Сожжение Просперо - Дэн Абнетт

А может, они не хотели надолго оставлять его одного, чтобы не возникло проблем.

Кустодий добрался до них первым. Вблизи стало видно, насколько живописна поверхность его золоченых доспехов. Вокруг замков ворота, на плечах и груди извивались змеи. Наручи и перчатки были украшены солнцами, лунами и звездами во всех фазах. Кроме них, были деревья, языки пламени, алмазы, кинжалы, символы таро и открытые ладони. С поверхности брони смотрели глаза и циркумпункты. Историк-символист Хавсер видел целую жизнь в каждой пластине доспеха, видел геральдическую и культурную значимость каждого символа и гравировки, каждой надписи и рисунка. Этот человек был ходячим артефактом. Его силовые доспехи можно было считать неполным, но занимательным пособием по эзотерическим увлечениям человечества.

Поверх брони кустодий носил длинный алый плащ и килт такого же цвета, прикрытый боевым фартуком из клепаной кожи. Закрытый конический шлем с густым плюмажем делал его еще выше. Он посмотрел на Короля Волков сквозь неярко светящиеся зеленые линзы и почтительно склонил голову.

— Мой лорд, что-нибудь случилось? — спросил он суховатым из-за вокс-транслятора тоном.

— Я только говорил, что мы должны следить за своим поведением, Константин.

— Верно, мой лорд. Но что привело вас сюда? Я думал, вы отдыхаете в тихой комнате. Мы сейчас немного заняты.

— Понятно. Константин, это скальд роты Тра. Я полагаю, он может здесь немного осмотреться. Скальд, познакомься, это Константин Вальдор, претор Кустодес. Изобрази восхищение. Это важная птица. Его обязанность — охранять моего отца.

— Мой лорд, не могли бы мы поговорить наедине? — спросил Вальдор.

— Константин, я же представляю вас друг другу, — резко ответил Русс.

— Я настаиваю.

Голос Вальдора из вокс-динамиков прозвучал почти угрожающе. К нему подошел еще один кустодий и двое Астартес в полном боевом облачении — один в темно-красных доспехах, а второй в пепельно-сером доспехе терминатора с зеленой отделкой. Из шлема терминатора, словно бивень, торчал длинный рог. Многие офицеры, работавшие поблизости, стали поглядывать в их сторону. На стрекозиных крыльях прилетели два херувима-сервитора ростом с младенцев. Их лица заменяли серебряные маски, а крылышки жужжали и едва заметно двигались, словно лопасти мотора.

— Знаешь что? — заговорил Король Волков. — Последнему, кто осмелился настаивать, я открутил руки и засунул ему в задницу.

Херувимы пискнули и упорхнули за спину Вальдора.

— Мой лорд, — спокойно произнес Вальдор, — ваша любимая игра в короля варваров весьма забавна, но сейчас мы очень заняты…

— Эх, Константин! — со смехом воскликнул Русс. — Я так и знал, что ты это скажешь!

Он открытой ладонью шутливо хлопнул Вальдора по плечу, но Хавсер был уверен, что от удара на золоченых доспехах осталась вмятина.

— Лорд Русс, я вынужден поддержать Вальдора, — заговорил Астартес в красной броне. — Здесь не место для… — Его голос умолк, сменившись щелчком выключенного вокса, но кивок указывал на Хавсера.

— Того, кто размахивает секирой, — закончил Астартес.

Хавсер вдруг вспомнил, что все еще держит оружие в руке. Он быстро сунул секиру в петлю на поясе.

— Смотри-ка, скальд, — сказал Король Волков, взмахом руки указав на собравшуюся четверку, — как они на тебя ополчились. Видишь этого в красном? Это Ралдорон, магистр ордена из легиона Кровавых Ангелов моего брата Сангвиния. А этот громила в сером — Тифон, первый капитан из Гвардии Смерти. Хорошенько запомни их имена, чтобы во всех деталях и подробностях рассказать об этом дне у очага Тра.

— Достаточно, мой лорд, — сказал Тифон. — В целях безопасности…

— Ого! Ты превышаешь свои полномочия, первый капитан! — воскликнул Русс, сделав шаг вперед и обвиняющим жестом ткнув пальцем в грудь Астартес в серых доспехах. — Ты не должен… Ты не смеешь говорить «достаточно» примарху.

— Тогда, возможно, я смею, — раздался еще один голос.

Все повернулись. Новоприбывший обладал ростом Лемана Русса и харизмой звезды первой величины. И если Русс со своей золотисто-кровавой гривой служил воплощением первобытной энергии, этот гигант являл собой свет и эстетическое совершенство. Рядом с этой парой померкли даже величественные Кустодес.

— Да, — ворчливо буркнул Русс. — Полагаю, ты смеешь.

Он оглянулся на Хавсера:

— Ты знаешь, кто это?

— Нет, сэр, — промямлил Хавсер.

— Ладно, сэр, этот сэр — мой брат Фулгрим.

Примарх Детей Императора был облачен в красные с золотом доспехи великолепной работы. Белые волосы обрамляли столь прекрасное лицо, что на него было больно смотреть. Он коротко и вежливо улыбнулся Хавсеру.

— Тебя раздражает пребывание в тихой комнате, брат? — спросил Фулгрим.

— Да, — глядя в сторону, ответил Русс.

— Но ты понимаешь, что должен провести там еще какое-то время? Твое появление может послужить причиной взрыва, особенно если ему станет известно, что именно ты добиваешься его осуждения.

— Понимаю, понимаю, — нетерпеливо бросил Русс.

Фулгрим снова улыбнулся:

— Постарайся сдерживать свои чувства. Если о твоем присутствии не узнают, имеющиеся у нас доказательства будут более вескими. Твой Судьбостроитель уже готовится поведать свое сказание.

— Ладно. Как только с секретностью будет покончено, я перестану прятаться за спинами сестер, — проворчал Русс. — И все-таки, — огорченно добавил он, — как бы мне хотелось увидеть его лицо во время выступления Вюрдмастера. Или, по крайней мере, в будущем услышать описание этого события из уст моего скальда.

Король Волков схватил Хавсера за плечо и вытолкнул вперед, слегка встряхнув для пущей выразительности.

— Брат, мы стараемся относиться к тебе со всевозможным терпением, — заметил Фулгрим.

— Мой лорд, прошу вас, — вмешался Вальдор. — Сейчас неуместно…

— Ты так и не дал мне представить его как следует, — заявил Русс, прервав кустодия. — Не слишком-то вежливо с твоей стороны. Это скальд Тра, известный как Ахмад Ибн Русте, а также Каспер Ансбах Хавсер.

На несколько мгновений все замолчали.

— Злобный пес, — бросил ему Фулгрим.

Вальдор поднял руки к своему остроконечному шлему, отключил зашипевшие сжатым воздухом зажимы, снял головной убор и передал его второму кустодию.

— Вы решили немного поиграть с нами, мой лорд? — спросил он, стараясь говорить в шутливом тоне.

На выбритой голове Вальдора белела подросшая щетина, орлиный профиль придавал лицу глубокомысленное выражение. Похоже, улыбаться ему доводилось не слишком часто.

— Да, Константин, — промурлыкал Русс. — Мне стало скучно в тихой комнате, надо было как-то развлечься.