Принц и Виски - Варя Медная

Треньканье нарастало, пружины кряхтели, наконец часы вздрогнули, и по обеим сторонам циферблата открылись стрельчатые дверцы. Из правой выехал кособокий рогатый уродец, из левой – тоненький позолоченный принц с летящими по ветру кудрями и вороном на плече. Встретившись на середине, они выхватили мечи и с первым ударом курантов вступили в ежегодную битву Добра с Врагом.

БОМ. Скрестились клинки

БОМ – М. Ударились снова, и уродец стал ниже ростом

БОМ – М-М. Ещё ниже и отступил на полшага

Какая прелесть: Варлог сражается сам с собой. А ведь и я могла стоять сейчас среди восторженных зрителей, с замиранием сердца наблюдая сие чудо инженерной мысли и всей душой болея за златокудрого героя, при том втайне зная, что он непременно победит.

А как иначе? Ведь враги – это всегда кособокие уроды, поэтому тут не надо быть гением, чтоб предсказать итог схватки.

– И как тебе такая версия событий? – повернулась я к Варлогу, на губах которого играла презрительная улыбка.

– Истёкшие столетия не прибавили жителям ума.

– Помнится, обо мне ты был чуть более высокого мнения. Так как насчёт танца?

БОМ – М-М – М

БОМ – М-М – М-М

Пальцы вспотели, а телефон до сих пор молчал. Видя, что Варлог готовится отказать, я подпустила в голос вкрадчивости, вплетая кружева лести.

– Всего каких-то десять минут. Можешь сколько угодно презирать их, – обвела рукой зал, – и называть жалкими людишками, но тебе нравится их обожание и поклонение. Соглашайся! Ведь это последний бал Мистиктауна. Что там у классиков говорится про танцы на пепелище? Пусть горожане хоть напоследок приобщатся к прекрасному, наблюдая танец настоящего принца.

БОМ – М-М – М-М – М-М – М-М

Последним ударом золотой герой вогнал Врага в землю, чтобы секунду спустя оттуда выпорхнула такая же хрупкая и фальшивая девица и, исполнив вокруг него парочку энергичных пируэтов, упала в объятия. Механический поцелуй, символическое отпускание ворона, и влюблённые, держась за руки, удалились в правую дверцу под гром аплодисментов.

– Почему бы и нет, – произнёс наконец принц, наблюдая, как крошечный золотой воронёнок успевает влететь за хозяином за миг до того, как створка захлопывается до следующего года.

– А сейчас настал долгожданный и волнительный для многих момент! Пришло время объявить пару, которая, по итогам голосования, откроет бал! – торжественно объявил ведущий, вызвав волны оживления.

Варлог повернулся к нему и небрежно повёл рукой. Микрофон поперхнулся, а через весь зал протянулась теневая дорожка, словно невидимые руки раздвинули гостей, освободив проход, по которому принц повёл меня к месту начала танца. Ведущий беспомощно пучил глаза, но не мог отвести их от нас. Гости тоже зачарованно ловили каждый жест, и, как мне кажется, дело было уже не только и не столько в колдовстве.

– Кстати, почему бы тебе не отстегнуть шпагу? А то какой-то танец втроём получается… Нет? Ну нет так нет, я ж не настаиваю…

В длинной веренице лиц мелькнула бледная Регина с закушенной губой, а потом мы остановились под лучом прожектора, и когда полились ноты, все мысли вылетели из головы, уносясь куда-то в темноту вместе со зрителями. Остались только нежные звуки и тёплый трепет в груди. Томительный миг ожидания, взволнованный выдох и первое плавное движение, перенёсшее меня в ослепительной вспышке в другой мир – мир, где не было лиц, не было прошлого и будущего, планов и сожалений, тревог и надежд. Лишь сладкое восхитительное бесконечное «сейчас».

Обволакивающее скольжение шёлка по коже, щекочущие лицо пряди, тепло чужих рук и головокружительное ощущение полёта. Только раз в жизни возможно подобное волшество – первый танец. И уже не важно, что было вчера, и будет завтра, и настанет ли это «завтра» вообще. Важен миг единения, гармонии с целым миром, когда мелодия захлёстывает тебя и уносит далеко-далеко – туда, где нет ничего несбыточного, где мечты осуществляются, сказки заканчиваются счастливо, а чудовищам достаточно девы и розы. И никаких колец… И ты уже не ты, а воздушная мелодия, чистая и возвышенная, свежая, как весенний ветерок. И тело само знает, как двигаться, как рассказать твою историю через танец.

Завораживающе медленно кружили диско-шары, разбрасывая вокруг мириады бликов, расцвечивая зал во все оттенки чудес, сверху сыпался серебристый дождик, и даже звёзды завидовали нам, простым смертным, подглядывая сквозь стеклянный купол потолка. Платье взметалось и опадало, окутывая нас с принцем изумрудным вихрем, а мой партнёр не сделал ни единого неверного движения.

Шпага ему и впрямь не мешала…

И можно ненадолго представить, что в объятиях меня держит тот славный герой из легенды, победитель Врага и добрый хранитель города. Влюблён, сражён, очарован и умоляет о следующем танце…

Но глаза напротив пылали такой первозданной тьмой, жгучей, глубокой и несовместной с придуманным романтическим портретом, что образ начал расползаться, как плохо пошитый костюм… как слишком плоский костюм. Куда не уместить живого человека с его желаниями и страхами, заслугами и обидами, со всем плохим и хорошим – со всем тем, что делает его человеком, а не абстрактным героем абстрактной легенды.

И как только это осознание просочилось сквозь флёр мечты, грёза начала таять, возвращая меня в реальность, к принцу-злодею и висящему на волоске плану. Последняя мысль окончательно спустила с небес на землю, и вот я уже снова в бальном зале ратуши, скольжу среди десятков присоединившихся к нам пар, оставаясь, однако, словно бы отгороженной от них незримым кругом.

Время, нужно тянуть время.

– Прекрасно танцуете, ваше высочество. Как насчёт следующего танца?

В лице Варлога проступило странное выражение, а голос зазвучал глубоко и взволнованно:

– Много лет я блуждал во мраке собственных заблуждений, преисполненный злобы и ненависти ко всем и вся. И не было в моём сердце места любви и прекрасному… до этого танца. Ты как луч озарила моё скорбное существо, раскрыв глаза на творимые бесчинства и заставив устыдиться самоё себя, а отблеск твоей улыбки вернул мне утраченную надежду и обратил душу к свету.

– Что, правда, что ли? – удивилась я.

– Мечтай, – хмыкнул принц и нетерпеливо огляделся. – Что бы ты там ни замышляла, оставь бесплодные упования, тебе меня не провести. Я выполнил условия: ты жива и танцуешь. Где ведьма и Кольцо?

– Но танец ещё не закончился, – возразила я. – И раз уж я озарила твоё скорбное существо, не лишай и ты меня последних минут удовольствия. А пока мы всё равно танцуем, почему бы тебе не рассказать, как ухитрился пролезть в мой сон?

– Магия, – небрежно повёл плечом Варлог, – мне подвластны тёмные искусства и небесный огонь.

– Врёшь, – ухмыльнулась я, – никакой ты не колдун. Иначе зачем бы тебе понадобилось тянуть силы из ведьм, если есть свои? Ксавьер рассказал про отпугиватели – закопанные перед башней стальные штыри, – поэтому я в курсе, что те молнии притянули вполне земные законы физики. В общем, не хочешь – не отвечай, но за простушку-то зачем меня держать?