Слимперия - Михаил Бабкин

— Молодец, — Семён встал. — Спрячь документ, пока Кардинал не передумал… э, да у тебя ж всё мокрое, куда прятать-то! Вывесь своё барахло на балконе, там ветерок его быстро высушит. — Хайк послушно снял с себя мокрые штаны, оставшись в одних плавках, и, прихватив куртку, отправился на балкон.

— А теперь, Олия… — Семён повернулся было к девушке, но испуганный вопль Хайка оборвал его слова:

— Симеон! Олия! Сюда, скорей! — Семён опрометью кинулся на крик, вдруг представив себе, что новоиспечённый регент ненароком ухитрился вывалиться за балконное ограждение и висит над бездной дрыгая ногами, вот-вот сорвётся…

Однако Хайк и не думал никуда вываливаться: бросив мокрую одежду на пол, упёршись руками в высокие перила, он стоял и смотрел вдаль. Семён выбежал на балкон и замер, поражённый увиденным; Олия остановилась рядом с Семёном, взяла его за руку — ей от того увиденного стало жутковато.

Балкон находился на самой вершине гигантского дворца-пирамиды — просторный, мраморный, обдуваемый тёплым ночным ветром — и с него открывался изумительный вид на деловую часть Мира Перекрёстка. Вернее, на весь Мир Перекрёстка. Точнее, на видимую часть Слимперии.

Внизу, где-то под пирамидой, далеко-далеко, шло празднество — там запускали фейерверк, блуждающие россыпи еле видимых разноцветных искр: народ праздновал День Перекрёстка и не было народу сейчас никакого дела до того, что происходило с их Миром. Пока что не было.

А впереди, перед балконом, простиралась ночь, а за ней, на самой грани видимости, светился день. День иного Мира, неизвестно какого: иномирное солнце висело над Слимперией, освещая свой кусочек Всемирного Диска; а чуть дальше тоже виднелось солнце, совсем маленькое, тусклое, вечернее, а за ним ещё одно, крохотное, и ещё… Солнца уходили вдаль как фонари над бесконечным шоссе.

Семён повернул голову — в другой стороне тоже были солнца, большие и малые, жёлтые, красные, голубые… и в другой стороне — тоже. Солнца нового Мира, единого и неделимого, солнца великой Слимперии.

— Красотища! — с восхищением сказал Мар. — Невероятная красотища. И ты от всего этого отказался… Эх, Семён, Семён. — Медальон умолк, погружённый в горестные думы.

— Эгей, на балконе! — крикнул снизу кто-то очень знакомым голосом: слышимость в чистом воздухе была изумительная. — А вот и я, как обещал, — Семён навалился животом на ограждение, посмотрел вниз: лениво взмахивая крыльями, к ним поднимался из темноты фиолетовый дракон устрашающих размеров, дракон, переливающийся отблесками тысяч далёких солнц; на спине летающей крепости в лёгкой открытой беседке сидел человек в фиолетовом смокинге, фиолетовых брюках-дудочках и фиолетовых же штиблетах, сидел и вовсю размахивал над головой фиолетовым цилиндром.

— Это же Настройщик, — ахнула Олия, — откуда? — дракон поравнялся с балконом и завис, распластав кожистые крылья и слегка покачиваясь на месте.

— Ты откуда? — ошарашенно спросил Семён. — Неужели всё-таки смог выбраться из своего Комплексного Мира?

— Смог, — фиолетовый Настройщик торжественно водрузил цилиндр на голову. — Буквально только что, через оставленные твоим болтливым медальоном путевые метки. Свобода, братцы, свобода! И мой Комплексный Мир ожил… Имею я право устроить себе отпуск, верно? Шампанского, опять же, с друзьями выпить, — он огляделся. — Тем более, что повод, кажется, есть. И кто ж это всё устроил?

— Он, — Хайк и Олия одновременно указали на Семёна.

— Прошу на борт, коллега! — Настройщик махнул рукой. — Всех прошу! Летим смотреть новый бескрайний Мир и пить шампанское, — фиолетовый бог повёл рукой и от беседки к балкону протянулся широкий золотой трап.

— Я не могу, — расстроенно покачал головой Хайк, — у меня работа и юный принц на воспитании… И Слимперией управлять кому-то надо, в конце концов.

— А мы летим, да, Олия? — Семён повернулся к девушке.

— Конечно! — она легко вспрыгнула на перила балкона: Семён подсадил, помог; пробежав по трапу, Олия оказалась в беседке, где её подхватил Настройщик.

— Бывай, Хайк, — Семён пожал руку черепаховому бойцу. — Смотри, управляй Слимперией по уму и по совести! Вернусь — проверю, — хлопнув на прощанье Хайка по плечу, он забрался на трап и зашагал по золотой дорожке.

— Можешь не сомневаться! — крикнул Хайк, третий сын Варри-Непобедимого, главы клана Болотной Черепахи, а ныне властелин Слимперии, — штаны только сначала высушу и сразу же приступлю, по уму да по совести. До встречи! — Хайк помахал вослед улетающему дракону мокрой курткой.

…Фиолетовый дракон, мягко взмахивая крылами, летел к солнечному, дневному Миру; Настройщик откупорил первую бутылку шампанского, пробка с хлопком унеслась в звёздное небо: Семён и Олия подставили бокалы под пенную струю.

— Нафиг того Слимпа, — с подъёмом воскликнул медальон, — он всё одно в кусты свалил, причём навсегда. Да здравствует Настройщик! Настройщику — ура!.. Уж лучше такой бог в корешах, чем никакой, да, Семён? — тихо добавил он.

Но Семён ничего ему не ответил: он смотрел на Олию, а Олия смотрела на Семёна…

А потом они выпили шампанского, обнялись и поцеловались, крепко-крепко.

И последнее слово осталось за Маром.

Впрочем, не в первый раз.

И, скорей всего, не в последний.