Изнанка судьбы - Алина Лис

Попалась.

— Куда собралась, подруга? — спросил он сиплым голосом.

— На площадь, — жалобно проблеяла я. — Пустите.

Неспешно подошла остальная троица.

— Успеешь, — хмыкнул бандит и дернул меня за руку, отбрасывая в сторону.

От удара о стену перехватило дыхание. А бродяга навис надо мной. Его ладонь сомкнулась на плече, не давая уйти от расправы.

— А ты ничего, — он осклабился. — Милашка.

— Что вам от меня надо?!

— Джонни хочет сказать, что нехорошо обирать чужие места и уходить, не поделившись, — вступил в игру калека. Он опирался на костыль и, повернув голову набок, рассматривал, как громила запугивает меня. Судя по выражению лица, это зрелище ему нравилось. — Так что делись.

— Слышала, что Костыль сказал?! — изо рта громилы-Джонни пахнуло горелым луком. — Делиться надо, шлюшка.

— Сколько? — обреченно спросила я.

— Что значит «сколько»? — делано удивился калека. — Все давай. Должна же ты отблагодарить нас за науку.

— Слышь, Костыль, — Джонни облизнулся. — Может, того… возьмем девку к себе? Пусть благодарит как надо. Чтобы от души, значится.

Я прикрыла глаза, чувствуя, как подступает дурнота — первый признак приближающегося приступа. Почему я так никчемна, что не могу даже начать нищенствовать, чтобы не попасть в беду?

— Не стоит, — калека все еще рассматривал меня. — Девочка пахнет неприятностями.

— Тогда я здесь. Быстро, — он торопливо запустил лапы под мой плащ. Я завизжала, и в ответ, словно передразнивая меня, заорал громила. Из его плеча торчал короткий дротик.

— Кажется, девушка не хочет, — произнес негромкий, высокий голос.

Я поднырнула под мышкой у все еще воющего от боли бандита и увидела своего неожиданного защитника.

Сюрпризом стало то, что это была женщина. И какая женщина…

Во-первых, она была одета в мужской костюм. Точнее, лиф у этого костюма был вполне женским, со шнуровкой спереди, как у моего платья. Но от талии вместо юбок начинались мужские кюлоты, которые переходили в чулки чуть ниже колен.

Во-вторых, ее волосы. Мало того, что они были неприлично коротко острижены, неровной гривой спускаясь до плеч, они еще и были непостижимого темно-фиолетового оттенка. Но самое поразительное, что волосы присутствовали только на левой половине головы. Справа череп незнакомки украшало шесть продольных симметричных шрамов, словно хищник прошелся когтистой лапой. Редкий бледно-голубой пушок длиной в несколько дюймов не мог скрыть рубцов. Из-за этого и без того асимметричное лицо женщины казалось странно скошенным.

Тело моей спасительницы крест-накрест обвивала перевязь со множеством метательных ножей и дротиков.

А за ее спиной высился человек-гора. Я сразу его так прозвала. Не меньше шести с половиной футов ростом, он нависал над всеми нами. Огромная туша бугрилась мускулами, мышцы распирали слишком тесную ярко-красную рубашку, грозя порвать добротную ткань. Кожаный браслет на бицепсе мог бы послужить мне поясом. Широкое свирепое лицо с расплющенным носом, большой рот, короткие встрепанные волосы, на этот раз совершенно обычные, темно-каштановые.

В присутствии незнакомцев бандиты разом скукожились и утратили боевой вид. Но калека все же сделал попытку провести переговоры:

— Она просила милостыню на нашей территории. Заняла самое хлебное место, да еще накануне Мидста. Без разрешения и отступного.

— Она не знала, — ответила женщина. — Она больше не будет. Сегодня Мидст, сделай доброе дело, прости бедняжку и оставь ей честно заработанные гроши.

В ее руках легкой бабочкой порхал метательный нож. Человек-гора за спиной молча сверлил калеку взглядом.

Калека, а именно он был у бандитов за главного, верно оценил баланс сил и предпочел отступить:

— Хорошо. Только ради Мидста, — буркнул он. — Но что с Джонни? Он теперь не сможет работать.

— Ничтожная плата за урок хороших манер, — женщина доброжелательно улыбнулась. — Не стоит благодарности. До свидания.

Громилы верно поняли намек и убрались удивительно быстро. А я осталась наедине со своими спасителями. Чувство признательности мешалось с опасливым знанием, где именно обычно водится бесплатный сыр. У необычной незнакомки и ее грозного спутника не было ни единой причины вмешиваться в естественный ход вещей. Зачем они сделали это и что потребуют за помощь?

— Это было очень глупо, девочка, — сказала мне женщина. — Ты, наверное, совсем новенькая и не знаешь, как и что здесь устроено. Благодари свою удачу, что встретила Тильду и Зигфрида. Из какого клана тебя изгнали?

Я стояла, в растерянности хлопая глазами. Предприпадочная дрожь никак не желала проходить, я цеплялась за выскальзывающую реальность, не будучи до конца уверенной, что приступ уже не начался. Слова незнакомки казались бессмыслицей.

— Эй, детка! Ты слышишь меня? — женщина подошла поближе.

— Она в шоке, Тиль, — отозвался мужчина рыкающим басом.

Она взяла меня за плечи, встряхнула. Вблизи я разглядела, что у незнакомки разные глаза. Правый был черным, пугающим провалом. Левый — теплый и карий, искрился смехом.

— Ты прав, — и уже обращаясь ко мне, — пойдем с нами, малышка. Не бойся, мы друзья.

* * *

Шли мы недолго. Обогнули порт и выбрались на заброшенный пустырь. В центре его горел костер, стояло несколько палаток и три крытые телеги. Чуть поодаль над охапками сена дремали коротконогие мохнатые лошадки.

Я механически переставляла ноги, следуя за своими спутниками. Если у них были злые намерения, бегство только ухудшит положение. Если же они и правда друзья, как сказала женщина, то вдвойне глупо бежать от предложенной помощи.

У огня, помешивая еду в котелке, сидела девушка с оливковой кожей и тонкими чертами лица, кутаясь в подбитый мехом плащ. При виде нас она взвилась:

— Тиль, что так долго?! А кто это с вами?

— Зови Ринглуса, Фэй. У нас прибавление.

— А-а-а…

Меня ожгло коротким любопытным взглядом, и непоседа-Фэй ускакала. Тильда подвела меня к огню, усадила:

— Вот так. Ты голодная?

— Не знаю, — сосущее чувство голода куда-то делось, словно сейчас, когда еда наконец стала доступной, ему надоело меня терзать. — Наверное, да. — Я еще помолчала и призналась: — Я не ела два дня.

— Понимаю. Такое бывает поначалу. Жить не хочется. Но здесь не так мерзко, как может показаться, поверь. И не все люди ужасны; встречаются такие, с которыми вполне можно иметь дело.

— Отстань от нее, Тиль, — сказал мужчина. — Дай прийти в себя.

Женщина фыркнула:

— Не учи меня кидать нож, Зигфрид, — и снова повернулась в мою сторону. — Как твое имя, девочка?