Академия темных. Игра на выживание - Лика Верх

Рано или поздно все тайны будут непременно раскрыты.

Нет ничего тайного, что не стало бы явным.

Михаил Пришвин

Принц Уиллис произвел на меня неизгладимое впечатление. Не только из-за внешности. Хотя и она сыграла не последнюю роль. Меня поразило его отношение к людям, к самому себе, к жизни. Я не встречала подобных ему. Джен и Айнех не такие. У них тоже есть свои плюсы, но не о плюсах речь. Уилл – мыслитель. Несмотря на любвеобильную натуру, он остался порядочным, честным и предельно добрым. А это огромная редкость для Радо! Кроме того, за три дня нашего общения я поняла, как далек он от отца. Уилл в корне против политики, проводимой Форлымом, он считает неприемлемым для короля думать лишь о собственном благополучии. По словам Уилла, его отец живет в банке с драгоценными камнями, но рано или поздно обязательно найдется тот, кто закроет крышку, подождет, пока король задохнется, и выгребет все камни.

Я не высказывала своего мнения насчет его отца по ряду причин. Первая и главная – я его не знала. Да, я не знала Форлыма и методов его правления, хотя из рассказов того же Уилла стало понятно, что методы эти не самые лучшие и гуманные. Но тем не менее осуждать кого-либо я не бралась.

С момента нашего знакомства прошло восемь дней. На удивление, они пролетели незаметно.

Тем же вечером, когда я вернулась в Академию, Дин с Маленой насели на меня с расспросами, как гигантские пауки. Выспрашивали подробности кражи, каждую мелочь, каждую деталь. Дин не упускал возможности выразить недовольство тем, что ему не позволили участвовать, Малена желанием поучаствовать не горела, но вопросами сыпала будь здоров. Витор, неизвестно откуда прознавший о краже, тоже пришел, но чтобы не провоцировать конфликт с враждебно настроенными к нему братом и сестрой, убедился в моей целости и сохранности и ушел, пожелав спокойной ночи. Именно пожелание спасло меня от дальнейшего разбора полетов. Друзья переключились на Витора. Я тоже испытала определенное потрясение, но не такое сильное, как они. Отдельные перемены в Виторе я замечала уже давно, в основном во время тренировок.

Сначала была теория, а по прошествии месяца Витор начал ставить меня один на один с каким-нибудь чудищем, не слишком крупным, но и не мелким. Айнех, тоже некоторым образом изменившийся, контролировал все бои с чудищами, объясняя это тем, что чудища в дефиците, а потому надо сдерживать таких кровожадных адептов, как Гарье, чтобы не истребили весь учебный материал. Назвать материалом трехметровых, ужасающего вида существ мог только Айнех. Мне казалось, что если я отзовусь нелицеприятно об этих «милейших» созданиях, они появятся в тот момент, когда я буду не готова отразить их атаку, и либо раздавят меня, либо съедят.

Владеть здешними мечами Витор меня научил быстро, чему способствовали мои физическая подготовка и природные данные. Единственное, что мне по-прежнему не удавалось, – это достать меч из пространственного кармана. «Жених» едва ли не на пальцах разъяснял, что нужно сделать, что сказать, и даже провел лекцию на тему «Что такое пространственный карман и как им пользоваться». Не помогло. Чтобы добраться до пространственного кармана, надо применить магию. А мой мозг не желал осознавать ее существование и уж тем более отказывался ее использовать. В общем, помимо чудищ бороться мне приходилось и со своим мозгом. А что сложнее – большой вопрос.

Магистр Айнех стал чересчур внимательным к моей скромной персоне. К частым вызовам в кабинет, от которых я постоянно уклонялась, добавились подкарауливания после тренировок с Витором в те дни, когда магистр контролировал чудищ. Разумеется, Витор не мог не заметить столь открытого проявления интереса со стороны магистра.

Однажды магистр попросил меня задержаться после тренировки. Я хотела избежать разговора, но благовидного предлога не нашлось.

– Адептка Савелье, – сказал магистр, подходя на расстояние трех шагов, – вы неоднократно пренебрегали моими распоряжениями, тогда как на занятия и тренировки ходите исправно. Я вынужден затребовать от вас объяснительные по каждому из проигнорированных вызовов.