Десятое Правило Волшебника, или Призрак - Терри Гудкайнд

– И как же? – настаивала Никки.

Наконец Ричард отступил от каменного зубца.

– Нужно поторапливаться. У меня нет времени излагать все это прямо сейчас.

Никки тронулась вслед за ним.

– Я уже многое сопоставила. И готова понять. Ричард, почему ты не можешь сказать мне, какое решение принял?

– Я скажу, – ответил он. – Позже.

– Ты попусту тратишь силы, – едва слышно сказала Кара, обращаясь к Никки, когда зашагала рядом с ней позади Ричарда. – Я уже устала пытаться вытянуть из него это.

Ричард, слышавший замечание Кары, взял Никки за руку и потянул ее вперед.

– Я еще не до конца это все обдумал. Мне еще нужно сложить вместе отдельные части. Я объясню позже, когда мы окажемся на месте, объясню это сразу всем – но сейчас… сейчас у нас просто нет времени. Договорились?

– Окажемся где? – спросила Никки.

– В д’харианской армии. Очень скоро в Д’Хару войдут главные силы Джеганя. И я должен сообщить нашей армии, что мы не в состоянии выиграть битву с надвигающимся на них войском.

– Ну, это должно поддержать их дух, – сказала Кара. – Ничто так не улучшает моральное состояние солдат накануне боя, как сообщение их предводителя о том, что им предстоит проиграть сражение и умереть.

– Мне следует сказать им вместо этого ложь? – спросил он.

Ответом Кары на это был только сердитый взгляд.

На краю крепостного вала, у самого основания башни, Ричард открыл тяжелую дубовую дверь. В помещении внутри горели несколько ламп. Никки услышала, как кто-то торопливо поднимается к ним по каменным ступеням.

– Ричард! – Это был Зедд, за которым по пятам следовал рослый светловолосый уроженец Д’Хары Том.

Ричард остановился, поджидая, когда его дед доберется до верхних ступеней и окажется в этой простой каменной комнате. Зедд подбежал ближе, хватая ртом воздух.

– Ричард! Что случилось? Прибежала Рикка и спешно сообщила, что ты уходишь.

Ричард кивнул.

– Я просто хотел, чтобы ты знал, что я собираюсь уйти, но я не планирую отсутствовать долго. Вернусь через несколько дней. Надеюсь, что тем временем ты, Натан и Энн сможете найти в книгах что-нибудь, что поможет разобраться с магией Огненной Цепи. Может быть, ты даже придумаешь, как исправить искажениям, внесенные гармониями.

Зедд с раздражением отмахнулся от такого совета.

– А заодно, раз уж ты здесь, не мог бы ты очистить небо от этой грозы?

– Зедд, не сердись. Я должен отправляться.

– Хорошо, но куда ты отправляешься… и зачем?

– Я готов сопровождать вас, Лорд Рал, – сказал Том, торопливо входя в комнату.

– Извини, – сказал ему Ричард, – но ты не сможешь пойти с нами. Мы отправимся в путешествие с помощью сильфиды – точнее, внутри нее.

Зедд вскинул руки.

– Ох уж эта сильфида! Ты изо всех сил убеждаешь меня, что магия терпит неудачу за неудачей, а теперь сам намерен доверить собственную жизнь магическому существу? Ты потерял рассудок, Ричард? Что вообще происходит?

– Я вполне осознаю опасность, но вынужден пойти на подобный риск. – Ричард указал рукой. – Ты знаешь вот этот символ, «вспышка звезды», изображенный на двери анклава Первого волшебника? – Когда Зедд кивнул, Ричард похлопал по верхушке своего серебряного браслета. – Он точно такой же, как и вот этот.

– Ну и что? – спросил Зедд.

– Помнишь, я говорил тебе, что он означает? Это предупреждение: не позволять мыслям сосредотачиваться на единственном предмете. Напоминание о том, что следует смотреть одновременно во все стороны и избегать привлечения всего внимания к чему-то одному. Это означает, что ты не должен позволять врагу отвлекать твое внимание и фокусировать его на том, чего тебе надлежит видеть по его желанию. Если ты поддашься на его уловки, то упустишь что-то важное.

– Вот именно от уловки я и сбегаю. Джегань принуждает меня – принуждает всех – сосредоточить внимание на одном-единственном. И я, как дурак, тоже это делал.

– Его армия, – предположила Никки. – Ты это имел в виду? Именно то, что мы все сосредоточили внимание на силах вторжения?

– Вот именно. Знак взрывающейся звезды означает, что нужно быть открытым для всего, что только есть, и никогда не выбирать что-то одно, даже когда пронзаешь своего врага. Это означает, что вместо того, чтобы фокусировать внимание на одном, следует держать разум открытым для всего, даже когда необходимо держать в центре внимания одну, главную угрозу.

Зедд вскинул голову.

– Ричард, тебе следует все же сфокусировать внимание на угрозе, которая скоро уничтожит тебя. Ведь его армия насчитывает миллионы человек. Они собираются сокрушить все, что противостоит им, и превратить нас в рабов.

– Я знаю. Но мы не сможем победить их; мы проиграем битву.

Лицо Зедда стало багровым.

– Стало быть, ты предлагаешь позволить их армии захватить в Новый мир, не встречая никакого сопротивления? Твой план состоит в том, чтобы позволить армии Джеганя свободно грабить города и творить все то, что, по рассказам Джебры, происходило в Эбиниссии? Ты собираешься запросто позволить, чтобы всех этих людей перерезали или превратили в рабов?

– Думай о решении, – напомнил Ричард деду, – а не о проблеме.

– Не слишком утешительный совет для тех, чьи глотки вот-вот перережут.

Ричард застыл и уставился на деда, по-видимому онемев от его слов.

– Послушай, – сказал наконец Ричард, зачесывая рукой волосы назад, – сейчас у меня нет времени, чтобы обсуждать все это. Я поговорю с тобой об этом, когда вернусь. Сейчас время дорого. А я и так потерял его уже слишком много. И теперь надеюсь только, что его осталось у нас еще достаточно.

– Достаточно для чего? – едва не прорычал Зедд.

Никки услышала, что еще кто-то торопливо поднимается по лестнице. И тут же в комнату стремительно ворвалась Джебра.

– Что случилось? – спросила она Зедда.

Зедд махнул рукой в сторону Ричарда.

– Мой внук решил, что мы должны проиграть войну и что нам не следует сражаться с армией Джеганя.

– Лорд Рал, ты не можешь всерьез думать об этом, – сказала она. – Ты не можешь всерьез думать о том, чтобы позволить этим животным… – тут голос Джебры затих, тогда как она пошла вперед, пристально глядя на Ричарда. И замерла посреди движения. Затем, спотыкаясь, отступила на шаг.

Кровь отлила от ее лица. Челюсть отвисла и подрагивала, пока она безуспешно пыталась выговаривать слова. Черты ее лица исказил страх. Голубые глаза глубоко закатились, а сама она погрузилась в обморок.

В тот момент, когда Джебра начала опрокидываться на спину, Том подхватил ее на руки и осторожно уложил на гранитный пол. Все плотным кольцом окружили бесчувственную женщину.