Алекс Верус. Бегство - Бенедикт Джэка

Неподалеку от нас Талисид негромко разговаривал с Илмарином. Талисид согласился возглавить церемонию и найти секунданта, он же подыскал подходящее место. Прежде чем я снова раскрыл рот, двери в противоположном конце зала распахнулись, и во-шли двое.

Девушке справа на вид было лет двадцать: черные волосы до плеч и необычные рыжевато-карие глаза. Мы с ней встречались лишь однажды, хотя у меня сохранились хорошие воспоминания – мне пришлась по душе ее кроткая доброта. Зонд познакомился с ней во время совместной учебы. Ее звали Анна.

Лона шла чуть сзади и сбоку. Ее мантия была сшита согласно требованиям Совета, однако Арахне удалось сделать так, чтобы Лона выглядела гораздо лучше, чем полагается ученице. Белоснежная ткань с зеленой отделкой эффектно оттеняла светлую кожу Лоны.

При появлении девушек все разговоры смолкли, и взгляды присутствующих обратились к ним. Анна провела Лону на сцену, и вперед выступил Талисид.

– Кто предстал перед нами?

– Та, кто ищет знаний, – мягко произнесла Анна.

– Как она пришла сюда?

– В темноте, не ведая Света – покорно, сознавая о своем неведении и веруя в то, что сможет стать тем, кем пока что не является.

– В таком случае пусть выйдет вперед.

Лона повиновалась, и Анна отступила в сторону.

– Подойди и назови себя, – предложил Талисид.

– Лона Манкьюзо, – произнесла Лона.

Я понимал, что она очень волнуется, но ее голос даже не дрогнул.

– Лона Манкьюзо, – сказал Талисид. – Клянешься ли ты перед собравшимся здесь Советом поступить в обучение к наставнику? Клянешься ли ты повиноваться без колебаний, подчиняться беспрекословно и терпеть, не опуская рук? И клянешься ли ты служить своему наставнику, а через него Совету и Свету, всегда и во всем до того дня, когда ты займешь свое место среди нас в качестве мага-подмастерья?

– Клянусь, – ответила Лона.

Просто поразительно – она не поперхнулась при слове «подчиняться».

– Тогда я обращаюсь к присутствующему здесь Совету, – вымолвил Талисид. – Есть ли среди нас тот, кто готов взять на себя эту ответственность?

Настал мой черед.

– Я готов, – сказал я, выступая вперед.

– И что ты предлагаешь?

– Учить ее профессиональным знаниям и магии. Оберегать от других и от самой себя; помогать и поддерживать, что бы ни случилось, и брать на себя ответственность за ее деяния, как хорошие, так и плохие.

– Предложение мага Веруса принимается, – проговорил Талисид. – Я выступаю свидетелем.

– Я выступаю свидетелем, – подхватил Илмарин.

– В таком случае все решено, – подытожил Талисид. – Настоящий Совет прекращает свою работу.

После завершения церемонии обстановка разрядилась. К Лоне начали подходить маги, и вскоре она уже оказалась в центре небольшой толпы.

– Такого большого количества народа я никак не ожидал, – пробормотал я.

– Удивляться нечему, – заметил Талисид. Мы стояли поодаль, каждый с бокалом вина в руке, и наблюдали за происходящим. – У вас – солидная репутация, Верус.

– Неужели?

– Я не сказал хорошая репутация, – сухо усмехнулся Талисид. – Теперь вы подозреваетесь в причастности к исчезновению сразу двух белых магов. И, могу добавить, небезосновательно.

– Могу лишь возразить, что это они первые начали.

– Почему-то мне кажется, что ваши слова вам не очень-то помогут.

Лона беседовала с Илмарином, Зонд ошивался рядом. Серебристый туман проклятия Лоны был сжат плотнее, чем прежде, окружая ее слоем толщиной всего в одну руку, а не в две. Похоже, наши практические занятия не прошли даром.

– Кстати, всех в первую очередь интересует именно она.

– Есть кое-что еще, Верус, – произнес Талисид. – Белфас пользовался заслуженной репутацией одного из самых опасных боевых магов в стране. То, что вы с ним поссорились, ни для кого не секрет. Многие ожидали, что он доведет начатое до конца. И когда Белфас исчез…

Я молча наблюдал за толпой.

– Прошу прощения, – сказал Талисид. – Поправлюсь: если Белфас не вернется… вами сильно заинтересуются.

– Жду не дождусь.

– Полагаю, кое на кого это произведет впечатление, – продолжал Талисид. – И вам, конечно, кое-что придется не по душе. Но в любом случае вы станете известным. Как и ваша ученица.

Я пытливо посмотрел на Талисида. Он спокойно выдержал мой взгляд.

– Пожалуй, вам нужно время, чтобы прийти в себя. Подозреваю, что в ближайшие – скажем, месяца два – к вам обратятся с самыми различными предложениями. На вашем месте я бы очень тщательно их обдумал, прежде чем отвечать.

– А вы сами, Талисид? – спросил я. – Что получили вы?

Талисид молча смотрел на меня, после чего слегка улыбнулся:

– Когда-нибудь я смогу вам это сказать. Прощайте, Верус.

Я проводил его взглядом, пока он не растворился в толпе.

Спустя час Лоне и Зонду удалось освободиться и подойти ко мне. Наблюдая за Лоной, я заметил, что она выглядит усталой.

– Фу! – пробормотала Лона, приближаясь ко мне. – Алекс, давай отойдем в сторонку? Как же это трудно!

– Не волнуйся! – вполголоса произнес я, держась на безопасном расстоянии от проклятия. Лона ослабила над ним контроль, и облачко серебристого тумана снова разрослось до своих обычных размеров. – Отличная работа.

– Ты считал, я забуду то, что должна говорить, да?

– Я уже начинал переживать, что ты вообще не появишься.

– Ты бы тоже опоздал, если бы тебе пришлось одеваться и укладывать волосы самому, поскольку никто не может к тебе прикоснуться.

– Как вы поладили с Анной? – полюбопытствовал Зонд.

– Все было замечательно, – ответила Лона. – Она ни о чем меня не спрашивала. – Она вопросительно посмотрела на меня. – Пепла ты не приглашал?

Я рассмеялся. В ту ночь Пепел сдержал свое слово. Несмотря на полученные в схватке с Белфасом раны, он после моего исчезновения вернул Зонда и Лону в Лондон и даже высадил их перед «Торговыми рядами». После чего забрал Рэйчел, так и не пришедшую в сознание, и скрылся в темноте.

– Все будет в порядке? – с тревогой спросил Зонд. – И никто не будет на нас охотиться, правда?

Я покачал головой:

– Белфаса нет в живых. У его людей нет никаких причин воевать с нами. То же самое относится и к Меридит. Ей не очень-то повезло.

– А как насчет Левистуса? – тихо промолвила Лона.

Зонд испуганно огляделся вокруг, но рядом с нами никого не было. Собравшиеся уже начинали расходиться и направлялись к выходу.