Кремль 2222. Запад - Владислав Выставной

Железный зев распахнулся, обещая юным воинам раздолье и славу…

Мечты оборвались в течение секунд: в густых облаках пыли, похожие на мифических чудовищ, с металлическим грохотом в пространство грузового отсека ворвался вспомогательный биоробот типа «серв». Вообще-то био этого типа считаются сравнительно безобидными и даже трусливыми. Но сейчас серв повел себя совершенно нетипично: он с ходу сбил корпусом того, кто оказался ближе, — бритоголового с косицей. И принялся активно рвать его на куски, загружая дергающейся от боли плотью компактный грузовой контейнер за ротовым отверстием. На счастье, оказавшись в проходе, он перекрыл собой путь остальным сервам, выстроившимся в очередь следом — словно на раздачу кормежки.

Вскрикнула за спиной Хельга. Бросились врассыпную люди, оглашая тесное пространство отчаянными криками:

— Призраки! Это они!

— Шатун! Это Шатун убивает нас!

— Боги, о, боги!..

Стараясь не поддаваться панике, Книжник торопливо разбирался в системе заряжания арбалета. Быстро выбрал нужный бункер, который в данном случае вполне можно было назвать «магазином», с усилием вогнал в ложе. Прицелился, одновременно вжав кнопку электровзвода тетивы. И жахнул — аккурат между крохотными окулярами серва.

Эффект превзошел все ожидания: бронебойный болт не подкачал. Грохнуло так, что заложило уши, и серв, исходя вонью горелой изоляции, рухнул как подкошенный.

— Мать моя женщина!

Книжник изумленно поглядел на оружие в своих руках, погладил дюралевое ложе. Конечно, это был далеко не автомат, но в конкретной ситуации он дал бы фору более совершенному оружию. Правда, первый же бронебойный болт достался почти безобидному серву, но эта небольшая победа мгновенно вернула новому лидеру несколько баллов к авторитету.

Впрочем, расслабляться было рано: прямо по дымящемуся, почерневшему корпусу в люк полезли новые сервы, а их у «Титана» было немало. Снова пропел электропривод взвода, щелкнул, попав на направляющие, болт.

Хлесткий выстрел, хлопок взрыва — и вот еще один дохлый вспомогательный робот. Сервы быстро организовались — и принялись оттаскивать подбитых, освобождая проход. Они упорно тянули длинные тонкие лапы к истошно орущим женщинам и детям. Каким-то чудом удалось избежать новых жертв: потребовалось еще три прямых попадания, чтобы сервы прекратили попытки прорыва. И уже на большом экране было видно, как оставшиеся био гуськом уползают куда-то за крупную кучу мусора. Наверное, в расчете спрятаться и переждать опасность.

Отмахиваясь от едкого дыма, оставленного подбитыми сервами, Книжник прокричал:

— Ну что, доигрались?! Избавились от сервов — кто теперь эту махину чинить-кормить будет?!

— А чего они внутрь полезли? — плаксиво протянул один из бывших бунтовщиков.

Дерзкие бунтари снова стали теми, кем и были на самом деле, — обыкновенными мальчишками. Уцелевший заводила понуро стоял в стороне, даже не глядя в его сторону.

— А ты включи мозги! — заорал Книжник. — Свежая органика прямо на пути — идеальное топливо для био! Нечего было люк открывать — глядишь, и починили бы они эту хреновину! А так, считай, вы добились своего: другого выхода нет — дальше придется пешочком топать!

— Что же теперь делать?! — испуганно спросила какая-то женщина.

— А вам еще не ясно?! — раздался внизу низкий, сильный и при этом удивительно приятный голос. — Слушать его во всем — как вам и приказал Зиг! Ведь он ради вас, кур безмозглых, голову сложил!

Это была Инга — та, которую вверил ему на прощание Зигфрид. И надо же — она сразу же, как и Хельга, приняла его сторону. Только теперь эта ледяная красавица не выдержала — и разрыдалась. Сильнее аргумента трудно было найти: теперь все взгляды были вновь устремлены к парню из Кремля. И во взглядах этих была надежда.

