вы никогда не знали. В Блэкхолле вы видите остров и думаете, что вам все понятно, и не предполагаете, что существуют глубины, скрытые под ним. То же самое и с хозяином острова. Вы не знаете ничего. Почему этот огр покинул эти земли так надолго? Почему он появился среди дварфов? Почему он вернулся как завоеватель с войсками и магией? Почему он удерживал эти земли так долго? Почему он расположил Врата Плотины на местах стихийной магии вокруг Аласии?

Арлекин пристально вглядывался в каждого пылающими золотыми глазами.

— Почему он здесь?

После минуты потрясенной тишины Эррил откашлялся:

— Ну и почему?

Арлекин сорвался со своего места со звоном колокольчиков, перекувыркнулся через голову и, приземлившись на каблуки рядом с стендайцем, направил указательный палец на его нос.

— Наконец-то! Спустя пять столетий кто-то решил спросить!

Эррил отклонился от направленного на него пальца.

Елена спросила со своего места:

— Почему он здесь?

Арлекин опустил руки и пожал плечами.

— Небесная мать, если бы я знал.

Он отступил к очагу, уставившись на угасающие угли.

— Я просто подумал, что кому-то следовало задаться этим вопросом.

Елена нахмурилась.

— Я не понимаю.

— И никто из вас не понимает. Пока это не изменится, у Черного Сердца будет преимущество.

Мастер Эдилл выпрямился в своем кресле:

— Теперь, когда мы отчитаны за свою слепоту, возможно, ты расскажешь нам, что за нужда такая в срочных действиях.

Арлекин глянул через плечо:

— До полнолуния в канун Середины Лета Черное Сердце доведет до конца то, к чему он стремился последние несколько веков. Хотя разрушение Врат Плотины помешало ему, у него остались последние Врата, и он собирается использовать их, чтобы закончить начатое.

Елена вспомнила время, проведенное в ловушке на Плотине, когда она видела четверо Врат, тянущих энергию из самого мира.

— Он стремится иссушить энергию в сердце Земли. Но зачем?

— Зачем, зачем, зачем… — Арлекин повернулся и надел шляпу на голову. — Хороший вопрос. Ты учишься, моя маленькая птичка. В самом деле, зачем? — он пожал плечами и подмигнул ей. — У меня нет идей. Но я знаю ответ на другой вопрос.

— Что же это?

Он помахал пальцем.

— Нет, не что… а где.

Елена сумела скрыть свое замешательство.

— Где?

— Где Темный Лорд собирается действовать. Вот почему я убрал свой зад из тех черных залов как только смог. Я знаю, когда он собирается действовать — в следующее полнолуние, и я знаю где!

Эррил выпрямился.

— Где?

Арлекин переводил взгляд с Эррила на Елену.

— Можете предположить?

Эррил опустил руку на эфес меча:

— Довольно вопросов.

— Сказано истинным воином, — сказал Арлекин со вздохом. — Это именно тот подход к делу, который привел нас сюда. Ты что, не слушал? Вопросов никогда не бывает достаточно.

Елена сидела очень неподвижно в своем кресле. Последние Врата Плотины, эбонитовая статуя Виверны. Она вспомнила, как в последний раз видела это упакованным на корабле. Груз отправлялся… отправлялся…

— О Милосердная Мать! — воскликнула Елена, неожиданно поняв. — Врата Виверны направляются в мой родной город, в Винтерфелл!

Арлекин грустно покачал головой:

— Я боюсь, у меня новости похуже. Черное Сердце не сидит сложа руки, пока вы тут строите планы, рисуете карты и схемы.

— Что ты хочешь сказать? — сказал Эррил, положив руку Елене на плечо, словно желая защитить ее.

— Мне удалось взглянуть на письмо с поля боя, присланное командиром Темного Лорда, Шорканом, — Арлекин говорил, и ему вторил скорбный хор колокольчиков. — Врата Плотины не направляются в Винтерфелл. Они уже там.