Между двух огней - Марина Эльденберт

— Что ты делаешь? — хрипло спросила я.

— Нам нужно в душ, — не менее хрипло ответил он.

По-моему, в душ нам уже не нужно, подумалось мне, но сил возражать не осталось.

Я горела вся от корней волос и до кончиков пальцев под его руками и сходила с ума от желания. Так ярко и остро, так безудержно горячо, что, когда его ладони накрыли мою грудь, сдавленно застонала.

Подаваясь назад и вжимаясь бедрами в его пах.

Он на мгновение убрал руки, чтобы снова коснуться моей груди скользкими от геля пальцами. Пронзившая тело вспышка была такой яркой, что у меня потемнело перед глазами.

— Ты издеваешься? — выдохнула, чувствуя, как бешено колотится сердце.

— Да.

— Я… — выдохнула через силу, потому что пальцы как раз перекатывали напряженные, до безумия чувствительные соски. — Это запомню…

— Запомнишь, Леона, — прорычал драконище, и от его интонации все волоски на теле встали дыбом. — Это я тебе гарантирую.

Прикосновение к панели — и на нас обрушились струи воды, а его ладонь скользнула ниже.

Мы отражались вдвоем в затемненных дверцах душевой кабины. На сей раз я видела все, что он со мной делает, — видела сквозь мокрые дорожки и капли, сквозь всполохи окутывающего нас огня.

Никогда бы не подумала, что это… так возбуждает.

А вот он явно об этом думал, потому что смотрел прямо мне в глаза. Смотрел, как с губ срывались тихие стоны, вторя движениям его пальцев. Смотрел, когда мы стали единым целым, и я вцепилась руками в ускользающее стекло, откинув голову ему на грудь.

— Моя Леона, — выдохнул он. — Только моя.

Так… знакомо. Так по-собственнически. Так привычно…

И так умопомрачительно ново, что я задохнулась от первого же движения внутри.

Хотела спросить, зачем он включил эту дурацкую воду, но следующий миг выбил из головы остатки мыслей. Внутри полыхнуло, переплетенные пальцы вспыхнули, и больше уже я ни о чем спросить не могла.

Потому что кричала его имя и его же рычала на выдохе.

Наслаждение шло по телу огнем, заставляя содрогаться и подаваться назад.

Сгорая в одном пламени на двоих.

— Ле-о-о-о-на. — Горячее дыхание обожгло шею собственным именем, а в следующий момент его зубы сомкнулись на моей коже и резкое движение внутри расцвело перед глазами огненным цветком. Я вздрагивала в сильных руках до тех пор, пока Рэйнар не развернул меня лицом к себе, удерживая за талию.

Глаза в глаза, так близко, что дыхание сливается.

Хотя куда уж больше, мы и так стали единым целым.

Давно. Навсегда.

Чувствуя, как бешено колотится сердце, я медленно, умопомрачительно медленно, скользнула грудью по его груди и опустилась вниз.

Подняла глаза, столкнувшись с алой ураганной волной.

Раскрывающийся во всю радужку зрачок, оставляющий только раскаленную кайму.

Удивление пополам с недоверием.

— Это, — хрипло сказала я и облизнула губы. — Запомнишь ты.

Не отводя глаз, коснулась его, медленно втягивая в себя и чувствуя, как сильные пальцы путаются в моих тяжелых от воды прядях. Как пламя то разгорается, то гаснет до такой неведомой тьмы, по сравнению с которой ночь в пустошах кажется средоточием света.

Судорожный вздох дракона отозвался в моей груди.

От хриплых выдохов голова шла кругом, и еще сильнее, когда он замирал от моих движений — мягких и плавных… Сильных и быстрых, когда я плотнее сжимала губы.

Власть — бесстыдная, откровенная, возбуждающая.

Сейчас ритм задавала я, а он отзывался на каждую ласку. Никогда раньше этого не делала, но сейчас, скользя губами по его желанию, чувствовала, как по телу идет дрожь, передающаяся мне от него, от его напряженных бедер и полыхающего над нами пламени. Грудь снова наливалась, соски напряглись до боли. До сумасшедшего желания ощутить его пальцы и прикосновения на чувствительной коже.

Это было безумие, но каждый хриплый выдох отзывался во мне.

Так ярко, словно это он меня ласкал.

— Пла-мя мое… — Низкий голос отозвался сладкой тяжестью в низу живота.

Рычащий стон, мгновением позже сорвавшийся с губ, ударил в сознание, отражаясь в самой глубине моего существа.

Рука сильнее сжалась на моих волосах, и меня пронзило странным, невыносимо-тягучим подступающим наслаждением. Жаром, расходящимся по телу, и бьющими ввысь языками огня. Я даже упустила момент, когда наши пальцы снова переплелись, и как меня подняли наверх, выпивая странный рваный стон поцелуем.

Поцелуем, наполненным его вкусом.

Мгновение — и он снова оказался во мне, одним коротким быстрым движением, поддерживая под бедра.

Так глубоко и сильно, что перед глазами пошатнулся мир.

Я содрогнулась от пьянящего оргазма, накатывающего и отступающего, снова и снова, по нарастающей, до срывающихся с горящих губ стонов. Пламя полыхнуло над нами с удвоенной силой — сейчас уже я не могла быть уверена, что пляшущие перед глазами слитые воедино языки ненастоящие.

Дымка перед глазами или дым.

Рычание, рвущееся из груди, — мое или драконицы, воедино сливающееся с его.

Вспышка.

И тишина.

Все еще дрожа в его руках от мощной пульсации, эхом отдающейся внутри, увидела огненную ленточку, с шипением растаявшую в воздухе.

Одну.

Другую.

Третью…

Языки пламени кружили над нами, касались бьющих из лейки струй и таяли, наполняя душевую кабину яростным шипением и паром.

В этот момент я поняла, зачем понадобилась вода.

А еще то, что меня больше не держат ноги.

Поэтому я держалась за него, вплетая пальцы в темные мокрые пряди, целуя жесткие губы и сходя с ума от бесконечности этой невероятной близости. Когда он медленно меня освободил, закусила губу. Кажется, мы немного увлеклись, и ходить сегодня… ну, будет немного проблематично. К счастью, ходить не пришлось, потому что меня основательно растерли полотенцем, а потом завернутую в халат вынесли в гостевую спальню. Откинули покрывало и устроились рядом. Говорить у меня не было сил, двигаться тоже, поэтому я просто лежала и смотрела на него. Пламя из его глаз понемногу отступало, но зрачок по-прежнему оставался вертикальным. Смотрелось это дико и невероятно притягательно.

Дракон с зелеными глазами.

Дракон, которого я люблю.

— Драконище, — прошептала хрипло.

— От драконицы слышу.

Вот ни капельки не сомневалась. Если у меня такой же диковатый взгляд и глаза, в которых отражается только он, то…