Я сама призову себе принца! - Ника Фрост

— А его, вообще, можно снять? — поудобнее устроившись на его плече, пробормотала я.

— Нет. И в этом я уверен на все сто… Но… — не договорив, он задумался, глядя в окно, где на темном полотне небосвода ярко сверкала россыпь звезд.

— Но?

— Но давай об этом попозже. И… закончим мою историю, а то ты засыпаешь.

— Я бодра! И весела! — я попыталась приосаниться, однако тут же вновь растеклась по его груди.

— Ага. Вижу, — он хмыкнул. — Ну да ладно, тем более осталось уже совсем немного. Просто нужно совместить то, что ты знаешь, с тем, что происходило на самом деле. Но прежде позволь задать один вопрос.

Я ответила легким утвердительным кивком.

— Когда ты очутилась на нашей планете, Альтере, Надежда?

Этот вопрос меня не застал врасплох. И я ответила без раздумий и колебаний:

— Чуть меньше месяца назад. Точно не скажу, надо считать дни…

— Точно и не требуется. А позволь ещё вот что уточнить: когда ты произнесла те слова, что хочешь любви?

— Ну-у… полагаю, в тот же день, ну или на следующий, как мне кажется. Я… я умерла в своем мире, и это моё последнее желание, что я не смогла сама исполнить. И, смотря на небо, я, та, что никогда не верила в высшие силы, загадала это желание — влюбиться. Это последнее, что я помню перед тем, как очнуться уже здесь…

Говорить правду, открывать душу ему было так легко, приятно. А весь тот груз, что каждую секунду давил на меня, прижимая к земле, и сдавливал легкие, исчезал. И с каждым произнесенным словом очередной вдох становился всё легче, на душе — спокойнее, и даже мир вокруг — ярче.

— Понятно, — протянул мужчина, не удивившись, и вместо того, как я до этого боялась, чтобы оттолкнуть, наоборот, крепче прижал меня к себе. — Главное то, что я произнес те слова десять лет назад, а ты — всего месяц. Вот отсюда и… то, что я долго не мог понять, что же происходит. Потому как и забыл про ту свою мимолетную слабость. И сразу не смог связать тебя и посланницу из пророчества Эли’Эйр. Надо сказать, впервые я оказался так слеп, но… — он тихонько рассмеялся. — Но, с другой стороны, разглядеть в тебе посланницу самого Солнца в тот день было довольно сложно, только, прошу, не обижайся.

— Даже и не думала, — уголки моих губ невольно приподнялись, когда я вспомнила нашу встречу, представляя, как тогда выглядела со стороны, и, приподняв голову, одарила мужчину нежной улыбкой. Отчего его смех сразу оборвался. Я почувствовала, как напряглись мышцы его тела, а в вишневых глазах завертелся золотой калейдоскоп, завораживая.

Тряхнув головой, Дарахар отвернулся и произнес тягучим, немного осипшим голосом:

— Давай я расскажу, что происходило с того момента, как мы встретились. И я выполню полностью своё обещание — расскажу тебе всё… В тот вечер я присутствовал на балу у Гохόра Третьего. Очередное скучное мероприятие с унылыми гостями и «важными» беседами. Помню, я подумал о том, чтобы такое придумать, дабы сбежать побыстрее оттуда. Вышел на улицу, подышать воздухом… И сердце дракона, что я всегда ощущал, буквально рвануло вперед, лишая дыхания, возможности мыслить, заставляя меня переместиться. Туда, откуда доносился твой «зов». Какого же было моё удивление, когда я оказался в глухом лесу, посреди бушующей грозы. А рядом со мной копошилось что-то мокрое, измазанное в грязи, ветках и листьях. При этом ещё и создавалось впечатление, что ты разговаривать не умеешь — какой-то набор букв и звуков вперемешку с кряхтением и стонами. Я и подумал, что ты…

— Чудище лесное? — услужливо подсказала я, хитро прищурившись, и мужчина, вновь осмелившись посмотреть на меня, ответил со вздохом:

— На самом деле, в первый момент — за ведьму. Потом я решил, что гадать не буду. Ты была слишком необычной. Поэтому решил тебя отмыть. Но и это не помогло, плюс задерживаться надолго я не мог: Гохор должен был выступать перед собравшимися, и мне необходимо было узнать, что он скажет, дабы в случае чего сгладить острые углы перед его гостем.

— И ты, окатив меня водой, полапав зачем-то напоследок, исчез…

— Прости, моя принцесса, каждый раз, когда я тебя… как ты выразилась, «лапал», было не просто так. Я ощущал странные отклики внутри себя, когда твои эмоции выходили из-под контроля.

— Получается, таким образом ты меня… тестировал?

— Да, — Дарахар, немного смутившись, даже отвел взор, — но и щупать все твои округлости было чрезвычайно соблазнительно, и я просто не мог удержаться. Потому как зверь внутри… желал тебя, даже когда ты вся была с ног до головы в грязи, а лица было не разобрать…

— Двойная выгода! — я хмыкнула.

— Да, — вновь честно сознался мужчина. — И, вернувшись домой после бала, я сразу отправил Раха в ту сторону, где видел подобную растительность. Желая найти тебя и узнать: кто ты, откуда, как смогла позвать меня. Второй твой «зов» вновь не оставил мне выбора — благо, я был ещё дома. И вновь ты была вся в чем-то измазана. Бормотала что-то странное. Однако твой цвет волос… я понял, что теперь уж точно найду тебя.

— Но ты вновь не мог задержаться. И удержаться.

— Верно. Мне захотелось ощутить то, что у тебя бурлит внутри и на что отзывается дракон. А ещё в тот день я осознал, что, когда ты пугаешься, я сразу перемещаюсь к тебе. Поэтому, думая, что тебе ничего не угрожает, а ты просто бродишь по округе, исследуешь что-то, ведь лес был всё тот же, оставил тебя…

— А! Ты думал, что я вокруг дома своего брожу?

— Догадаться, что ты от кого-то бежишь, я не мог! Логично полагал, что ты кто-то вроде исследовательницы. Изучаешь флору, фауну… Грибы всякие, — и вновь слово «грибы» заставило меня нервно вздрогнуть. Вот уж не скоро я теперь решусь отведать это блюдо и думать о нем без содрогания. — Только когда ты призвала меня третий раз, понял, где ты находишься, и догадался, куда ты направляешься. Рах был уже неподалеку. Рядом — столица, до которой ты должна была добраться через пару часов. И я оставил наш разговор до утра.

— Однако утром я сама призвала тебя, достав из постели с двумя красотками, — мой голос на последних двух словах засочился ядом и неприкрытым недовольством. А ревность сильно полоснула сердце, отчего то болезненно сжалось.

— Эли’Ви! — выдохнул Дарахар, обняв меня двумя руками и заглянув в глаза. — Я не был с ними!

— Ты мужчина… взрослый. Это естественно, что в этом такого, — я постаралась произнести это спокойным, отрешенным голосом, чтобы убедить его, что он не совершил ничего ужасного, но вышло у меня это на редкость плохо. Я слишком сильно ревновала его. Хотя сама не произнесла в ответ на его признание, что люблю его. И в тот момент мы вообще не были никак связаны и даже имен друг друга не знали, и ни о какой верности и речи быть не могло.

— Да… естественно. Однако я говорил тебе, что я не мог забыть тебе ни на миг. Твой образ, твой голос постоянно крутились в моей голове. И не только дракон, но и я уже хотел… желал только тебя. И никого, кроме тебя.