Последняя игра - Дэвид Эддингс

Наконец, лишившись остатков разума, Тор Эргас с диким,животным криком бросил свою лошадь прямо на Чо-Хэга. Встав в стременах, онсхватил меч обеими руками и поднял его как топор, чтобы навсегда сокрушитьврага. Но Чо-Хэг заставил лошадь отскочить в сторону и, собрав все силы, сделалвыпад как раз в тот момент, когда Тор Эргас начал наносить свой ужасный удар.Со стальным скрежетом сабля Чо-Хэга пробила кроваво красные доспехи мерга, егонапряженное, как струна, тело и вышла из спины.

В своем безумии не сознающий, что ему нанесена смертельнаярана, Тор Эргас снова занес меч, но силы оставили его, и меч выпал из рук. Сявным недоверием он уставился, разинув рот, на саблю, торчавшую у него изгруди, на губах появилась кровавая пена. Он поднял руки, будто пытаясьразодрать лицо врага, но Чо-Хэг презрительно отвел их и вытащил с легкимсвистом свой тонкий кривой клинок из его тела.

– Вот и все, Тор Эргас, – сказал Чо-Хэг ледянымтоном.

– Нет! – закричал Тор Эргас, пытаясь выхватитьиз-за пояса тяжелый кинжал.

Чо-Хэг холодно наблюдал за его усилиями. Вдруг из открытогорта короля мергов хлынула темная кровь, и он выпал из седла. Но все ещепродолжая бороться, кашляя кровью, Тор Эргас, шатаясь, поднялся на ноги. Сквозьбульканье в горле он посылал проклятия человеку, который только что убил его.

– Добрая была схватка, однако, – сказал ему смрачной улыбкой Чо-Хэг и повернул свою лошадь.

Тор Эргас упал, царапая в бессильной ярости землю.

– Вернись и бейся! – рыдал он. – Вернись!Чо-Хэг бросил взгляд через плечо.

– Извините, ваше величество, – ответил он, –но у меня срочные дела в другом месте. Я уверен, вы понимаете меня. – И сэтими словами Чо-Хэг отъехал.

– Вернись! – стенал Тор Эргас, изрыгая кровь ипроклятия и роя пальцами землю. – Вернись! – Затем уткнулся лицом вокровавленную траву. – Вернись и бейся, Чо-Хэг! – слабо прохрипел он.

Оглянувшись в последний раз на умирающего короля КтолМергоса, Чо-Хэг увидел, как тот кусает дерн и скребет по земле трясущимисяпальцами.

Громкий стон прокатился по сплоченным полкам мергов, а изрядов олгаров раздались приветственные крики, когда одержавший победу Чо-Хэгприскакал обратно, чтобы присоединиться к своей армии.

***

– Они снова идут, – объявил генерал Вэрана, схолодным профессионализмом наблюдая за цепями надвигающихся маллорийцев.

– Но где же сигнал? – спросил Родар, внимательноосматривая горизонт на востоке. – Чем там занимается Энхег?

Передовые ряды маллорийцев уже вступили в сражение.Драснийские копейщики начали рубиться своими длинными мечами с широкимиклинками, сея опустошение среди одетых в красное воинов, а толнедрийскиелегионеры поставили свои щиты так, что они образовали крепкую стену,неприступную для маллорийцев. После короткой, прозвучавшей как лай командылегионеры несколько сдвинули щиты, и в образовавшиеся между ними щели каждый изних выставил свою пику. Толнедрийские пики были не столь длинны, какдраснийские копья, но они оказались не менее грозным оружием. Громкие воплираздались из передовых рядов маллорийцев, и солдаты в красных туниках сталипадать.

– Они прорвутся на этот раз? – спросил Родар,тяжело дыша. Даже не будучи непосредственным участником сражения, драснийскийкороль начинал задыхаться при каждой атаке маллорийцев.

Вэрана тщательно взвесил силы атакующих.

– Нет, – весомо проговорил он, – только несейчас. Кстати, придумали вы, как будете отступать? Довольно трудно отводитьвойска, когда они участвуют в сражении.

– Именно поэтому я берегу силы мимбратов, –ответил Родар. – Они сейчас дают отдых своим лошадям для последней атаки.Как только мы получим сигнал от Энхега, Мендореллен и его люди отбросятмаллорийцев, а остальные наши части воспользуются этим и улизнут.

– Атака только задержит маллорийцев на некотороевремя, – сказал Вэрана, – а затем они снова кинутся за вами.

– Мы опять выстроимся где-нибудь выше по реке, –ответил Родар.

– Вам придется потратить много времени на дорогу дофортов, если вы будете вынуждены останавливаться каждые полмили и вступать всражение, – предостерег его Вэрана.

– Знаю, – раздраженно бросил Родар. – Можетбыть, у вас есть лучшие предложения?

– Нет, – ответил Вэрана, – я только обратилваше внимание, вот и все.

– Так где же все-таки сигнал? – снова спросилРодар.

***

На тихом склоне холма, расположенного на некоторомрасстоянии от происходившей на северном берегу битвы, мальчик-крепостной из Арендиииграл на флейте. Мелодия была печальной, но она поднималась к самому небу.

Мальчик сидел один на траве в теплых лучах утреннего солнцаи вкладывал всю свою душу в игру на флейте.

Маллорийский солдат, который с мечом подползал к нему сзади,не разбирался в музыке. Он не понимал или его не волновало, что мелодия,которую играл мальчик, была самой прекрасной из тех, которые когда либо слышалчеловек.

Совершенно неожиданно звуки оборвались, чтобы никогда уже неначаться снова.

***

Поток раненых, которых приносили в полевой госпиталь Арианы,становился все больше, и молодая мимбратка скоро вынуждена была принятьжестокое решение.

Лечению теперь подлежали только те раненые, которые могливыжить. Смертельно раненным сразу давали выпить настоенное на травах горькоелекарство, которое уменьшало боль, а затем оставляли их умирать. При каждомтаком решении сердце Арианы сжималось, и она работала со слезами на глазах.

Потом в палатку с исказившимся лицом вошел Бренд, Хранительтрона райвенов. Кольчуга его была покрыта пятнами крови, а широкий круглый шитхранил следы яростных ударов мечей. Вслед за ним трое его сыновей внеслибезжизненное, покрытое кровью тело своего младшего брата, Олбана.

– Можете вы осмотреть его? – хрипло спросил Бренду Арианы.

Одного взгляда для девушки было, однако, достаточно, чтобыубедиться, что рана в груди Олбана смертельна.

– Я могу дать ему покой и утешение, – ответила онадовольно уклончиво.

Быстро встав на колени у истекавшего кровью юноши, онаподняла его голову и поднесла к губам чашу.

– Отец, – прошептал Олбан, выпив лекарство. –Я хочу кое-что поведать тебе.

– Для этого еще будет достаточно времени, – сиплымголосом ответил Бренд.