Дожить до вчера. Рейд "попаданцев" - Артем Рыбаков

— Вот и ладненько, — приободрился обходчик. — А кусман какой быть должен? Я бы подобрал, да и с племяшкой прислал ввечеру.

— А какие кидают, не раскалывая?

— Да вот иде-то такие, — и железнодорожник ладонями показал.

— Пятнадцать на пятнадцать, стало быть? А высота? Тоже с ладонь? Если с умом выдолбить, полкило тола засунуть можно. Мы сейчас на пробу кусочков пять прихватим и попробуем, хорошо?

— Да хоть десять! Только я мешок вам сейчас дам, а то изгваздаетесь в угольке-то! — И Кондрат Васильевич вылез из-за стола.

У приличных размеров угольной кучи, накрытой для защиты от непогоды соломенными матами, Сашка не поленился и, присев на корточки, перебрал несколько десятков кусков угля подходящих размеров. Некоторые он с силой бросал на землю, другие вертел в руках, парочку даже попробовал поковырять кончиком ножа.

— Хренотень! — вынес он свой вердикт, встав и отряхнув ладони. — Хрупкий! Не выдолбить — расколется на хрен!

— Стой! — крикнул я ему, поняв, что он собирается вытереть пот со лба. Судя по насыщенному цвету его ладоней, отряхиванием тут не обойтись. — Руки как у негра!

— Тьфу ты! Проваль! Василич, у тебя мыло есть?

— Найдется чутка, — откликнулся обходчик. — Пойдем к бочке, Викторыч.

Пока командир занимался гигиеной, я почти в точности повторил его манипуляции с углем, вот только лапал «черное золото», предварительно натянув перчатку.

«Что ж я Саню предупредить-то забыл, что отмыться сложно будет?» — с легким сожалением подумал я, запоздало припомнив детский опыт общения с «твердым минеральным топливом». Году в восемьдесят втором или третьем, сейчас, за давностью, вспомнить точнее не получалось, мы с родителями поехали на майские праздники в Сочи. Остановились, как обычно, в гостинице при местном цирке — мама по своим каналам номера забронировала. А мы с ребятами обнаружили на заднем дворе огромную кучу угля для местной котельной и не нашли ничего лучше, как устроить на ней игру в «царя горы». Отмывали нас потом, как говорится, всем миром. А часть вещей, из тех, что посветлее, пришлось просто выбросить, поскольку даже на тряпки для пыли они не годились — мазались. «Золотые» воспоминания детства — это, безусловно, хорошо, но что нам с минами делать-то? А если… — Вдохновленный новой идеей, я стартовал с низкой позиции.

— Командир! Смотри, что я придумал!

— Излагай! — откликнулся Саша, не прерывая, впрочем, помывки.

— Обмазываем шашку глиной, вставляем детонатор и примазываем его так, чтобы его покрывал слой миллиметра в три — он должен сработать до того, как тротил плавиться начнет. На сырую глину лепим плоские пластины угля и остальное вываливаем в крошке. Малая шашка у нас десять на пять на два с половиной — так? Так что «кусочек» получится хоть и большой, но в пределах допустимого. Кондрат Васильевич, его колоть не станут?

— А кто ж эту немчуру знает? Но не должны, с такими обычно не возятся. Больше, бывает, и колют.

— Нормальная идея, — подхватил Фермер. — Стоит попробовать.

— Ну тогда вы тут домывайтесь, а я пойду пластинок вам наберу.

— Да мы сами… — попытался отговорить обходчика Тотен.

— Ага, и на трубочистов снова похожи станете, — хохотнул Василич. — А с мылом у меня не очень, товарищи! Уж лучше я сам.

Взгляд со стороны. Бродяга

Деревня Загатье Кличевского района Могилевской области, БССР.

23 августа 1941 года. 11:03.

«Не выходит каменный цветок!» — и анекдот дурацкий, и фразочка не ахти, но именно она лучше всего описывала результаты процесса создания автоматизированного ключа. Ванька — компьютерщик еще тот, хоть и лучше меня в этом деле понимает. Но приспособить тотеновский наладонник к рации никак не удавалось. Ни «гребенка», ни удобнейшая для нас функция использования микрофона как ключа не компенсировали необходимости применять свои невеликие навыки для передачи. Вот Ванька и предложил снимать сигнал с выхода «палма» и отправлять его напрямую в нашу «вумную» станцию. И это уже пятый подход к снаряду. Что-то там с сигналом не вытанцовывалось, а ничего, кроме китайского мультиметра для измерений, под рукой не было. Сам уж и забыл, сколько раз за последние месяцы проклинал решение не выделываться и полный комплект в братскую Белоруссию не брать. А ведь в том элегантном чемоданчике и ноутбук был, и кабель для его привязки к станции. Сидишь, печатаешь как белый человек на клавиатуре, а программулечка всю твою писанину в точки и тире сама переделывает. Впрочем, там и программа для пакетной отправки была — файл загрузил, а умная машинка сама с указанным темпом передает…

Суета по поводу паровоза нас пока не касалась — приказ Сани был четким: «Не кипешиться и не нервничать!». И понятно почему. Немцам вряд ли в деревне что-нибудь понадобится, а от забредших по случайности мы отобьемся.

— Вань, погуляй пару минут! — Шаги за дверью я услышал чуть раньше, чем дверь распахнулась, и даже машинально положил руку на моего любимого «поляка». Но больше для проформы. Внизу караулил Люк, а во дворе паслись «трофейные». Да и мотоцикл не зря протрещал пять минут назад.

— Ну что там?

— Все в норме. Ремонтный поезд. С Кондратом договорились насчет подсовывания гадам угольных мин.

— Как делать будем?

— Тоха допетрил в глине обваливать.

— Подожди, Заслонов просто из тола делал, без детонатора!

— Только у него плавленый тротил был, из которого и лепили. Предлагаешь имеющиеся у нас шашки переплавить?

— Не, я бы не стал. Просто с плавленым проще. Но и так сойдет. А без обмазки хреново выйдет — тол гореть раньше начнет, чем детонатор сработает. Да еще и потечет. Ты ему, кстати, не подсказывал?

— Я ж говорю — сам сообразил.

— Чем еще порадуешь?

— Обходчик сказал, тут в десяти километрах полигон артиллерийский до войны был…

— Когда поедем?

— Ты не едешь!

— С хрена ли?

— С Тохой в лавке останетесь. — Саня цапнул забытую Казачиной кружку с чуть теплым чаем и залпом выпил. — Не с твоим давлением грузчиком на старости лет калымить! Не обсуждается! Лучше скажи, что пробивка «трофейных» дала — с вами их оставить хочу.

— Повторюсь — все в норме с мужиками. Не «подсадные» точно. Обстоятельства попадания в плен разные. Перекрестно проверял — познакомились только в лагере. Да и после знакомства с нами настрой у парней изменился. И плен этому тоже поспособствовал…

— Ну и замечательно! С рацией получилось?

Вместо ответа я пожал плечами.

— Ну и фиг с ней — терпит пока. Пойду ребят подготовлю. После обеда выдвинемся.

— На «круппе»?

— «Опель» возьмем, там могут снарядики под центнер весом быть. Тяжелый гаубичный артполк в тех местах тренировался.