— Идем быстро, компактно, точно за мной. И если хотите выжить — никаких вопросов!

Странное это было ощущение — вести за собой целый народ. Что-то он такое читал, кажется, в Библии. Удивительное ощущение. И в то же время — невыносимо тяжкий груз.

Он первым выпрыгнул на пыльный асфальт, подсознательно надеясь на повторение фокуса с изменением времени и реальности. Но Поле Смерти решило не повторяться: вокруг были мертвые дома, пустые улицы и характерная красноватая муть в глазах да тяжесть в висках — излучение сразу же дало о себе знать. Быстро оглядевшись, он убедился: «Раптора» нигде нет. То ли он сбился с курса, то ли потерял «Титан» из виду, то ли снова «завис», как это случается с био на пространствах Полей Смерти.

Так или иначе, они остались без малейшей защиты (вооруженные мальчишки и бронебойный арбалет — не в счет). Значит, предстояло искать кратчайшие пешие пути отсюда, что было, несомненно, смертельно опасно: все тело уже зудело от проникающей радиации и прочей дряни, названия которой еще не придумала наука.

Оглядевшись и сопоставив маршрут с имевшимися в памяти схемами местности, книжник пришел к выводу, что эта обширная, обрамленная руинами площадь — не что иное, как площадь Киевского вокзала. Когда-то сюда приходили длинные, набитые людьми поезда. Потом пожаловали заокеанские биороботы — и все кончилось.

Решение пришло мгновенно. Оставшиеся сомнения рассеяли появившиеся в отдалении фигуры с характерной качающейся походкой: мороки все-таки догоняли их.

— Все за мной — и ничего не бояться! — крикнул семинарист, размахивая над головой арбалетом. — Поверьте — все не так страшно, как рассказывают в старых сказках!

Весты еще не успели ничего сообразить, Книжник уже стремительно направлялся к руинам древнего торгового комплекса. Когда-то он состоял сплошь из стекла, бетона и металлических конструкций, теперь же над землей торчал лишь уродливый полусгнивший железный скелет.

Вызвал в памяти заученную когда-то карту метро. Получилось с трудом — как и все, что касалось «мертвых», далеких от практики знаний, преподаваемых в Семинарии. Тем не менее память подсказывала: если это действительно станция «Киевская», то по одной из веток можно добраться до «Смоленской». Здесь была одна тонкость — от которой, по сути, зависело все. Дело в том, что, по странному замыслу древних метростроевцев, отсюда вглубь кольца вели сразу две параллельные ветки. И обе имели ближайшей восточной станцией «Смоленскую». Причем одна из них могла стать опасной «обманкой»: «Смоленская» «голубой ветки» имела единственный выход… на западной стороне Садового кольца! То есть подземное путешествие в таком случае теряло всякий смысл. Зато «синяя ветка» имела на своем участке совсем другую «Смоленскую» — уже по ту сторону Кольца, и это обнадеживало. Хотя…

Книжника передернуло. Нет, только не «Смоленская»! Тут же вспомнилась зловещая крепость Ззаргов, кровавые костры и клетки отвратительного зверинца… Тогда, если удастся, можно прокрасться дальше — до «Арбатской». А уж оттуда до Кремля — рукой подать…

Этим ходом Книжник рассчитывал разом убить двух зайцев: спрятаться под землю от излучения и мороков, но главное — получить прямой проход под Садовым кольцом, избегая воздействия «демонов Кольца» и миновав охраняемые переходы. Хотелось верить, что туда не добьет ослабшее с годами излучение Последнего Рубежа. И, только спускаясь в зловещую черную яму, подсвечивая себе заранее зажженным факелом, он с ужасом подумал, что совсем упустил из виду одно обстоятельство. Это уже не будет та чудесная аномальная реальность, наполненная жизнью и беззаботными прохожими. Не будет эскалаторов, чистеньких платформ и быстрых поездов. А будет…