Звезда спасения - Екатерина Ильинская

Сердце Нейны стучало где-то в горле. Сама она не могла пошевелиться, напуганная происходящим. Фальк оттащил её в сторону, дав адептам вернуться из коридора на открытое пространство.

— Нечестно!

— У него было девяносто три против восьмидесяти восьми и семидесяти девяти!

— О чём они? — Нейна обернулась к Фальку и умоляюще посмотрела. — Что происходит?

— На табло выводили промежуточные результаты, по которым выносят решение о победе. Эти баллы фиксируются следящими артефактами, потом рассматриваются и подтверждаются членами жюри. — Фальк показал пальцем на иллюзорный экран. Сейчас пустой. — У Эддерли было больше всех баллов.

Вот куда надо было смотреть, а не на арену. Но сейчас не имело смысла сожалеть о том, чего не видел. Отогнав мысли о собственной глупости, Нейна посмотрела на возмущённых адептов уже другими глазами. Они болели за Тейлора, они ждали его победы. И он победил. Но кто-то отнял у них всех эту радость.

— Адепт Эддерли получил штраф в десять баллов за уничтожение погодного купола. — Голос комментатора потонул в протестующих выкриках. — Награждение победителей будет завтра в главном зале академии. Всем покинуть полигон.

Но адепты не разошлись. Один за другим они перепрыгивали ограждение и направлялись в сторону, где, видимо, находились члены жюри. И Нейна собиралась пойти с ними.

— Ты куда собралась? — Фальк обогнал её и загородил путь, когда девушка уже почти дошла до конца прохода.

— Пойду, скажу, что это ошибка. — В голосе Нейны кипело возмущение. — Его же засудили!

— Да прекрати! Это соревнования. Тут есть правила. Не просто так ему влепили штраф.

— Это несправедливо.

Оттого что Фальк не разделяет её точку зрения, внутри разлилась горькая обида. В горле встал ком, а находиться рядом с этим предателем стало и вовсе не выносимо.

— Ты же его друг! Надо пойти и сказать.

— Что сказать? Что он не повредил погодный купол? Но он повредил. Если хочешь что-то предпринять, то напиши обращение ректору о пересмотре.

— Это был не он! Не только он, — упрямо заявила Нейна и отвернулась. Слушать ничего не хотелось, хотелось пойти и накричать на всех этих якобы профессионалов, которые в своих же правилах разобраться не могут! Она попыталась обойти огневика, но тот снова заступил ей дорогу и даже расставил в стороны руки.

— Да послушай! Есть правила турнира, и это нарушение. Думаешь, арбитры не оценили, чьё именно заклинание нанесло критический ущерб?

— Мне всё равно. Тейлор победил! Ты сам это сказал.

— И ты собираешься наныть ему победу? Думаешь, ему станет легче? — Фальк, наконец, опустил руки и презрительно хмыкнул. — Делай что хочешь, но потом не жалуйся, что я тебя не предупреждал.

***

Нейна Аркур

Нейна не стала продолжать разговор, просто прошла мимо, бросив последний презрительный взгляд на рыжего огневика, которого до этого момента считала другом Тейлора. Внутри разгоралось пламя праведного гнева, которое требовало выхода. А ещё хотелось ударить Фалька. За то, что предал, за то, что останавливал, за то, что сдался, даже не начав бороться. За попытку говорить о каких-то нелепых правилах, когда налицо была явная несправедливость.

Внутри клубилась тьма, застилая разум, оставляя только злость и единственную мысль. Навязчивую, липкую, подчиняющую себе. Нейна снова захотела вернуться и влепить Фальку пощёчину, чтобы хоть так выразить своё отношение. На ладони сама собой появилась сфера смерти, и девушка дёрнулась, испуганно развеяла потоки магии. Но страх тут же стёрла липкая тьма, не давая обдумать произошедшее. Как вышло, что она непроизвольно использовала силу? И против кого она собиралась её применить? Против Фалька? Он того не заслуживал. А вот жюри… Нейна спрятала руки в карманы, боясь сорваться и забыть, с кем действительно хотела воевать. Пальцы рефлекторно сжали хрустальный шарик, который отчаянно вибрировал. Только тут Нейна поняла, что и сама дрожит — так напряжено было тело.

Тревога разогнала ярость и решимость, заменив одни назойливые мысли другими. «Что нужно Джеймсу? Что произошло?». Нейна огляделась, пытаясь найти укромное место, где можно было вызвать друга. Но такого не находилось. Злясь на непредвиденную задержку, она пошла обратно в коридор и начала дёргать все двери, пока не нашла пустую подсобку.

— Джеймс, что случилось? — Она достала шарик, и рядом тут же возник призрачный силуэт.

В темноте он выглядел почти как раньше, хотя выражение лица точно не было прежним. От всей его фигуры теперь веяло не лёгкостью и весельем, а печалью и тоской.

— Не ходи скандалить, Нейна. — Призрак говорил тихо, и в первую секунду она понадеялась, что ослышалась. Но Джеймс действительно отговаривал её, так же как и Фальк. Тьма встрепенулась, перед глазами потемнело, задрожали руки. И чёрный огонь прильнул к ладоням.

— Вы что, сговорились? — Злость снова плеснула через край. В тёмной, тесной подсобке все чувства казались ещё острее и ярче. Едва удалось сдержаться, чтобы не начать кричать. И не спалить всё к демоновой матери.

— Может быть, мы говорим одно и то же, потому что правы? — От снисхождения в голосе Джеймса хотелось заорать. Но Нейна только сжала зубы и глубоко вздохнула. Нет, она не хотела причинить ему вред. Не ему. Не перед тем, как он уйдёт за грань.

— Но это. Не. Справедливо.

Как они этого не понимали? Почему не защищали друга, у которого украли победу? Как можно было быть такими… такими… предателями!

— Ну, скажи мне, что будет, если ты добьёшься своего? — Джеймс склонил голову набок. Взгляд его выражал искренний интерес.

— Как что? Тейлор победит. — Она никак не ожидала настолько глупого вопроса. Даже развела руками, показывая свою растерянность. Злость немного утихла, дар затаился. Нейна подозревала, что Джеймс влияет на неё, пытаясь успокоить, но не собиралась поддаваться. Она была уверена в том, что справедливость необходимо восстановить.

— А почему тогда его оштрафовали? — Джеймс продолжал задавать дурацкие вопросы. Нейна давно бы закончила этот разговор и ушла, но она обещала завтра отпустить друга, и сердце болело, стоило подумать, что они поругаются перед тем, как он окончательно исчезнет. Хотелось донести свою мысль, достучаться, не оставлять всё так.

— По ошибке. Это не он разрушил купол. Я видела, что Брэвик запускал заклинания вверх, чтобы зарядить их. И Хашетт наверняка тоже так делал.

— То есть ты хочешь прийти к судьям, сказать, что они некомпетентны, обвинить других участников, чтобы их оштрафовали вместо Тейлора, и обесценить достижения победителей? Я всё правильно понял? И после этого будешь счастлива? Думаешь, Эддерли обрадуется такому заступничеству? Думаешь, оно ему вообще нужно? — Джеймс скрестил руки на груди. В подсобке призрак не помещался — одно плечо уходило внутрь полки, подчёркивая хрупкость и скоротечность момента. Словно он уже постепенно исчезал из жизни, растворяясь в пустоте. От этого осознания ярость, вспыхнувшая в душе Нейны, погасла. Тьма ушла. Горечь и обида перехватили горло, не давая ответить. Казалось, она разревётся, как только откроет рот. Засопев, чтобы справиться с подступающими слезами, Нейна ответила: