"Попаданцы" Карибского моря - Наталия Курсанина

— В настоящем тоже имеются самые разные темы для разговора, — не дождавшись ответа, продолжила она, — а прошлое — прошло…

— Хорошо, поговорим о настоящем, — он, не оборачиваясь, ткнул пальцем за плечо и наконец-то посмотрел ей в глаза… сразу же поняв, что, наверное, зря это сделал, но взгляда не отвел. — Гарма и Варга я видел… где Вагант и Сильвер?

— Сильвер погиб, — она тоже не отводила взгляда. — Пуля в затылок. Рикошет. Не повезло. Вагант… нашел себе в Санта-Кларе молодую креольскую вдовушку. Не иначе как скоро станет уважаемым кубинским плантатором. Если уже не стал. Наверное, это на него пример Серого так подействовал…

— Серый погиб…

— Когда?!

— Еще в феврале…

— Стоп! Подожди минуточку. Мы с тобой, — удивилась Ведьма, — об одном и том же Сером говорим? О том, который — Кобчик?

— Да, о нем…

— Ха! Тогда кого же я, по-твоему, видела в апреле — неподалеку от Матансаса?! На гасиенде, как ее там… то ли «Зеленый Дом», то ли «Зеленый Дол»…

— Серый жив?!

— Даже очень! На самом деле это был еще тот анекдот… Ты вообще-то в курсе, чем мы все это время промышляли здесь, на Кубе?

— Наемничали. Стволы за деньги. Стрельба под заказ…

— Ага, правильно. Так вот… сядь покрепче — нам его заказали!

— ?!

— Обычная работа. Какой-то начальник охраны на какой-то гасиенде мешает жить каким-то ребятам из Картеля. Мы тогда уже вчетвером работали. Как раз незадолго до этого случился тот, фатальный для Сильвера, рикошет… а про Грифона и Ласточку ты и сам знаешь. Кстати, как они там? Собирались в Европу…

— Они уехали как раз в день объявления войны — чуть ли не на последний пароход успели. Только шел он не в Европу, а в Аргентину…

— Да ладно, в Южной Америке тоже есть на что посмотреть. Слушай дальше сагу о Сером. Приехали мы на место вечером, слегка осмотрелись, перед рассветом — заняли позиции… ну, ты знаешь, как это делается. Две пары, четыре СВДшки — и у «объекта» никаких шансов. Ждем. Как раз была очередь Ваганта, я отдыхала… и вдруг — у нашего стрелка-менестреля челюсть на земле и глаза размером с мишень в тире. Заглядываю в прицел — что ж там такое-то? Сначала не поняла — это от легкой эротики за балконной дверью такие впечатления, что ли? А потом они там целоваться перестали, и вот тут-то меня накрыло — Серый! Ну, думаю, все, доигрались! Полный писец — на своих заказы берем! Смотрю на Ваганта и понимаю, что мысли у него — те же самые. Дружно плюем на землю, забираем Варга с Гармом и — дуем оттуда ко всем чертям. Знаешь, даже к Серому не зашли — пообщаться… стыдно было.

— Тебе?! — Эрк, несмотря на ошеломляющую новость, не забыл, кто перед ним. Он не мог заставить себя поверить последним словам.

— Да! И мне — тоже! Что бы ты обо мне ни думал…

— А что я о тебе могу, по-твоему, думать?

— Не знаю, но — ничего хорошего… — Ведьма почти прошептала это. Отвернулась, некоторое время молча смотрела на приближающиеся дома Сантьяго. Потом так резко повернулась обратно, что волосы плеснули темной волной. — И до недавнего времени ты был бы абсолютно прав! А сейчас — уже нет! Я знаю, это глупо, но, — на мгновение она запнулась, — Капитан, ты еще можешь меня простить?!

23.05.1898 …Куба, Сантьяго, дом на окраине… (ночь)

— Если ты сейчас меня спросишь… почему я тогда ушла, — этот голос… как давно он его не слышал… так близко. — Я тебя укушу!

— Кусай! Все равно спрошу. Почему ты вернулась, Дана?

— А вот за это — не буду… к тому же — я тебя уже и так покусала…

— Разве? Я не заметил. И где?

— Медведь толстокожий… вот… и вот…

— Точно. Если это можно так назвать. По-моему, котенок кусает сильнее. Но ты не уходи от вопроса. Ты же знаешь, у меня хорошая память.

— Ага, знаю. Сегодня проверила. Вот только недавно… Действительно — ничего не забыл. Или просто — вспомнил… по ходу дела.

— А вот за такой нахальный наезд, я… — Эрк повернулся и, прижав ее к подушкам, заглянул в серые, немного раскосые глаза. — И все-таки — почему?

— А ты — все такой же… — Ведьма не отводила взгляда. — Поставил цель… и идешь к ней напролом. Не обращая внимания на препятствия… и на тех, кто идет рядом. На них ты тоже — не обращаешь внимания. А им его иногда так хочется…

— Теперь меня покусают…

— А ведь точно — проговорилась… да с такими способностями тебе в Инквизиции работать надо! Капитан, ты — подлый инквизитор, вот!

— А кроме того, наглая толстая сволочь и бесчестный наемник. Если ты забыла, я еще и стервятник… то есть — специалист по стервам!

Она тихо засмеялась. В начале самого первого этапа их отношений, в ответ на ее «Но учти, я — стерва! Так что потом — не жалуйся!» он только улыбнулся и… выдал это определение слова «стервятник»! Потом он часто его повторял…

— Как насчет ответа?

— А на какой вопрос?

— На тот, от которого ты уходишь.

— Тебе он нужен?

— Да.

— Зачем?

— За углом. Отвечать — будешь?

— Да. Когда сама это пойму. Я ведь не собиралась! Совсем не собиралась! Как ты тогда сказал… «На фиг — там! Идя туда — не перепутайте направления! Вернетесь, и вам придется опять идти туда же, но уже — гораздо быстрее!».

— Я это не тебе сказал.

— Да, не мне. Но я запомнила. И решила, что уходить надо — совсем. Чтобы потом не было возможности вернуться… и не пришлось уходить опять.

— Это объясняет, почему ты тогда ушла ТАК…

— Ага, чтобы сжечь за собой все мосты…

— Но не объясняет, почему все-таки вернулась.

— Отпусти меня, пожалуйста…

Дана перекатилась по постели, села и потянулась за сигаретами. Эрк улыбнулся и, взяв трубку, поднес ей горящую зажигалку. Некоторое время они молча курили. Потом, где-то на середине сигареты, она заговорила опять:

— Знаешь, наверное, я просто не смогу дать ответ на твой вопрос. Потому что я не знаю ответа. Просто я вернулась — и все. Берешь?

— Ты хоть докури сначала…

— Эрк, ты… Я же не это имела в виду! Ну — сам напросился!

Горящий окурок воткнулся в пепельницу. Трубка улетела куда-то в угол. Разговор в комнате прекратился по вполне определенной причине… Кровать, не выдерживая чужой страсти, угрожающе заскрипела… Но им было плевать!

28.05.1898 …Куба, недалеко от Баракоа, поместье «Новая Алерия»… (вечер)

— Знаете, мадам Луиза, на что похожа наша ситуация… — Тигра глотнул из бокала и поставил его на столик. — Мы приехали уговаривать ребенка съесть конфетку. А пока ехали — он ее уже съел… и теперь очень хочет еще!