Потомки джиннов - Элвин Гамильтон

Так называемый Скрытый дом оказался вовсе не таким уж скрытым, а просто огромными банями в центре Измана на перекрёстке двух кривых улочек, вдоль которых тянулись разноцветные навесы над витринами лавок. На мой взгляд, эти улицы ничем не отличались от других в гигантском лабиринте, по которому мы шагали, и если бы Ахмед не показывал, куда поворачивать, я заблудилась бы здесь скорее, чем среди бескрайних песков.

Уже подходя, я ощутила ароматы цветов и пряных трав, а завитки пара, струившиеся из решётчатых окон и заползавшие в волосы, невольно вызывали неприятные воспоминания о гареме. Ахмед тронул за плечо, указывая наверх, и только тут до меня дошёл смысл названия. Все дома здесь были в три этажа, а этот надстроили ещё двумя, которые целиком скрывались от любопытных глаз под зарослями цветущих лиан, свисавших с крыши.

Этот дом Шазад и выбрала для тайных переговоров с эмиром Ильяза, но договорилась сначала встретиться без оружия и охраны в другом месте, а потом привести сюда. В нашем положении предосторожности были необходимы, как и доверие с обеих сторон.

Жинь отправился первым, чтобы выявить возможные засады и ловушки, и только потом к нему присоединились мы с Ахмедом. Прохожие могли принять нас за обычную супружескую пару, а вовсе не принца и охранницу с револьверами под халатом. Во всяком случае, до Скрытого дома мы дошли без приключений.

Толкнув дверь, Ахмед вошёл, и тут же над стойкой у входа показалось лицо незнакомой девушки.

— Кого я вижу! Наш мятежный принц! — Она захлопнула книгу, которую читала, и бросила взгляд на меня. — Можешь убрать оружие, здесь безопасно… — Я сняла палец со спускового крючка, но револьвер убирать не стала. — Твой брат уже на крыше, — кивнула она Ахмеду.

— Что это за место? — спросила я, когда мы подошли к лестнице, ведущей наверх.

— Безопасное убежище, — объяснил он, пропуская меня вперёд — не знаю уж, из вежливости или потому что так положено телохранителям. — Только не наше, им владеет Сара. — Он кивнул через плечо на стойку. — Она вышла замуж в шестнадцать, а в семнадцать уже овдовела… Никто не знает, от чего умер муж, отравление доказать не смогли, и Сара осталась одна с переломанными костями и крупным состоянием. — Слушая, я невольно вспомнила Айет с её тайной. Попади она сюда, а не во дворец, мы могли бы и не стать врагами. Была бы одной из нас… если бы не поймала пулю, конечно. — На эти деньги Сара устроила убежище для женщин, по той или иной причине покинувших своих мужей. Здесь их никто не найдёт и не обидит. Отсюда к нам пришла Саида, а потом и Хала…

— Она что, замужем? — Я чуть не споткнулась на ступеньке, и принцу пришлось поддержать меня.

— А кто отрезал ей пальцы, как думаешь?

— Хм… Тогда почему здесь всё такое яркое и пёстрое… как в публичном доме перед Шихабом?

Ахмед неожиданно расхохотался. Приятный смех, которого я так давно не слышала.

— Если людям сразу ясно, что это публичный дом, они никогда и не станут копать глубже — так рассудила Сара. В самом деле, что можно подумать о месте, полном женщин, куда часто заходят мужчины и где иногда появляются дети? — Теперь я вспомнила имя. Шазад упоминала Сару, когда дразнила Бахи в тот день на горе накануне его смерти. — Она любит говорить, что всего лишь добавила подушек… Мы отправили сюда маленького Фади, ему тут будет хорошо и спокойно.

Поднявшись по ступенькам на четыре пролёта, мы оказались на крыше. Жинь укрывался в густой тени лиан и вздохнул с облегчением, увидев нас.

— Ну как, нормально дошли?

— Всё в порядке, — заверила я. — Здесь тоже?

Он кивнул, и мы погрузились в тягостное молчание. Время тянулось медленно, и от волнения я уже места себе не находила, когда наконец по лестнице поднялась Шазад, которая вела за руку эмира с завязанными глазами. Он пришёл один, без охраны и оружия, и сразу согласился на все наши условия, а это всегда подозрительно. Окинув острым взглядом крышу, Шазад стащила с его головы капюшон и скинула повязку с глаз.

— Не волнуйтесь, — лениво протянул Билал, — у меня ничего не припрятано в рукавах. Спросите вашу демджи, если не верите.

«Он знал!»

Все обернулись ко мне.

— Это правда, — кивнула я, хотя опасения Шазад разделяла. Что-то с ним не так, если настолько не беспокоится за свою жизнь.

— Вот и славно! — Эмир с беспечным видом сунул руки в карманы. На нём была длинная мешковатая курта кричащих, пурпурных с золотом тонов — как раз в духе Скрытого дома. — Так ты и есть тот самый мятежный принц? — Он смерил взглядом Ахмеда. — Думал, ты выше ростом.

— Не следует верить всему, что говорят.

— Говорят, что ты способен скинуть с трона своего отца… с помощью моих солдат.

— Вот этому верить стоит.

— Отлично, — кивнул эмир, — а то уж очень меня утомили эти чужеземцы. Думаю, ты правильно распорядишься моим войском. Мне самому никогда не нравилось командовать. Рахим — другое дело, он был моему отцу почти вторым сыном… Только я попрошу у тебя кое-что взамен.

Принц заранее подготовился к просьбе.

— Когда я стану султаном, — заверил он, — то сделаю Ильяз самостоятельным княжеством. Ты будешь править там единолично — если принесёшь клятву верности трону Мираджа.

— Нет-нет, я имел в виду совсем другое, — покачал головой Билал. — Ильяз был только предлогом, чтобы твоя прелестная переговорщица устроила встречу лично с тобой. Если бы я сразу сказал, чего хочу, она, чего доброго, отказала бы сразу от твоего имени. Женщины бывают так непредсказуемы…

— Чего же ты хочешь? — осторожно поинтересовался Ахмед. Несмотря на наше отчаянное положение, обещать заранее не стал, отметила я.

— Ты получишь власть над всем Мираджем, каждым его уголком, — серьёзно произнёс эмир, — но в обмен на мою помощь отдашь мне в жёны одну из своих демджи!

Молчание, последовавшее за этим заявлением, можно было черпать ложками. Мы смотрели, буквально разинув рты. Однако Ахмед явно раздумывал.