Полночный поцелуй - Лара Эдриан

Три часа спустя, когда ночь вступила в свои права, Лукан с воинами — все при полном вооружении — сидели в черном минивэне, припаркованном в полумиле от заброшенного приюта.

Фотографии Габриэллы оказались крайне полезными при планировании рейда. Благодаря им воины получили представление о внешнем виде здания, внутренних помещениях, включая бойлерную, узнали о подвале, различных коридорах и лестнице, нескольких возможных входах. Габриэлла умудрилась даже заснять несколько видеокамер наблюдения, которые, как только воины проникнут в приют, нужно будет сразу же вывести из строя.

— Самое простое — попасть внутрь, — сказал Гидеон, когда они перед самым выходом еще раз обсуждали основные моменты операции. — Я отключу камеры в подвале, но заблокировать сигнал еще двух дюжин наверху, не растревожив кровососов, довольно сложно.

— А как люди-то растревожатся. Это тоже нельзя сбрасывать со счетов, — сказал Данте. — Ну что Нико так долго возится с этим газопроводом?

— Вон он, уже идет, — указал Лукан, заметив силуэт вампира, двигавшегося от деревьев к машине.

Николай открыл дверцу и опустился на сиденье рядом с Тиганом. Он стянул черную маску, его голубые глаза возбужденно блестели.

— Плевое дело. Газораспределительная станция находится с западной стороны приюта. Может, кровососы газом и не обогреваются, но оттуда идет довольно разветвленная сеть.

Лукан поймал нетерпеливый взгляд Нико.

— Итак, мы попадаем внутрь, раскладываем подарочки и удаляемся…

Нико кивнул:

— Даете мне сигнал, и я запускаю искру в основную линию. К моменту, когда мы вернемся к машине, детонируют си-четыре[13]. И все выглядит так, будто взрыв произошел из-за утечки газа. А если в дело захотят вмешаться службы безопасности, то, думаю, граффити на стенах некоторое время будут водить их по ложному следу.

А воины тем временем смогут вплотную заняться своими врагами, главным образом тем П1, который, как подозревал Лукан, возглавил новый мятеж Отверженных. Взрыв штаб-квартиры должен будет заставить этого ублюдка выйти из тени.

Лукану не терпелось приступить к делу, а вернее, поскорее завершить его, он рвался в бункер, там ему нужно было решить другую проблему, касавшуюся его лично. Он оставил Габриэллу огорченной и растерянной.

И теперь Лукану следовало сказать ей то, о чем он не готов был не только говорить, но даже думать, особенно сейчас, когда сила собственных чувств ошеломила его.

Он выстраивал самые разнообразные планы — дерзкие, глупые, безнадежные.

А в машине воины проверяли оружие, застегивали молнии на сумках с С-4, настраивали наушники и микрофоны, чтобы оставаться на связи во время минирования приюта.

— Сегодня будет салют в честь Кона и Рио, — сказал Данте, пальцами в черных перчатках ловко щелкнув по угрожающе загнутому лезвию своего клинка и пряча его в ножны на поясе. — Пришло время мести.

— Верно, — подхватил Нико.

Воины приготовились к выходу, когда Лукан поднял руку.

— Стойте! — Его мрачный оклик пригвоздил всех к месту. — Вы должны кое-что знать. У нас впереди рискованное предприятие, и сейчас самое время сказать вам начистоту пару вещей… и каждый из вас должен дать мне обещание.

Лукан обвел взглядом воинов, с которыми сражался бок о бок и которые были ему как братья; казалось, так будет вечно. Они всегда считали его своим лидером, доверяли ему принятие самых сложных решений, зная его феноменальную способность избегать ошибок и просчетов.

Сейчас Лукан колебался, не зная, с чего начать. Он потер подбородок и резко выдохнул.

Гидеон, нахмурившись, с тревогой смотрел на него.

— Все хорошо, Лукан? Ты здорово пострадал в засаде. Если хочешь остаться…

— Нет. Дело не в этом, я в отличной форме. Мои раны залечены… благодаря Габриэлле, — сказал он. — Сегодня она и я…

— О черт, — улыбнувшись, произнес Гидеон, когда Лукан замолчал.

— Ты пил ее кровь? — спросил Нико.

— Она Подруга по Крови, — проворчал устроившийся на заднем сиденье Тиган.

— Да, она Подруга по Крови, — спокойно подтвердил Лукан. — И я намерен попросить ее стать моей навсегда.

Данте вытаращил глаза, а затем его губы медленно растянулись в улыбке.

— Мои поздравления, старина. Я серьезно. Гидеон и Нико отреагировали примерно так же и одобрительно похлопали Лукана по плечу.

— Это не все, — продолжал Лукан.

Четыре пары глаз уставились на него, Тиган ждал с мрачной сосредоточенностью.

— То, что прошлой ночью сказала обо мне Ева… — Все, кроме Тигана, возмущенно загалдели, но, перекрывая их голоса, Лукан заговорил дальше: — Да, я согласен, ее предательство не имеет оправдания. Но то, что она сказала обо мне… это правда.

Данте прищурился:

— Ты о чем?

— О Кровожадности, — ответил Лукан. Слово повисло в мертвой тишине машины. — Есть у меня такая проблема. Возникла она давно. Я борюсь с ней по мере сил, но бывают времена, когда… — Лукан опустил голову, глядя в пол. — Не знаю, смогу ли я с ней справиться. Возможно, если Габриэлла будет рядом, у меня появится шанс. Я стану сопротивляться до последнего, но если я все же перейду грань…