Нигде - Денис Елеонский

— О чем же ты задумалась?

— Ты так спрашиваешь, будто я никогда ни о чем не думаю, — обиделась Агата. — И вообще, это сексизм, считать, что женщины ни о чем никогда не думают.

Амаль взглянул на часы и, хмыкнув, покачал головой, словно подразумевая то, что он и имел в виду именно это. Ну, возможно, лишь с тем исключением, что порою девушки все-таки думают о косметике, шопинге и прочих таких же глупостях.

— Я думала о нашей жизни, — зло сказала Агата. — И об этих, праведниках. Как-то все слишком грустно вокруг. Ты знаешь, порою мне хочется подойти к ним, когда они о чем-то болтают на углу, и сказать, что я тоже верю в то, что мы умерли и отбываем наказание в аду. Но только страшно. Пока страшно. И тут еще эти убийства… Но, может быть, когда-нибудь, я на это решусь…

Амаль внимательно посмотрел на нее, будто хотел сказать что-то важное, но лишь махнул рукой:

— Уже некогда. Идем.

Агата поднялась с газона, подхватила свой рюкзак:

— Скажи мне, как ты ко всему этому относишься… Кто убивает людей?

Амаль на секунду задумался:

— Чушь это все. Бред. Ничего такого нет. Что ты обращаешь внимание на всяких сумасшедших…

— Но ведь люди пропадают. Я же тебе говорила. Вот у нас работала Катя, и она…

— Так! — Амаль резко остановился. — В чем твоя задача?

Агата остановилась и оглянулась по сторонам. На улице не было ни человека. Только мрачно смотрели на них пустыми глазницами серые дома. В одной из зеркальных витрин Агата увидела отражение: пустая улица с изредка припаркованными автомобилями, серая, длинная, пустая, и посередине стоят мальчик и девочка. Он высокий, очень худой, с длинными руками, в красном свитере и голубых джинсах. На глаза спадает длинный, иссиня-черный чуб. Она невысокая блондинка в цветастом платьице и высоких армейских ботинках. С пышной шевелюрой и маленьким рюкзачком за спиной. Идеальная пара. Юноша в отражении взмахнул руками:

— Ну слушаю тебя!

— Когда ты махнешь рукой, я должна подойти к инкассаторскому броневику и вынуть у него карточку зажигания, — Агата внимательно посмотрела в глаза Амаля. — Затем быстро идти вперед, потом влево, ориентируясь на дерево. Ну, то есть, к дереву идти.

— Именно так, — Амаль кивнул. — Но помни, что у тебя очень мало времени. Четыре, ну, может, пять секунд. Нельзя терять ни одной. Сегодня очень важный день, и старайся не подвести нас.

— Я разве когда-то кого-то подводила? — Обиделась Агата.

Амаль вздохнул и приобнял ее:

— Что-то я сегодня нервничаю. Вроде бы все хорошо, но, — он приложил руку к своей груди, — что-то вот тут жмет. Даже сам не знаю, почему. Если сегодня проскочим, то денег хватит надолго. Там должна быть хорошая сумма. Можно будет несколько месяцев отдохнуть. Да и все равно в ближайшее время ничего интересного не будет. Но что-то мне сегодня немного не по себе… Ну ладно, идем, времени все меньше.

Не успела Агата произнести что-то типа «мыслить надо положительно», как они завернули за угол, и она увидела банковский броневичок. Тот стоял почти у самых дверей банка. Его бока весело отливали голубой краской. На задних дверцах было по белому кругу, и вообще он казался прямо лучом солнца на серой грустной дороге. И тут же Агата увидела одного из охранников. Он расположился у входа в банк, мрачно оглядываясь. На животе у него висел черный блестящий автомат. Охранник оглядывался, а его пальцы гладили то ствол, то приклад, то магазин, словно он ласкал какое-то странное, но очень любимое животное. Агата замерла:

— Может, и в правду, сегодня не стоит?

Амаль печально покачал головой:

— Нет, сегодня как раз стоит. Надо рискнуть. Рискнем сегодня, а следующий раз будет еще не скоро. Такой, во всяком случае, следующий раз.

— Ты уже второй раз это говоришь, — поморщилась Агата. — Мне это не очень нравится. Ты так в это уперся, что логика и чувства тебе, похоже, отказывают.

Амаль покачал головой, и, немного помолчав, пояснил:

— Сегодня очень много денег. Такой шанс упускать нельзя.

— Угу… — Кивнула Агата. И ощутила, как у нее задрожали колени.

Они перешли на противоположную сторону улицы. Чуть за броневичком, у следующего дома после банка, стоял Тук. Увидев друзей, он расплылся в широкой улыбке. Амаль вопросительно кивнул ему, и тот кивнул головой в ответ, подтверждая, что все нормально.

— Идешь к дереву, — он крепко стиснул локоть Агаты, — четко к дереву. Потом дальше по улице, и встречаемся уже у меня. Не оглядывайся, чтобы ни происходило.

— Ага, — согласилась Агата и почувствовала, как у нее по спине пробежали мурашки.

— Выдергиваешь карточку и тут же уходишь…

— Я все помню, не надо повторять.

— Помнишь, куда надо стать?

— Да, вон там, около урны, — Агата показала рукой на высокое здание напротив банка, где сиротела одинокая урна.

— Иди.

Агата притянула к себе голову Амаля и поцеловала его в губы:

— Надеюсь, что с нами ничего не случится…

— С нами ничего не случится, — эхом ответил тот, и тут же, встряхнув головой, повторил уже уверенно: — С нами точно ничего не случится. Все будет хорошо.

Агата с сожалением отпустила Амаля и начала считать шаги: «Раз, два, три…» Она увидела, как навстречу ей в витрине идет отражение: девушка с испуганными глазами и немного механической походкой. Агата тряхнула волосами и улыбнулась своему отражению. Кажется, после этого оно начало чувствовать себя немного смелее. Урна оказалась на двадцать восьмом шаге. Тук улыбнулся Агате и подмигнул. Та кивнула в ответ и поискала глазами Мигеля. Интересно, где он. По улице, на стороне банка шла какая-то веселая парочка со связкой воздушных шаров. Молодой человек что-то рассказывал девушке, пытаясь представлять это в лицах, и постоянно забегал чуть вперед, чтобы она лучше видела его мимику.

Стеклянная дверь банка, блеснув, открылась, и появились два охранника с внушительными зелеными мешками. Автоматчик мрачно глянул на них, еще раз оглянулся по сторонам и отправился к броневику. Броневичок пискнул, и его задние дверцы открылись. За темным ветровым стеклом Агата разглядела белое лицо водителя.

Парочка с шариками захохотала.

— Клянусь, клянусь, все так и было! — крикнул парень.

Амаль поймал взгляд Агаты, спокойно, очень слабо, кивнул головой. И слегка махнул рукой. Агата, стараясь не смотреть на белое лицо водителя, отправилась к броневику. Первый шаг был самый сложный: «Раз…»

Охранники как раз подошли к дверцам. Кинули с глухим грохотом внутрь мешки. Один кинул другому и, наклонившись, что-то сказал. Автоматчик снова оглянулся по сторонам, но Агату, кажется, не заметил. Шумная пара привлекала его внимание гораздо больше.