Магическая таверна - Татьяна Мещёрская

Ой. Хотя не так уж много у меня тайн, если покопаться. В основном о видении утаила. Я смущённо кашляю. Ну разве что о Стасе ещё, хотя Даэль упорно допытывался. Снова тянет неуверенно хмыкнуть и желательно залезть под одеяло. Но Танар'ри эту попытку решительно пресекает.

— Рассказывай, Ника, — требует он.

— С чего начинать?

— О, так там целый список? Тогда начни с самого значимого.

Эм-м, это смотря что считать значимым.

— Ты мне тоже про «Щит и коготь» пока не рассказал. А эту мутную и явно преступную организацию Лэйд несколько раз упомянул, — пытаюсь свинтить с темы я.

— Конфиденциальная информация для стражей, — не ведётся Даэль и усмехается. — Но тебе можно. После того как свои секреты расскажешь. Нии-ка!

В его взгляде смешинки и в то же время серьёзность. Не уступит мне сейчас Даэль, ой не уступит! Решив, что информация о видении и тайной усыпальнице гораздо важнее, чем бывший жених, начинаю с неё. Рассказываю, что видела, под шокированное молчание Танар'ри. И только потом, когда в подробностях выложила детали, кратко упоминаю о Стасе. Хотела совсем чуть-чуть, только факт, что безвозвратно расстались, но не получается. Даэль скалится, вытягивает из меня подробности и тихо, но грозно рычит. Его грудь вибрирует от рыка, на скулах появляются чешуйки. Не контуры, а самые настоящие, указывающие на непритворную ярость. Через немного он знает всё: и причину ссоры, и что другую привёл, и как кулаком по столу стучал. Впервые на моей памяти зрачок в глазах Дана вытягивается вертикально, становится узким, наливается багровой, гипнотизирующей чернотой. Ноздри трепещут.

«Он себе такое позволил?!» — шипит Дан.

Чтобы успокоить взбудораженного дракона целую и обнимаю его, прямо в чешуйки на скулах целую — они ощущаются приятно тёплыми, поглаживаю виски. И Даэль затихает, хоть и не сразу. Я ему даже песенку пою, чтобы быстрее подействовало. На Эсшаорском песен не знаю, поэтому пою на родном языке, мурлыкаю самый нежный мотив, что пришёл в голову, глажу мужчину по груди. Действую интуитивно, так как понятия не имею, как успокаивать дракона. Чешуйки под моими губами пропадают, Даэль замолкает, но под ладонью в широкой груди по-прежнему кипит рык — я чувствую, и высказаться Дан всё ещё рвётся. Драконище моё ревнивое.

— Так что же это за сокровищница в моём видении? — переключаю его внимание.

Даэль мрачно и понимающе смотрит на меня.

— По всем признакам, усыпальница рода Танар'ри, — наконец, выдержав паузу, отвечает он. — И сокровищница заодно. Утерянная очень давно, никто не знает где она и как до неё добраться. Её создатели позаботились о сохранности тайны. По легенде в той усыпальнице лежат мои предки, основатели рода Танар'ри — тот самый дракон, отказавшийся от трона ради любви и его демонесса, избранная иномирянка.

У меня перехватывает дыхание. Снова накатывает ощущение силы, витающей вокруг места упокоения, но это скорее воспоминания, чем погружение в новое видение. Та сила пропитывала каждую клеточку тела, когда я «была» там, а потом аккуратно выдавила прочь, показав усыпальницу.

— Мадэо Ридэль Танар'ри прожил долгую жизнь. У него и демонессы было два сына: Айри и Сэдзо. У Айри не проявилось демонической магии, и он сел на трон, когда подошло время и подданным пришлось выбирать. Его сочли достаточно чистым для управления империей. А Ридэль удалился за равнины Восточно-Арогласского плоскогорья, одного из самых неизведанных мест нашего мира, и затем пропал там. Последнее упоминание о нём пришло из долины Капптона, где он якобы написал свой манифест объединения.

