Академия времени - Екатерина Богданова

Вопреки ожиданиям уснула я быстро. Но проснулась глубокой ночью — оттого, что кто-то присел на край моей кровати.

— Только не кричи, — прошептал ночной гость. — Нужно поговорить, жду тебя в гостиной.

Я послушно встала и последовала за нарушителем моего ночного покоя.

Удивление настигло меня, только когда я разглядела гостя. Его голос показался мне знакомым сразу же после пробуждения, но я списала это на сонливость и подумала, что это Рэн хочет о чем-то посекретничать. Но визитером оказался не оборотень, а пропавший несколько дней назад академический инструктор Ранорио Контино.

— Хорошо же ты устроилась, — язвительно произнес инструктор, окидывая меня придирчивым взглядом.

Я потуже затянула пояс на халате и, борясь с робостью, спросила как можно более уверенно:

— Что вы здесь делаете и как вообще попали во дворец?

— Я инстант, забыла? — усмехнулся Ранорио. — Мне никакие стены не помеха.

— И зачем же вы пришли? — поинтересовалась я, ежась под пронизывающим взглядом мужчины.

— У нас с тобой была договоренность, но теперь, как я вижу, в ней нет нужды. И я хочу предложить тебе другую сделку, — проговорил Ранорио со снисходительной улыбкой.

— Я не нуждаюсь ни в каких сделках, — поспешила я отказаться, чувствуя угрозу, исходящую от инструктора.

— Неужели ты не хочешь увидеться с матерью? — спросил нар, удобно устроившись в кресле. — Я могу обеспечить вам ежедневные встречи, и даже нарай не узнает о них. Ведь он не следит за тобой, а жизнь твоей матушки ему вообще неинтересна.

— И чего вы хотите взамен? — спросила я, понимая, что это предложение было сделано мне не по доброте душевной, а с целью получить какую-то выгоду.

— Сущую малость, — заверил меня инстант. — Мне нужно, чтобы ты незаметно сняла с шеи нарая один кулон, безделицу, совершенно не имеющую никакой ценности, и отдала его мне.

— Если это безделица, то зачем же он вам так нужен? — поинтересовалась я, напряженно следя за каждым движением Ранорио. Я почти физически чувствовала исходящую от него угрозу.

— Не задавай лишних вопросов, девочка. Решать тебе. Нарай точно не позволит тебе увидеться с матерью, он считает ее потенциальной угрозой и пособницей Хаоса. Я же даю тебе такую возможность. Подумай над моим предложением, приду за ответом завтра, в это же время. И не советую тебе распространяться о нашем разговоре. — Контино, кивнув в знак прощания, через мгновение оказался у окна и растворился сизой дымкой — смазанной тенью, даже не потрудившись его открыть: просто прошел через стекло.

Увидеться с мамой? Какое же это было заманчивое предложение! И я бы, возможно, даже подумала над ним, если бы не одна деталь, препятствующая всем вариантам, кроме отказа: у меня совершенно точно не было доступа к телу нарая. Для того чтобы незаметно снять украшение с шеи Амниоса, мне как минимум пришлось бы обнять его, а возможно, и еще чем-то отвлечь, чтобы он не заметил, как его обворовывают. А на такое я точно не осмелюсь. Даже ради шанса увидеться с мамой я не смогу сыграть настолько убедительно, чтобы Хронос не почувствовал подвоха. Сама мысль о том, что я сижу и рассматриваю такую возможность, как попытка обокрасть самого нарая Хроно, заставила меня поежиться и поспешить вернуться в кровать, под покров и призрачную защиту одеяла. Но мысли продолжали вяло ворочаться в голове и мешали провалиться в сон. Интересно, что он со мной сделает, если поймает на попытке кражи? Если я ему действительно дорога, как утверждают мои друзья, то не убьет же? А с другой стороны, если ему небезразличны мои переживания, то он может пойти на уступку и, если я хорошо попрошу, позволит видеться с мамой.

Цепляясь за обрывки подобных дум, я и уснула. А утром, вспомнив красочный и реалистичный сон, даже не удивилась ему. В нем я уговаривала нарая разрешить мне встречи с матерью. Мы почему-то опять были на морском берегу, только в водной глади теперь отражалась полная луна, а не солнечный диск. И от всего окружающего мира нас отделял едва заметный, слегка мерцающий в лунном свете, похожий на паутину купол.

— Ты хотела меня видеть? — поинтересовался Хронос, откинувшись на песок и опершись на локти.

— Да, я хотела попросить… нет, потребовать, чтобы вы разрешили мне видеться с мамой, — произнесла я, осмелев от осознания, что это всего лишь сон.

— Мне нравится твоя смелость, но требовать — это уже слишком. Возможно, я и ответил бы согласием на искреннюю просьбу, но не на требование, — усмехнулся Амниос.

— Пожалуйста, позвольте, умоляю, — воскликнула я, падая на колени перед мужчиной. — Ведь для вас это такая мелочь, а я буду счастлива хотя бы одним глазком взглянуть на маму.

— Опять не то, — отрицательно покачал головой нарай. — Мне не нужно раболепство. Я хочу увидеть тебя настоящую. Докажи мне, что ты готова противостоять силе Хаоса, — и все запреты будут сняты.

Я обессиленно села на песок, украдкой поглядывая в вырез расстегнутой на груди Хроноса рубашки. В лунном свете блеснула тонкая цепочка. Значит, кулон сейчас на нем.

— Чего вы хотите от меня? — спросила я с вызовом.

— Поцелуй меня, — неожиданно ответил Амниос.

Поцеловать? Это же только сон, и если я выполню его просьбу, то от этого совершенно ничего не изменится, и соглашаться не имеет смысла. А с другой стороны, это не наяву и никто не узнает, если я соглашусь… Здесь, в глубинах своего подсознания, я могу позволить себе то, на что никогда бы не осмелилась в реальной жизни. Сомнения сменились интересом, ведь Хронос привлекательный мужчина, а я уже не ребенок и никогда еще никого не целовала.

— Хорошо, — согласилась я, борясь с лишним и совершенно бессмысленным в грезах смущением. — Но только один поцелуй.

— Как пожелаешь, — благосклонно кивнул нарай, но даже не пошевелился.

Я же наклонилась к нему, зажмурилась и лишь на миг приложилась плотно сомкнутыми губами к его губам.

— Это не поцелуй, — посмеиваясь, заметил мужчина еще до того, как я открыла глаза. — А вот это поцелуй.

И я резко распахнула глаза оттого, что Хронос обхватил меня рукой за талию и притянул к себе, завладев моими губами в откровенном и обезоруживающем поцелуе. Как и в прошлый раз, я замерла, перестав дышать, шевелиться и даже, кажется, думать. Да, я знала, что целует меня нарай, но перед глазами встало покрытое коростами, одутловатое, перекошенное лицо господина Прожирани.

— Нет! Не хочу! — выкрикнула я, оттолкнув Хроноса, вскочив на ноги и остервенело вытирая губы.

Натолкнулась на полный гнева взгляд Амниоса — и виновато прошептала:

— Простите, мне показалось, что вы другой человек.

— И многие тебя целовали? — холодно поинтересовался нарай.

— Никто, но господин так часто обещал мне это, что забыть никак не получается, — призналась я, стыдливо отводя взгляд в сторону.