Я слышу, как ты дышишь - Остин Марс

Док вышел из-за ширмы и стал говорить с другими врачами, все прощались, грохотали столами, шуршали бумажками, кто-то мыл пол, попытался сложить ширму, но его остановил министр. Вера ждала.

Наконец ушли почти все, министр разговаривал с одним из последних, мужчина говорил медленно, как будто язык был для него не родным:

— Глава Кан очень щедрый. Но я отдал бы это все за возможность поговорить с мастером, который сидит за ширмой.

— Я дал бы вдвое больше, если бы вы забыли о том, что мастер за ширмой существует, — голос министра Шена звучал мягко, очень необычно было это слышать, обычно он в любой ситуации приказывал, но не в этот раз.

— Да я и сам дал бы вдвое больше за этого мастера-за-ширмой, — мужчина говорил шутливо, но отступать не собирался, министр сказал чуть тверже:

— Мастер-за-ширмой не продается, простите.

— Глава Кан богат, а мой народ — нет. Это дает несправедливые преимущества.

— Ваш народ мог бы жить гораздо лучше, если бы вы работали со мной чаще.

— Я обдумаю твое предложение, — тихо рассмеялся мужчина, — а вы обдумайте мое приглашение — в гости, на чай, я, глава Кан и мастер-за-ширмой. Тогда и поговорим.

— А давайте я, вы и десять тысяч золота авансом, и обойдемся без мастера-за- ширмой?

— Жадность тебя погубит, — рассмеялся мужчина, — такой богатый и такой жадный.

— Потому и богатый, — шутливо улыбнулся министр.

— Потому и погубит, — вздохнули в ответ. Повисла тишина, Вера ощутила нарастающее напряжение, попыталась увидеть говорившего, но сквозь щель удавалось рассмотреть только складки ткани и длинные седые волосы. Мужчина обернулся и сказал ей: — Мы с вами обязательно встретимся на дорогах судьбы, не так, так иначе, вы не пройдете мимо моего храма, госпожа. До встречи.

Она замерла, не зная, как реагировать, а он поклонился ширме, поклонился министру Шену и вышел из комнаты. Министр вышел следом за ним, Вера осталась в тишине. Дверь почти сразу открылась и вошел Док, убрал ширму и плюхнулся к ней на кровать, умытый, в чистом халате, какой-то нелепо-удивленный и радостный, улыбнулся Вере, сполз пониже, скосил на нее глаза и шепнул:

— Будет жить. Рассказал бы кто — я бы не поверил. Я и сейчас не верю.

Она улыбнулась и стала осматриваться — стол убрали, кровь вытерли, комната выглядела невинной и спокойной, даже мусор уже кто-то вынес, нигде ни капли крови, ни грязной тряпки, только пустые баночки и влажные столы, и висящий в воздухе запах дезинфекции, к которому невозможно принюхаться. Док тоже осмотрелся, устроился удобнее и махнул рукой:

— Завтра будем думать, как это получилось, а сегодня я посплю чуть-чуть.

Открылась дверь, заглянул министр, с усталой улыбкой осмотрел Дока, вошел и сделал суровое недовольное лицо:

— Поспишь, конечно. Сразу после того, как расскажешь мне, как так получилось, что у меня под носом годами пасся маг такой огромной силы, а я о нем не знал.

Док открыл один глаз, поморщился и закрыл, зажмурился покрепче и отвернулся к стене:

— Меня до завтра нет.

— Нет, Док, ты есть. И до завтра ты придумаешь сказку, а сейчас скажешь правду. Почему ты мне не сказал?

— Тебе скажи, — пробурчал Док, повздыхал, развернулся и посерьезнел, стало видно, насколько он устал и вымотался, как давно нормально не отдыхал и сколько всего сегодня пережил. Вера сочувственно погладила его по руке, посмотрела на министра, но тот на нее и не глянул.

— Док, этого не случилось бы, если бы ты не скрывал его уровень силы.

— Ага, если бы я не скрывал его уровень силы, ты бы его уже давно к рукам прибрал, как Барта. А я хочу, чтобы у ребенка было детство, понимаешь? Право выбора профессии, друзья, семья, каникулы…

— Возможность умереть от потери крови, — мрачно продолжил министр, Док поморщился:

— Иди ты, обошлось и не вспоминай даже, — хмуро замолчал, глядя в пространство и видя что-то свое, неприятное и неудобное.

Министр подошел и сел на вторую кровать напротив, тоже откинулся на стену, повисла тишина, стало слышно, как ходят по коридорам и разговаривают через стену.

— Это из-за тебя, — неохотно сказал Док, министр приподнял брови, Док кивнул: — Мне предложили сотрудничество, сегодня утром.

— Кто?

— Я не помню, мне потерли память. За кого — неизвестно, но точно против тебя. Я отказал. Мне сказали, что я пожалею. Ты… сделай так, чтобы я не пожалел, ладно?

— Твой дом под охраной.

— На него напали не дома.

Министр нахмурился и повысил голос:

— Потому что он каким-то загадочным магическим образом ушел от группы сопровождения! — Вера сжалась от его тона, он заметил и сказал чуть тише: — Потому что ты указал в его документах третий уровень, и я поставил в его свиту магов четвертого, которых он обвел вокруг пальца и смылся, потому что на самом деле он пятый-плюс. Теперь я буду это учитывать и усилю группу. И зайдешь завтра за новыми амулетами для них обоих.

— Спасибо, — тихо сказал Док, на секунду поднял глаза на министра, министр молча кивнул, Док потер лицо и прошептал: — Я твой вечный должник… Хотя, я и так твой вечный должник. У Барта нет больше лекарств, я все потратил.

— Я найду другие. И твоего пацана учту.

— Святой ты человек, Шен, — вздохнул Док, раззевался и опять стал тереть глаза, посмотрел на часы: — Назначь мне дежурного, я отключусь на пару часиков. Хотя, нет, я должен поговорить с тобой, наедине, — он со значением скосил глаза на Веру, она вопросительно посмотрела на министра, готовая уйти, если он скажет, он качнул головой:

— Пойдем выйдем, — посмотрел на Веру, — сидите здесь, я сам вас заберу.