Горячая весна 2015-го - Михаил Луговой

С юго-запада и юга доносилась артиллерийская канонада. Иногда, даже непонятно с какой стороны, раздавались очереди и одиночные автоматные выстрелы. Осторожно, стараясь не щелкнуть клапаном кобуры, подполковник Гровз достал пистолет и заглянул в его ствол. Черная воронка завораживала сознание. Одно нажатие – и больше ничего не будет. Ни боли, ни страха, ни унижения.

Каких-нибудь восемь часов назад под его командованием находился тяжелый батальон, способный справиться с любой задачей, которая может быть поставлена перед подобным подразделением. А сейчас из всего подразделения остался только он, его командир, и рядовой первого класса, имя которого Гровз забыл, а форма его была так вымазана грязью, что табличка с именем не читалась.

Солдат перевел взгляд с лица своего командира на пистолет, потом его расцарапанное лицо сделалось решительным и он прижал оружие к глине.

– Сержант приказал мне охранять вас, сэр, – извиняющимся тоном сообщил он.

– В том числе и от меня самого?

Рядовой отвел взгляд. Подполковник закрыл глаза и, прикусив губу, чтобы не застонать от боли в раненой ноге, вытянулся на земле.

Сержант Кройшир вместе с еще двумя рядовыми, которые и обеспечили эвакуацию Гровза с командного пункта после того, как русские танки проутюжили остатки его расположения, полтора часа назад уползли в западном направлении, проверить, кто контролирует шоссе № 195. Судя по тому, что они так и не вернулись, русские были и тут. Сколько, интересно, пройдет времени до того, как Иваны начнут прочесывать местность?

– Мы дождемся ночи, – нерешительно произнес рядовой, разглядывая экран коммуникатора, – и попробуем продвинуться к югу. Тут обозначена какая-то ферма.

– Выключи, – не открывая глаз, посоветовал подполковник. – Экономь батарейки.

То, что на GPS полагаться нельзя, стало понятным еще в первый день войны. Из-за этого артиллерия никак не могла организовать им требуемую поддержку. В Форт-Ливенуорте слушателей командно-штабного колледжа учили, что новейшая электроника повышает эффективность даже старых артиллерийских систем в девятнадцать раз. Но всякая монета имеет две стороны, и когда русским удалось лишить американскую армию уверенного знания своих координат, эта эффективность снизилась. Насколько? В два раза? В пять? В девятнадцать?

Мало того что бесполезными оказались все боеприпасы со спутниковой коррекцией, так еще при этом оказалась невозможной стандартная артиллерийская тактика, когда артустановки двигались в заданном районе самостоятельно и независимо друг от друга открывали огонь по команде с командного пункта. Это должно было сделать бесполезным сам принцип контрбатарейной борьбы, в которой русские считались большими знатоками, и позволяло американским частям при любых обстоятельствах рассчитывать на необходимую огневую поддержку. Увы, при неработающей системе глобального позиционирования артиллерии пришлось действовать по старинке – побатарейно, а противник не упустил случая показать, что все опасения на его счет оказались совершенно справедливыми.

А куда делась авиация? Гровз снова вспомнил Ирак, где флотские «Хорниты» оказывали поддержку по его запросу. А ведь он тогда был всего лишь командиром взвода. То, что русские не иракцы, было понятно многим, но не могли же они уничтожить всю американскую авиацию? А если не уничтожили, то кто допустил, что на их бригаду обрушился воздушный удар такой силы?