Воскресшие - Леонида Данилова

Воришка схватил меня за пальцы теплыми мягкими лапками, пытаясь отобрать ягоду.

— Я хотел ему помочь. У него друг помер, он сам чуть кони не двинул, а тут еще и о зверюге мохнатой надо заботиться. Жалко его.

— Во-первых, он не старик, а во-вторых… Ты прав, мне тоже не хотелось оставлять его. Он так переживал за Воришку.

Я погладила енота. Он заурчал и расслабленно развалился на коленях, подставив под мои руки свой живот.

— Я подумал, ты скажешь, что это не наши проблемы и уйдешь.

— Ты такого плохого мнения обо мне?

— Нет! И почему сразу плохого? — Айзел затормозил у пешеходного перехода. — Просто это… логично, а ты стараешься поступать логично и по правилам. Не всегда конечно, но… к чему я? Это ведь правда не наша забота. Мы свое дело выполнили и могли уехать.

Тут он прав и, возможно, в любой другой ситуации я бы действительно уехала, но рядом с равнодушной мной был отзывчивый и эмоциональный Лендер.

Он тот, кто невольно заставляет меня смотреть на вещи под другим углом, заставляет сомневаться и… проявлять эмоции.

От этой мысли неожиданно накрывает теплой ласковой волной радости, восхищения и благодарности. По позвоночнику бегут мурашки.

— Мы не уехали только благодаря тебе. Я… я очень рада, что мы работаем вместе, Айз, — поделилась с ним своими чувствами и широко улыбнулась ему. — Ты настоящее сокровище среди Чистильщиков.

И настоящий подарок небес для меня.

Айзел удивленно посмотрел мне в глаза, перевел взгляд на мою улыбку, мигом помрачнел, сжав руль до побелевших костяшек, и сумрачно уточнил:

— Зачем ты так делаешь?

— Как? — пришла моя очередь удивляться.

— Улыбаешься так, что я подвисаю, — сердито выпалил он, пару раз растерянно моргнул, словно не ожидал от себя таких слов, и резко уставился на дорогу. На его щеках появился легкий румянец. — Кхм… Да… Короче, не отвлекай меня! Лучше смотри на этот пушистый воротник и больше не говори всяких глупостей!

Эм-м… Не знаю что и сказать. Он странный…

Я промолчала, смущенно опустив взгляд на Воришку. Всего на пару секунд жар прилил к моему лицу, но это мимолетное стеснение стало одним из самых запоминающихся мгновений.

***

В нашем кабинете первой реакцией на Воришку был шок.

— Вроде раньше люди пытались нам денег дать, алкоголь или конфеты, а теперь что, енотами благодарят? — отмерев, озадаченно спросил Твигги.

— О-о-о, какая прелесть, — незнакомым милым голосом проговорила Наа, подошла ко мне и смело погладила Воришку. — Где вы его взяли?

— Случаем не на дороге подобрали? — полюбопытствовал Дженаро, в легком изумлении рассматривая нас.

Пришлось объясняться. Пока мы с Гунвор тискали енота, Лендер в своей грубой манере поведал нашу историю знакомства с Воришкой, закончив ее словами:

— Вот что за тупое упрямство? Этот дядька помер бы из-за него, но в больницу все равно не уехал.

Поэтому ты и решил ему помочь.

— Конечно, неразумно привозить енота в офис, но я не могу вас осуждать и ругать, — Наа, словно мамочка качала Воришку на руках. — Твигги, расскажи остальным о нашем новом сотруднике. Мы всем миром за ним присмотрим. Он останется довольным. Ты же останешься довольным, да? — помяла она его животик рукой.

Новость вихрем разлетелась по всей организации и к нам каждые пять минут стабильно приходили люди, дабы познакомиться со звездой дня. Енот не возражал и важно расхаживал по кабинету, изучая его и норовя везде засунуть любопытный нос. Он уже попытался залезть в урну, опрокинуть горшок с цветком, сгрызть наши папки с документами и открыть все ящики с тумбочками.

А народ меж тем не прекращал посещений.

— Ути божечки! — пищала Бесс от восторга. — Он такой милый! Я просто не могу!

— Прикольная животина, — заценил здоровяк Дарл.

— Смешной, — понаблюдав за ним, коротко и сухо сказала Катия. — Хорошо, что Гантэр уехал сегодня и не видит этого безобразия.

Да, Ред бы точно не одобрил.

— А куда он у вас в туалет ходит? — поинтересовался Вик.

— Вон лоток, — Твигги указал рукой на неприметный уголок, где раньше стояла урна.

Мы все организовали для Воришки, чтобы эти восемь часов не превратились в проблему для нас и для енота.

Когда Твигги, Дженаро и Айзел уехали на вызов, мы с Наа остались приглядывать за животным. Сев рядом с ним на корточки, мы наблюдали, как он полощет свой корм в миске с водой и только потом ест.

— Он невероятно хорошенький, — не прекращала восторгаться Гунвор.

— И что же ему такому хорошенькому другого места не нашлось? — раздался грозный вопрос Хелира над нашими головами.

Мы с Наа дружно поглядели на него.

— Хел, не будь злодеем! — проворчала она. — Мы за ним приглядываем.

— А если вас сейчас вызовут? Кто будет с ним сидеть? Вы хоть знаете, что еноты великолепные разрушители? Оставите его одного — и прощай кабинет.

Я посмотрела на Воришку, а тот невозмутимо поглядел на дядю, хрустя кормами.

— Ребята из других групп обещали помочь. Неужели твое сердце не тает при виде этого чуда? Даже Лендер проникся! А я думала, что он жестокий и… — Наа резко умолкла и неловко покосилась на меня.

— Дорогая, я люблю животных, но офис — не зверинец, — мягко проговорил Хелир и жестко отрезал: — Тут им не место.

С этим трудно поспорить.

— Нам его на улицу выкинуть или к хозяину в больницу отвезти? — серьезно уточнила я.

— Нет, я не о том… Ал, не выставляй меня чудовищем! Я всего-то хотел сказать, что раз уж вы его притащили, проследите, чтобы он не доставил никому неприятностей и ничего не испортил.

Отчитав нас, Хел ушел.

— Бу-бу-бу, — передразнила его Наа. — Я знаю, что он прав, но иногда меня бесит его режим строгого начальника. Он даже не улыбнулся, глядя на этого малыша, — она погладила мордочку Воришки, подошедшего к ней.

— Начни он улыбаться и умиляться, его слова потеряли бы всякий смысл. Это неприемлемо — тащить енота на работу.

— Зато вы помогли тому мужчине! Твоему дяде не хватает сочувствия, — возмутилась Гунвор.

— Ты ошибаешься. Будь это так, нас бы выгнали из кабинета и отправили искать более подходящее место для Воришки.

Ко второй половине дня оживление вокруг енота поутихло и все занялись своими делами. После обеда мы печатали отчеты, краем глаза поглядывая за зверем и при необходимости останавливая его попытки нашкодить.

Спустя минут пятнадцать вполне мирного времяпрепровождения, раздалось шипение Наа:

— Да где же моя помада? — Она яростно рылась в сумочке. — Я помню, что положила ее на стол.