Чем больше Даэль говорит, тем больше успокаивается. Злые, после упоминания о Стасе, блики в глазах гаснут, уступая место спокойной умной привычной мне тёмной стали. Зрачок уже человеческий и лишь иногда проскакивает янтарная искорка, сигнализируя, что Танар'ри ничего не забыл. Сомневаюсь, что он вообще что-либо забывает. Всегда предельно собранный, быстрый, осмотрительный.

— Значит, Айри Танар'ри это тот, кто дал начало нынешней императорской линии, после скандального происшествия? — уточняю я.

Даэль кивнул.

— Мой пра-пра-прадед, Айри Маэдо Танар'ри. Учитывая долгую жизнь драконов, это было давно.

— А что стало Сэдзо? А с демонессой? Как её звали?

— Что с Сэдзо никто не знает. Он ушёл вместе с отцом, но затем они разделились. А демонессу звали Алиенора, — Даэль улыбнулся. — Она и Ридэль были неразлучны до самой смерти. В усыпальнице, что ты увидела, точно они. В летописях есть упоминание о двух могильных плитах, обвитых драконьим хвостом, как о месте где упокоились супруги. Предполагаю, что меч из твоего видения в руках одной из фигур — тот самый, которым сражался знаменитый дракон. И держит его Ридэль. Ника, мне очень приятно, что ты так подробно интересуешься моей родословной.

Хм. Так-то у меня не только любопытство, но и сугубо практический интерес.

— Знать бы ещё что за свиток, — бормочу я и Даэль изумлённо выгибает бровь.

А мысль уже летит дальше.

— Но если никто не знает где сокровищница, откуда известно, как она выглядит? — резонно заключаю я и Дан хмыкает.

— Ты точно прирождённый страж, Ника. Раскручиваешь факты, внимательна к деталям, у тебя талант складывать разрозненные части целого. Чувствую, и твой дар предвидения мощнее, чем можно ожидать от девушки из другого мира.

— Не то чтобы я была счастлива этому, — честно созналась я.

— Повод ещё раз обдумать слова дженази, — задумчиво тянет Даэль и обнимает меня. — Не увиливай. Почему сразу не рассказала о том, что тебе являются странные видения?

— Даже не знаю, что сказать. Наверно потому, что в моём мире это признак сумасшествия. И я хотела рассказать о них только тебе, когда мы останемся наедине.

Последнее Танар'ри определённо нравится. С явно мужским, вновь вспыхнувшим интересом, он посматривает на меня.

— Щит и коготь, — напоминаю я, когда руки дракона начинают шаловливо поглаживать. — Твоя очередь рассказывать.

Вздохнув, Даэль валится на подушки.

— «Щит и коготь» — это организация, за которой мы гоняемся по всему Эсшаору, — поясняет он, закладывая руки за голову. Однако серые глаза что дразнящие омуты. Вот точно: притаился в засаде и выжидает. — Основную деятельность ты наверняка поняла — это подрыв спокойствия империи, провокации, расшатывание устоев власти. Действуют аккуратно и осторожно. Втираются в доверие, нашёптывают, убеждают. У них много сторонников. Годами организация вела себя исключительно тайно и только последнее время как с цепи сорвалась. Стали нападать на магов. Работают нагло, словно их сроки поджимают или торопит кто.

Даэль помолчал, будто обдумывая пришедшую в голову мысль.

— Ловушки на магов устраивают в основном в тавернах, и маги как растворяются. Следов нет, улик нет. Но подозреваем, что они похищают их с целью выкачивания энергии. Когда Найтес напал на тебя, я решил, что он один из них. И потом ты рассказывала о его мечте создать щит призыва стихий — это вполне совпадает с тем, что пропавшие маги всегда стихийники. Не вписывалось только про каплю крови. Ведь во всех остальных случаях от жертв не оставалось и пыли.