Под властью драконов. Кн. 1. Золото дураков - Джон Холлинс

Казалось, солнце не слишком хотело вставать над запустением, когда-то звавшимся «город Африл». А когда встало, угрюмо поглядело на руины, полускрытые медленно расползающейся пеленой дыма.

— Расчетливое ублюдочное светило, — подумал Билл.

Он нашел здание, уцелевшее как минимум на две трети, поднялся по лестнице на третий этаж. Крыша обвалилась на улицу, унеся с собой изрядный кусок стены, так что глаз радовался виду города и полей за ним.

И — собирающейся толпы.

Солнце еще не успело встать, а люди уже явились посмотреть, что поделывает пророк.

Когда они успели его найти? Загадка. Наверное, следует сказать им что-то. Какие-нибудь мудрые слова.

«Привет всем, — пронеслось у него в голове. — Добро пожаловать в то, что недавно было оживленным деловым городом. Не обращайте внимания на трупы. Это просто потому, что все сходят с ума, когда слышат мое имя. И не беспокойтесь о команде драконов, которые вскоре свалятся сюда, как тонна кирпичей. Из того, что я видел до сих пор, можно заключить: смерть от них хотя и насильственная, но очень быстрая. Почти никаких метаний в предсмертных муках. Конечно, можно обгадиться со страху, но все вокруг умрут в ближайшие несколько минут, а потому особо смущаться и стыдиться смысла нет. Вопросы есть?»

Ох, такое, скорее всего, не поймут. А что еще сказать им? Ничего толкового не лезет в голову. Представить трудно, что совсем недавно наибольшей проблемой в его жизни была попытка решиться на убийство отцовой свиньи.

Интересно, как там Бесси? Хоть бы она удрала от стражников. Наверное, удрала. Хитрая и зловредная старая бестия. И точно умнее Билла. Летти, Балур, Чуда и даже Фиркин — им всем повезло бы больше, командуй ими Бесси. Может, стоит ее выследить — и она приведет всех к спасению?

Но ведь она, будучи умной, попросту пошлет искателей спасения к Суевой бабушке.

Он хихикнул под нос.

— А-а, — сказали за спиной, — ты здесь.

Он вздрогнул и обернулся. У входа на лестницу стояла неслышно подошедшая Чуда.

— Прости, — пробормотал Билл.

Та покачала головой. Чуда где-то раздобыла чистое платье — серебристо-белое льняное — и выглядела почти как жрица.

— Я искала место потише, вдали от суеты, — промямлила она.

— Я тоже, — сообщил Билл, устало улыбнувшись. — Но знаешь, и такие места не очень помогают.

— Смеешься? — осведомилась Чуда.

Она выглядела подозрительно. Совсем не так, как две недели назад, когда явилась в пещеру посреди дождливой ночи. Похоже, последние события потрепали ее профессиональный лоск и надломили выдержку. И в трещинах проглядывало что-то дикое и свирепое.

— Ну ты же знаешь, кто обычно сидит один и смеется себе под нос, — заметил Билл.

— Да, хорошо замечено, — согласилась Чуда.

— Впрочем, я рад обществу, — сказал он.

Отчего бы не пригласить ее остаться? Очень разумный шаг, учитывая, как давит на нервы одиночество.

— Не знаю, рада ли я, — задумчиво произнесла она.

— Если не рада, так я уберусь. Мне все равно здесь не думается.

— О чем? — спросила она и, кажется, тут же пожалела о сказанном.

Но Билл промахов не упускал.

— О том, что делать дальше.

Сначала Билл подумал: она улыбается. Но нет, скорее, она оскалила зубы.

— Пытаешься сообразить новый план?

— Пытаюсь сообразить, стоит ли соображать новый план.

С плеч Чуды словно свалилась тяжесть. Она слегка понурилась, подошла к нему, присела на скрипучие половицы. Он подумал, что здесь когда-то была чердачная кладовая, — вокруг валялось уже никому не нужное истрепанное старье. Хозяевам обычно жаль выбрасывать подобный мусор, напитанный прошлым: кое-как намалеванные маслом портреты людей с криво торчащими зубами и глазами разных оттенков, святые писания, которые покупали все, но никто не читал, сундуки с одеждой, превратившиеся в гнезда моли.

— Они ведь по-настоящему вывихнули тебе рассудок, — сказала Чуда.

— Кто?

— Летти. И Балур. И Фиркин. Все они.

Билл задумался. И как же, скажите, реагировать на такое? Балур с Фиркином не слишком годились на роль завзятых интриганов-махинаторов. А Чуда считает, будто Билл — их марионетка. Хм. Правда, Летти — другое дело.

— А ты сама как? — виновато спросил он. — Тебе совсем не интересно, что я собираюсь делать?

Неожиданно она посмотрела на него, словно загнанное животное — беззащитное, одинокое.

— Да пошел ты! — сказала она и встала.

Билл не понял, что именно произошло. Он удивленно уставился на нее.

— Ты чего? Во имя всего святого, что я сделал не так?

— Чего я? И в самом деле, чего это я?

В ее глазах плескались злость и страх. Летящий над городом ветер раздувал ее платье. Губы застыли — наполовину в улыбке, наполовину в гримасе отчаяния.