Корона за холодное серебро - Алекс Маршалл

– О, это продолжается уже много лет, – ответила Сингх, что-то еще выискивая в ящике. – Ты слышала, что Индсорит объявила вне закона твое имя, уничтожила портреты и все такое прочее? Поверженная Королева – вот как тебя называют, когда избежать упоминания невозможно. Так что это был популярный девиз для твоих сторонников, когда Индсорит победила, небольшое показное сопротивление. Всего-навсего граффити. Однако в последний год это стало чем-то иным. Кличем, призывом.

– Мои сторонники… – тихо произнесла София.

На самом деле она не верила, что по ней кто-то будет скучать. И все же в тот год, когда она свергла короля Калдруута и короновалась Последней Королевой Самота, под ее знаменем стояло около пятидесяти тысяч простолюдинов, бросивших свои фермы и лавки, чтобы присоединиться к ее делу. Так ли удивительно, что они взаправду верили в нее? Кто-то из них наверняка понимал, что ее попытка установить равенство по всей империи провалилась не из-за эгоизма и лицемерия. Просто слишком огромна была задача, а все усилия вязли в неповоротливых шестернях имперской бюрократии. Несмотря на обещания новоиспеченной гребаной королевы, ее реформы неизменно заканчивались пшиком, их саботировали все классы, кроме низшего. Дворяне, торговцы и Цепь объединились против нее, извечные враги сплотились против общей угрозы.

А что же крестьяне? Что же все те люди, которые нуждались в ней, чтобы подняться наверх? Горожане, которые поставили на Софию – и были ею брошены – теперь выкрикивают ее имя в знак неповиновения, хотя это может стоить им жизни.

Все люди, кого она бросила, чтобы укрыться в горах со своим любимым проститутом… София упала обратно на подушки и вперила взор в насекомоподобные фигуры, вырезанные в притолоке двери. А она-то думала, что поводы разочаровываться в себе уже закончились.

– Я это сделала не для того, чтобы стать мученицей, – проговорила она. – Я сделала это потому, что была трусихой.

– Ты много кем была, сестра, но только не трусихой, – возразила Сингх. – Вот, нашлось. Посмотри-ка.

– Что это? – спросила София, садясь и принимая папку из рук подруги.

– Все, что у меня набралось на «Тусклый крис», – сказала Сингх, выбивая трубку и усаживаясь, чтобы снова ее наполнить. – Все части целого собраны: есть оружие, есть руки, способные его держать, а еще имеется поддержка нескольких могущественных культов. Но шанс у нас только один, и если будет провал, то пройдут годы, прежде чем революция наберет достаточно сил для новой попытки. Если, конечно, нас всех не переловят и не повесят.

– Как в старые добрые времена. – София потеребила ленту, которой была перевязана папка. – Канг Хо хочет моей смерти по причинам, которые ты не желаешь разглашать, а ты хочешь, чтобы я жила и помогала тебе планировать восстание.

– У тебя величайший тактический ум, равного я за всю жизнь не встречала, – сказала Сингх. – Усилить «Тусклый крис» твоим надзором – и доминионы будут практически объединены. Интересно, сколько пользы будет от того, что целый Луч Звезды окажется у тебя в долгу – перед нападением на империю?

– Пользы будет много, – признала София, переводя взгляд с папки на пол, где лежала скомканная листовка. – Но даже самые лучшие планы не застрахованы от провала.

– Даю слово чести, что буду помогать тебе всеми силами вне зависимости от успеха революции.

– Ну, это уже кое-что, – оценила София. – Но вернемся к Канг Хо. Очевидно, он во всех подробностях рассказал тебе о моих планах. Думаю, ты догадываешься, что меня нервирует твое нежелание рассказать, с какой целью он натравил тебя на старую подругу. У него на острове я была в отключке – почему он не убил меня, совершенно беспомощную, почему сразу не покончил с проблемой?

– Подозреваю, что Канг Хо и его супруг не в ладах, – сказала Сингх. – Кто из них послал тебя за принцессой Чи Хён?

– Ага, – сказала София. – Канг Хо не хочет, чтобы нашлась его дочь, так получается? Все эти разговоры на Хвабуне были в пользу того, кто держит завязки кошелька, – Джун Хван не знает, что его муж помог их чаду сбежать?

– Подозреваю, что если бы знал, то сладость семейного очага обернулась бы для нашего общего друга горечью.

– Значит, Канг Хо помог дочери удрать из дома, а свалил все на Феннека.

Мордолиз тишком подкрался к низкому столику с тарелкой печенья. Уперев ногу ему в плечо, София ловко отодвинула его на безопасное расстояние.

– Довольно умно. Любопытно, был ли старый лис вообще посвящен в это дело?

– Наверняка был, – сказала Сингх. – Я встречалась с обоими, когда они прибыли сюда.

– Ты о Феннеке и Канг Хо?

– О Феннеке и принцессе Чи Хён. С ними была третья, дикорожденная женщина. Они хотели заручиться моей помощью, но, хотя план и казался разумным, я тогда, как и сейчас, была занята собственными делами.

– И что это за план? – София снова разожгла почти догоревшую трубку и получила на язык пару горящих угольков. Вот что бывает, когда вылизываешь бочонок до дна.

– Разве не очевидно? – спросила Сингх, пока ее бывшая генеральша откашливала горячий пепел. – София жива.