Золото Пиротана. Книга первая - Таня Радуга

Михаил справился с замком клетки и распахнул дверцу. Юна едва не скатилась кубарем с высоты своей пирамиды из подушек, но мужчина успел её поймать.

– А ты мне нравишься! – Юна бесцеремонно повисла у него на шее, пока он выводил её наружу из клетки, – У моей прапраправнучки хороший вкус. Я бы, и сама с тобой замутила!.. Но как можно! Ты же отец моей пра… пра… пра… Я что-то сбилась. – она весело расхохоталась и тут же перешла на зловещий шёпот, – Скажу тебе по секрету, когда эта сволочь, Эронд, меня запер здесь, я думала: вот выберусь и разорву его на куски! И всех детей его разорву! И даже свою дочь, потому что она его плод! Ууу! Как я их всех ненавидела тогда!..

Юна яростно оттолкнула Михаила, выпрямилась, но не удержалась на ногах и, завалившись на подушки к Ниме и выставив голую попу на всеобщее обозрение, тут же сладко засопела.

– Может… мы её… обратно?.. Пока не поздно. – Нупи тревожно кивнул головой в сторону клетки.

– Ещё чего придумаешь? – Михаил быстро скинул с себя рубашку и, прикрыв ей зад Юны, осторожно потряс девушку за плечо, – Эй! Нам надо выбираться отсюда. Крылья свои можешь убрать? Или поменьше сделать?

Он попытался поднять её на руки, но огромные крылья Юны ему мешали.

– А… Это снова ты!.. – Юна приоткрыла глаза и, улыбаясь, дотронулась ладонью до щеки мужчины, – Ты хочешь меня отнести в свою спальню?

– Он хочет тебя отнести в твою спальню. – вмешалась Женя, не выдержав и помогая отцу поднять девушку, – Крылья убери.

– Оп! У меня их уже нет! – Юна рассмеялась, крылья сразу исчезли, а орлиные когти превратились в изящные женские ножки. Михаил легко подхватил девушку на руки и направился к выходу под её довольное нетрезвое сюсюканье.

– Уходим отсюда, а с остальным разберёмся завтра, на свежую голову. – проходя мимо остальных, он нахмурился.

– Мы что, бросим всё это здесь? – Оникс с Марком хватались то за драгоценные камни, то за монеты, то за бесценные украшения, набивая ими карманы.

– Ни за что! – Марк поймал Женю за руку и, бесцеремонно сняв с неё сумку, стал быстро закидывать туда золотые монеты, черпая их горстями из ближайшего сундука.

– Сокровища никуда не убегут, они здесь триста лет лежали и ещё столько же пролежат. Мне нужны факелы, я в отличии от вас в темноте плохо вижу. – отрезал Михаил.

Когда они шли по острову в сторону особняка, Женя с удивлением отметила, что её больше не страшит ни тёмный густой лес вокруг, ни полная неизвестность, ожидающая впереди. Она с улыбкой смотрела на отблески факелов на лицах своих спутников – они были больше, чем друзья. Это была её семья. Она была дома.

Женя шагала по старой дороге рядом с Михаилом и искоса бросала на него взгляды. Сильный, умный, всегда собранный и готовый к действию – именно о таком отце она всегда мечтала! Женя улыбнулась: возможно ей показалось, но она заметила смущение на его лице, когда он встретился взглядом с Юной, которая, не отрываясь, смотрела на него широко распахнутыми глазами.

– Да, плохо видеть в темноте – это не очень полезно для странника. – заплетающимся языком подытожила Юна, – Женька хоть и унаследовала твой дар, но она в темноте тоже не фига не видит! Зато от меня ей достались крылья и дар предвидения, а Ленон –способности к языкам и молодость! – гордо сообщила Юна.

– Какие ещё крылья? – насторожилась Женя, прислушиваясь к её пьяной болтовне.

– Такие! Как у меня, белые! Скажи этому малышу-дракону, чтобы он в следующий раз тебя повыше подбросил! – она снова развеселилась.

– Ты что? Видела, как я тонула?

– Ой, чего я только не видела за последние сутки! Нима – просто душечка! А вино твоего деда творит со мной чудеса! – улыбаясь, она широко зевнула и, по-детски прижав к груди кулачки, доверчиво уткнулась носом в обнажённую грудь мужчины и заснула.

– Это мы уже заметили. – бесстрастно сказал Михаил, но в его словах была… нежность.

Дорога привела их на залитую лунным светом площадь перед старинным особняком. Но идущий впереди Шторм внезапно остановился, подняв вверх кулак, и обнажил меч. С неба плавно спускались, клубясь и переливаясь, два небольших, искрящихся звёздами прозрачных облачка.

– Всё в порядке, это свои. – Ленон, уверенно обойдя его, направилась к дому. Облачка коснулись земли, и глазам изумлённых путников предстали две высокие красивые девушки.

– Это сёстры Юны. – шепнула Женя отцу.

– Оставь её и отойди назад. – раздался низкий бархатный голос одной из них. Он обволакивал, проникая глубоко внутрь и заставляя сердце биться медленнее.

– Я не причиню ей вреда… – сурово сказал Михаил, крепче прижимая к себе драгоценную ношу.

– Только поэтому ты до сих пор жив, странник. – рядом с ним в одно мгновение оказалась вторая. Алконост ласково дунула в лицо спящей, и Юна медленно открыла глаза, в глубине её изумрудов сверкали сотни звёзд. Она улыбнулась и легко спрыгнула с рук мужчины.

– Я так скучала!.. – Юна протянула руки к сёстрам. Она преобразилась на глазах, от былого пьяного веселья не осталось и следа, её тело окутывала мерцающая дымка, похожая на лёгкое струящееся платье; на месте тяжёлых украшений сверкали крупные звёзды. Юна обернулась к Михаилу:

– В моём сердце больше нет зла! Твоя нечаянная любовь исцелила меня! – её голос был похож на чистый родник, от которого невозможно было оторваться. Женя бросила взгляд на отца. Михаил стоял молча, с бесстрастным выражением на лице, только желваки на щеках выдавали его волнение, – Прощайте! Мне пора домой!

Девушки превратились в мерцающие облачка, напоминающие трёх крупных птиц, и, расправив призрачные крылья, устремились в ночное небо.

– Как?.. И всё?.. – Марк растерянно стоял, запрокинув голову к звёздам.

– Так бывает, брат… Женщины… – Шторм шумно вогнал меч в ножны и, хлопнув своей тяжёлой ладонью по плечу неподвижно стоящего Михаила, широкими шагами направился к крыльцу особняка.

– Она ещё может вернуться… Если её позвать… – чуть слышно сказала Ленон, проходя мимо следопыта. Она хотела добавить что-то ещё, но, спохватившись, промолчала, бросив на него сочувствующий взгляд.

– Пап… – Женя дотронулась до его руки, – У нас был тяжёлый день, надо отдохнуть. Ты же помнишь, как в сказках? Утро вечера мудренее.

– Такая себе… сказка… – Михаил грустно улыбнулся и, приобняв дочь за плечо, пошёл в дом, следом за всеми.

И никто не заметил, что за всей этой сценой внимательно наблюдал ещё один зритель. Когда за Женей и её отцом закрылась входная дверь, из густых зарослей на дорогу вышла высокая стройная девушка. В лунном свете сверкнули серебряные доспехи. Расправив белые крылья, она бесшумно взмыла в воздух и направилась в сторону открытого океана.