Перешагнуть пропасть - Константин Муравьев

— Нет, — возразил профессору их главный нейрохирург, — в этом случае ему будет необходим интегратор, для одновременного подключения трех нейросетей. К сожалению, этот тип имплантантов никогда не пользовался спросом, и у нас в запасе его просто нет.

Профессор задумался.

— Интегратор, говоришь, — и опять замолчал, через пару мгновений он замер на месте, явно разговаривая с кем-то через нейросеть.

— Он у нас будет через минут двадцать — тридцать, — сказал он после очередной остановки.

— Но откуда, — удивился хирург, — на складе его точно нет.

— Стер, ты забываешь, ведь это торговая станция, и на рынке или в близлежащих от него торговых центрах можно найти все, даже то, чего там по идее быть не должно. Тем более у одного из торговцев на рынке я видел как раз что-то похожее на оригинальный интегратор, и, как мне помнится, не последней модели. Поэтому я думаю, что нам его скоро доставят.

— А если он его продал? — усомнился Стер.

— Да кому он тут нужен, на нашей-то станции. Тут нет таких помешанных, которые наставляют себе имплантантов столько, что они выходят из-под контроля мозга и нервной системы. После чего их требуется объединять в согласованные группы с помощью специализированного имплантанта-интегратора.

— Ну, будем надеяться, что он еще в продаже у этого торговца. Кстати, не боишься, что это какая-нибудь подделка или списанное бракованное изделие.

— Уж подделку и брак, я надеюсь, нашего с тобой опыта определить от оригинала хватит, — усмехнулся Арош.

На этом и порешили, продолжив подготовку к установке специализированного имплантанта, а потом и еще двух нейроструктур.

Как и было обещано, через двадцать минут посыльный доставил заказанный имплантант.

Это оказался оригинал, да еще и из достаточно редкой партии, с расширенными возможностями, он кроме своей основной функции выполнял и функцию повышения двух параметров. Увеличивал значение интеллектуального индекса на четыре процента и увеличивал объём памяти, а также скорость обработки и запоминания информации на семь процентов.

— Имплантант недорогой, и почему его раньше никто не приобрел, — удивился Стер, когда увидел указанную цену в заказе, — двести кредитов, это смешные деньги.

— Для всех это интегратор, никто не читает сопутствующей документации, а там наверняка это было написано.

— Верно, — согласился с ним хирург, — ну что, все компоненты на месте, приступаем.

— Да, — согласился профессор.

Операция по инсталляции и подключению нового имплантанта, а также двух дополнительных нейросетей заняла еще два часа.

После этого профессор поздравил всех с успешным ее завершением и распорядился приводить парня, лежащего на ложементе в нормальное состояние.

Все обрадованно переглядывались, комментируя только что законченную очень сложную и достаточно специфичную операцию, и лишь Силиция смотрела на парня странным взглядом.

В последний момент, когда была произведена активация именно имплантанта, она ясно видела всполох менто-поля, который вновь пропал.

Что это могло значить, девушка не знала.

* * *

Вязкая темнота отпускала меня неохотно.

«Неужели я опять куда-то перенесся», — заползла вялая мысль в мою голову.

Однако хоть ощущения и были во многом схожи, но в этот раз никакой боли не было. И дезориентация, с которой я очнулся, практически мгновенно прошла.

А потом на меня нахлынули воспоминания, те, от которых, казалось, готова была разорваться моя голова. Чужие воспоминания.

Обрывки каких-то фраз и видений. Непонятные города и планеты. Незнакомые лица людей и каких-то чудовищ. Все это смешалось в нескончаемый хоровод.

И вдруг как все отрубило.

Я ощутил себя полностью здоровым и отдохнувшим человеком.

Переход от круговерти чужих мыслей и воспоминаний к спокойному и целостному осознанию себя как единой личности был так разителен и мгновенен, что я даже растерялся.

Но все прошло бесследно.

Я это и есть я, Дмитрий Пономарев, для местных с планеты и со станции человек по прозвищу Дим.

Эти мысли и привели меня в чувство.

После чего я открыл глаза.

— О, наш пациент очнулся, — воскликнул мужчина средних лет, хлопотавший около моего кресла, — как ты себя чувствуешь? Ничего не беспокоит? Ты говори, не стесняйся, а то ты что-то больно быстро пришёл в себя. Хотя, по идее, тебе еще не меньше трех часов следовало тут находиться.

Я приподнял голову и огляделся кругом. Людей в комнате было гораздо меньше, чем раньше. По сути, тут осталось только несколько медиков и я. Никого из нашего отряда ни в этой комнате, ни в соседнем зале я не заметил. А из всех, кого я видел тут ранее, присутствовала только Силиция.

Даже мужчина, который общался сейчас со мною, был мне незнаком.

Я еще раз прислушался к себе и ответил:

— Все в норме, никаких неприятных ощущений.

— Это хорошо, а то мы несколько изменили ход прохождения операции, так как один из лаборантов выдвинул очень неплохую и неординарную идею, — сказал медик.

— Извините. А вы кто? — решил все-таки уточнить я.

— Прости, забыл представиться. Я нейрохирург в нашем департаменте, зовут меня Стер.

— Дим, — представился я и протянул руку для пожатия, но хирург только удивленно посмотрел на нее, — простите, у нас пожимают руки для приветствия и при знакомстве, — пояснил я, — как-то не подумал о том, что это только наш местный обычай.

— А, понятно, — сказал Стер и протянул мне свою руку, ответив на рукопожатие, — странные обычаи все-таки на разных планетах, — прокомментировал он, — ваш не такой уж и страшный.

— Приятно познакомиться, — закончил приветствие я и уточнил: — Стер, вы сказали о какой-то идее, которую реализовали во время проведения операции, что это?

— Понимаю твое беспокойство, — ответил мне хирург, — но не переживай, это, так сказать, наш дополнительный бонус. Арош рассказал мне во время проведения операции историю твоего появления здесь, и это та малость, которую мы могли сделать для тебя.

— А сколько длилась операция? — заинтересовался я.

— Три часа, первый этап, двадцать минут подготовки ко второму, еще два часа на следующем этапе, и дополнительный час реабилитации, хотя по идее мы рассчитывали на три.

— Итого получается шесть часов, — подсчитал я, — это нормально?

— В твоем случае даже немного. Хотя на установку обычной нейросети любой сложности тратят не более полутора часов, включая и небольшой реабилитационный период, — сказал мне Стер.

— Так что за бонус вы мне презентовали? — повторно спросил я.