Пленница. В оковах магии - Марьяна Сурикова

– Я вижу, вас что-то тревожит, госпожа ассистент. Не волнуйтесь. В нашу последнюю встречу я прекрасно расслышал все пожелания и намерен им следовать, поскольку дал обещание. Не стоит так нервничать.

– Это все от неожиданности, – нашлась Бэла, – я не волнуюсь.

– Прекрасно. Единственный вопрос, который хотел выяснить со своей стороны, – это вопрос о возможности встречи с Лией. Но полагаю, личные темы лучше обсуждать по окончании рабочего дня. В данном случае готов ждать вашего решения, поскольку вам виднее, пожелает ли девочка общаться со мной.

Пишущая палочка, которую Бэла сжимала в пальцах, издала отчетливый треск. Поспешно положив ее на стол, целительница сцепила руки на коленях. Главное, успокоиться и не впадать в крайности. Возможно, это вовсе не очередная попытка надавить на нее, ведь Бэла сама видела его реакцию на дочь. В тот момент сразу стало понятно, что Анделино не забудет о существовании Лии и облегчит тем самым жизнь ее матери. Да и желание его было абсолютно законным и в чем-то даже правильным, и Бэла обещала не препятствовать. Целительнице ничего не оставалось, как кивнуть.

Получив этот краткий ответ, Зор вернулся в свое кресло и, указав на бумаги, сказал:

– Раз мы все выяснили, давайте приступим к работе.

День оказался долгим, изматывающим. Новый руководитель подошел к своим обязанностям со всей ответственностью и успел расписать план работ практически для каждого сотрудника. Четко и понятно набросал дальнейшую схему действий таким образом, чтобы каждая свободная минута была задействована для осуществления первостепенных задач. Уже наступил вечер, а Бэла все еще сидела в своем кабинете и изучала списки. Завтра ей следует собрать всех и ознакомить с составленным планом. Стоило признать, что при такой организации работы ее эффективность возрастала раза в два, не меньше.

Однако это не отменяло того факта, что большую часть дня целительница провела в кабинете начальника, слушая его распоряжения, отвечая на вопросы, вводя в курс дела и давая пояснения относительно всех подразделений и их сотрудников. При этом приходилось прикладывать определенные усилия, чтобы не отвлекаться на созерцание склонившегося над документами мага, подмечая, что еще изменилось в его внешности.

Взгляд Зора Бэла тоже чувствовала очень отчетливо. Пока она сосредоточенно черкала пишущей палочкой на почти полностью исписанных листах, ощущала, как он смотрит на нее, и не решалась поднять глаза. Когда все же не выдерживала, встречала лишь его равнодушный взор – знакомо равнодушный, словно тот пылающий огнем взгляд в коридоре ей только почудился.

После подобной эмоциональной встряски ей нужно было успокоиться, поэтому, когда центр опустел, Бэла не пошла со всеми, стремящимися поскорее вернуться домой. Вместо этого отправилась в пустую лабораторию. Она до сих пор не успела провести тот самый опыт и заменить порядок составляющих в двухвалентном опасном соединении из своей формулы.

Сейчас, методично перебирая подписанные колбочки, она выстроила на подставке все нужные ингредиенты, готовясь смешать их и проверить правильность подсказки Зора. Любимая работа здорово отвлекала и успокаивала расшалившиеся нервы.

Первый эксперимент прошел удачно, Бэла изменила порядок составляющих и получила такой же эликсир на выходе. Следующим этапом было добавление одной лишней капли. В итоге свойства конечного продукта оказались чуточку другими, но он отнюдь не был ядовитым. В третий раз Бэла решительно капнула по пять капель каждого составляющего и повторила свою формулу. Цвет эликсира заметно потемнел, однако добавленный в него индикатор вновь не выявил яда.

– Действует. И как же все оказалось просто.

Целительница вздохнула, не зная, радоваться ей в данный момент или сокрушаться. Все же полагалось радоваться, ведь формула работала, и она была ее личной, выведенной путем долгих исследований, Зор всего лишь внес небольшие коррективы. С его опытом не составило труда очень быстро найти правильное решение, а она и подумать не могла, что от перемены мест составляющих конечный продукт перестанет быть опасным.

Стук открывшейся двери привлек внимание – на пороге стоял тот, о ком Бэла в данный момент думала. Только сейчас целительница обратила внимание, что Зор более не носит при себе эсканилор. В ее памяти маг запечатлелся именно с неотъемлемой тростью.

– Премагистр, – вежливо произнес руководитель, скользнув взглядом по расставленным колбочкам и названиям на них. Бэла могла поклясться, что в уголках его губ промелькнула усмешка. – Отчего вы до сих пор не ушли?

– Я проводила опыт, – смешалась целительница, поспешно составляя колбочки в сундучок из темного стекла.

– С сегодняшнего дня расписание станет фиксированным, мисс Хингис.

– Что вы имеете в виду?

– Утром работа начинается в девять часов, без опозданий, вечером заканчивается в шесть, в исключительных случаях в семь. Никаких проектов допоздна. Мне нужны отдохнувшие и выспавшиеся сотрудники, в таком случае работоспособность только возрастает. Что касается вас, премагистр, у вас маленькая дочь, и ей наверняка не хватает мамы. А теперь прошу.

Он указал рукой на дверь, а Бэла промолчала, приходя в себя после этой отповеди. Работы и эксперименты до позднего часа были приняты прежде. Бывший начальник наоборот не любил, когда подчиненные уходили раньше, потому что заданий было очень много, эффективность работы соответственно ниже и сотрудники вечно ничего не успевали. Такое положение дел уже стало привычным.

Молча закрыв сундучок, она последовала за шагающим впереди магом.

– Вас подвезти? – спросил Зор, обратив внимание Бэлы на черный закрытый экипаж, ожидающий у ворот.

– Нет, благодарю, – целительница накинула на голову капюшон старого плаща и посмотрела на дорогу, ища извозчика, – я доберусь сама.

Отвесив Бэле полупоклон, руководитель центра спокойно зашагал вниз по ступенькам, а затем устроился в карете, та покатила по пустынной улице и завернула за угол. Бэла наблюдала этот отъезд и злилась на себя за то, что испытывает некую досаду. Даже уговаривать не стал, просто взял и уехал.

В этот момент на той стороне улицы остановилась наемная коляска, из которой вышли мужчина с женщиной, и Бэла крикнула вознице, чтобы подождал.

Когда открытая повозка проехала мимо, миновав вход в узкий переулок, темнота которого скрывала очертания черной кареты, Зор проводил ее взглядом и приказал кучеру трогать.

– Мама, ну пожалуйста. Одну я ее отпустить не могу. К тому же Лия может испугаться.

– А я, значит, не испугаюсь? Отправить меня, старую женщину, с этим… этим аристократом.

– Мамочка, родная, милая, ну очень тебя прошу.

Бэла подошла к матери, обняла и положила голову маме на плечо. Не выдержав, та провела рукой по распущенным рыжим волосам дочери и тяжело вздохнула.

– Духи с тобой, так и быть, побуду я с ними в этот день, раз уж сама не желаешь ехать.