Рыцарь золотой розы - Тимур Туров

Но зато с этой стороны, на охраняемой территории, имелись сосны и ели, а у них – ветки.

– Ну что, вспомним детство? – спросил Олег сам себя.

Он прошелся вдоль ограды, добрался до места, где она образовывала угол, и на этом самом углу болталась очередная камера. Зажал кинжал в зубах и полез на старую мощную сосну. Уцепился за ветку, подтянулся и зашипел от боли, загоревшейся сразу во многих местах – в обожженных предплечьях, ушибленных плечах, отбитых ребрах и разбитом колене…

Неловко дернулся, и колючая лапа ткнула в лицо, едва не выколола глаз.

– Ерш твою меть… – пробормотал Олег и упрямо полез дальше, обдирая ладони и морщась от ломоты в затылке.

От сосны с шорохом отслаивались чешуйки коры, падали вниз.

Поднявшись на высоту метра три, он немного передохнул. Затем встал на ветку, уцепился за другую и мелкими шажками двинулся к ограде. Когда под ногами затрещало и ненадежная опора стала уходить вниз, Олег присел и прыгнул, целясь туда, где забор образовывал угол.

Ударился с такой силой, что захрустели ребра, а дыхание с хрипом вылетело из груди. Схватился руками за опору камеры, невольно разжал челюсти, и кинжал улетел вниз, во тьму.

Олег с трудом перевернулся и сел на ограду, оказавшись лицом к серому бруску камеры. Пригляделся к торчавшему из задней ее части проводу, что уходил вниз и потом по верху забора тянулся к дому.

– Колдун я или кто? – спросил он негромко и поднял руку.

План выглядел так: пережечь провод, чтобы камера отключилась, затем преспокойно слезть с забора и уйти. Дежурный наряд охраны наверняка заинтересуется, почему один из экранов погас, и решит взглянуть, в чем дело. Обнаружит поврежденный контакт, но вряд ли заподозрит, что виноват здесь сбежавший из-под замка Олег Турнов.

Пришлось обратиться к источнику, и только после этого крохотный алый язычок прорезал тьму. Запахло горелой изоляцией, горячим металлом, и провод с тихим «крак» разломился.

Олег, у которого от напряжения начало сводить ягодицы и бедра, с облегчением спрыгнул с забора. Пошарил по земле, отыскивая кинжал, затем подумал, вытер его рукоятку полой рубашки и вышвырнул оружие в кусты.

Вряд ли кинжал поможет в схватке с вооруженными пистолетами и магией адептами «Черного солнца». Ну, а кроме того, глупо будет дать врагам повод для обвинения в воровстве.

Олег прошагал метров сто и, только когда забор и камеры скрылись из виду, повернул направо и пошел параллельно ограде. Нужно понять, где он находится, а для этого выйти к ближайшей трассе. Это же проще всего сделать, следуя за дорогой, что ведет от ворот особняка.

Вокруг простирался настоящий лес, темный и сырой. Под ногами хлюпало, во мраке шуршало, вдалеке орала какая-то птица. Деревья росли часто, приходилось держать руки перед лицом и отводить в стороны ветви.

Вышел к дороге и тут понял, что ночь не столь непроглядна, как казалось ранее. Небо было не черным, а темно-серым, и удавалось различить клубы плывущего над асфальтом тумана.

– Вот и утро, – сказал Олег, пытаясь вспомнить, когда светает в это время года: в четыре, в пять?

Вдоль дороги прошел километра два, постоянно настороже, готовый отскочить в заросли и залечь, если послышится шум мотора. Выбрался на другую дорогу, много более широкую, с разметкой.

Олег повертел головой, раздумывая, куда пойти и почему это место кажется таким знакомым. Затем вспомнил тот момент, когда он очнулся в машине, увидел эстакаду впереди, а на обочине указатель «Опалиха». Догадка заставила вздрогнуть и невнятно выругаться.

Олег находился в Зеленом городе – небольшом, но довольно диком лесном массиве к юго-востоку от Нижнего. На его территории располагались многочисленные пансионаты, санатории и пионерские лагеря, а также дачи некоторых особенно наглых и оборотистых чиновников.

Тут же, как выяснилось, обитал и Рамзан Фатихович Мухаммедов.

Если пойти влево, то скоро будет поворот на «ВЦСПС», если вправо, то выйдешь к остановке у «Звезды» и к магазину.

Олег несколько раз бывал здесь, еще с родителями, очень давно. Они приезжали на выходные, снимали комнату в «Кудьме» и дышали свежим лесным воздухом. В те давние времена, каких-то двадцать – двадцать пять лет назад, в Зеленом городе водились кабаны и лоси.

До Нижнего недалеко, но попутную машину в этот час вряд ли поймаешь, да и кто возьмет оборванного, грязного мужика с разбитым носом? Автобусы начнут ходить еще не скоро, да и денег у него нет. Можно двинуться пешком, но в погоню за ним отправятся на автомобилях, да еще и наверняка возьмут след с помощью какого-нибудь хитроумного заклинания…

И что остается?

Использовать те преимущества, которые он имеет перед преследователями. Во-первых, время, оставшееся до момента, когда в особняке обнаружат, что пленник сбежал. Во-вторых, то, что автомобиль, несмотря на все достоинства, способен двигаться в основном по дороге, а человек может направиться кратчайшим путем. И, в-третьих, то, что данный конкретный человек когда-то давно занимался бегом, и не просто так, а серьезно, много лет, и добегался до первого разряда на восьмистах и полуторке.

Придется вспомнить молодость, сборы, когда на утренней тренировке делали восемь километров, а вечером еще двенадцать. Сейчас нужно пробежать всего десяток. В Щербинках зайти к Кольке – армейский дружок Олега жил на улице Горной – и связаться с кем-нибудь из «Золотой розы». Правда, форма у него совсем не та и в том, что касается мышц и дыхалки, и в том, что касается одежды, но придется об этом забыть.

Он развернулся и побежал через дорогу в лес, стараясь держаться на север.