Крылья феникса - Светлана Жданова

— Сияющая Луна, ответь мне — это твое дитя?

Дитя и новообретенная маман переглянулись, ошалело хлопая глазами.

— Но… она была совсем крохой, — наконец выдавила девица.

Ну надо же!

Я икнула и попыталась переварить информацию. Мозг обрабатывать такую солянку отказался, посоветовав засунуть это все в то место, на которое вечно ищу приключений. Обижаться я не стала, понимая, что на убогих зла не держат.

Пока меня занимали разборки с собственной головой, где никак не могли сложиться два плюс два, в большом зале разворачивался семейный скандал.

— Как ты могла, Сияющая Луна? Ты породила дитя и бросила его. Как ты могла скрыть это от меня?

— Как будто я тебя не знаю, — картинно всплеснула она руками. — Сразу бы крик поднял, как же — дочь самого Сияющего принесла незаконнорожденного.

— Ты, моя дочь, должна была знать — я никогда не воспротивился бы этому. И никогда не бросил на произвол судьбы своего потомка. Столетия я просил тебя лишь об одном — родить мне наследника, и делай что хочешь, иди куда хочешь, только дай мне уверенность, что мой род не прервется на беспутной дочери. А ты спрятала от меня свое дитя.

— Ты никогда не признал бы полукровку. Тем более такую. Я же чувствовала — в ней не было ни капли от нас.

— Какая разница — она наша кровь. Ты даже не представляешь, кого привела в этот мир, чью душу возродила из пепла.

Тут я нахмурилась.

«Феникс, о чем они? Кем ты был?»

«Мы были легендой и проклятьем. Но это было очень давно. Не бойся, от этого знания ничего не измениться. «Возродила из пепла», как он прав, и даже не предполагает насколько».

— Все, хватит! — Я встала. — Мне все равно кто вы. И женщину, выбросившую своего ребенка, я никогда не признаю матерью. У меня был самый лучший отец, этого мне хватило. Другого и не надо.

— Лилитана! — приподнял брови тот, кого они звали Сияющим. Мне явно везет на родственничков. Даже предполагаемый дед оказался какой-то шишкой у дэвов. Если я правильно поняла то Раджа это какой-то титул. Знать бы только кто тут этот седовласый.

— Я никого не бросала, — надула губки Сияющая Луна. Небо, неужели эта жеманница моя мать? — Я отдала тебя человеку, ведь так было лучше, не правда ли?

— Правда, — усмехнулась я. — Не представляю, как бы росла здесь. И выжили бы вы. Только ответьте на один вопрос: как получилось, что вы отдали меня папочке только через пятнадцать лет?

— Ну, сразу я не могла родить, отец что-нибудь заподозрил бы. — Я едва ли не прыснула от смеха. — Вот и пришлось временно задержать беременность на ранних сроках. А потом это оказалось так удобно. А когда у меня появилось свободное время, я решила, наконец, избавиться от плода. Ну не могла же я выйти замуж беременной, а в то время ко мне сватался один о-очень перспективный мужчина. Помнишь папочка…

Папочка не помнил, папочка злился, бросая на дочь убийственно грозные взгляды.

Как же я его понимала. Даже мне, знавшей ее всего пять минут, уже хотелось обхватить эту тонкую шейку и хорошенько потрясти, надеясь поставить мозги на место. Как он с ней справляется? Судя по всему услышанному — никак. Такая оторва! Надеюсь, мои дети в нее не пойдут.

А теперь о «моих детях». Кажется, их не будет. Единственного на роль их будущего отца я при первой возможности порву на ленточки, а другого мне не надо.

Замечательно! Все чудесатей и чудесатей.

Как же я устала…

Впервые за столько лет хотелось спокойствия.

— И я послала ей помощника, — меж тем продолжала излияния своей «горькой материнской судьбы» Сияющая Луна.

— Кого? — находясь на стадии истерики, спросила я.

— Такого же полукровку. У нас Эриком всегда были дружеские отношения, — кокетливо улыбнулась она.

— Мэтр Полуден? Небо, во что же вы общими усилиями превратили мою жизнь? — В груди заворочался недовольный феникс. Его острые перья резали внутренности, когти рвали сердце. Даже думать, на что сейчас стала похожа, не хотелось. На бледном лице Сияющей Луны заиграли золотые блики. Сквозь рубашку рвался горящий свет трех тонких полос, оставленных когда-то фениксом, грудь под маленьким шрамом прямо у сердца нестерпимо болела, а листочки из хны свились в острые пики.

Силы покинули так же резко, как и пришли. Передернув плечами, я посмотрела в янтарные глаза дэва:

— Мы здесь не ради составления родословных. Вы потребовали асуров разъяснить обстановку в их Царстве. Тогда какого упыря держите как пленников?

— Почему ты защищаешь их? Это же демоны! — удивилась девушка.

— А кто вы? Чем вы лучше? Их я знаю куда дольше вас. Знаю, что придут на помощь, стоит только позвать, знаю, что позаботятся и никогда не осудят. Они не раз спасали мою непутевую жизнь, а где в то время были вы?

— Прости нас, дитя, — склонил голову старший дэв. — Ты же видишь, женщина, являющаяся твоей матерью, излишне легкомысленна, но я не оставлю тебя без поддержки всего нашего клана.

— Великолепно. Тогда отпустите их, — кивнула я в сторону демонов. — И выслушайте. Хотя вам наверняка и говорить ничего не надо, вы и так все знаете, верно?

— Мы знаем о гражданской войне асуров, — с явным недовольством поделился Сияющий.

— Тогда хотя бы не вмешивайтесь.

— Какое тебе дело до войны асуров? Если из-за твоего неразумного обручения, то мы снимем с тебя все обязательства. Для нас это так же легко, как снять простое колечко с пальца. Думаю, у нас найдется не мало достойных мужей, готовых ввести в свой дом такую необычайную девушку, как ты.

В следующее мгновение на шее моего предполагаемого деда сжалась черная рука с синими когтями, глубоко врезавшимися в плоть. Каким образом асур раскидал охрану и преодолел расстояние, разделявшее нас, так быстро, даже представлять не хочу.

— Никто не заберет ее у меня, — прорычал Данте, прежде чем пятеро вооруженных стражников бросились на помощь своему господину.

…И были сложены кучкой оперативным отрядом теней.

Последив за этим занятным действом, я подошла к Данте и положила руку на дернувшееся плечо.

— Не надо.

Асур немного расслабился, и этого вполне хватило дэву, чтобы одним движением вырваться из его захвата и откинуть от себя на приличное расстояние.

Забавно, но моей первой реакцией на подобное обращение с возлюбленным были клыки.

Здесь цвели самые красивые сады.

Я осторожно ступила с крыла огромной птицы, служившей здесь чем-то вроде воздушных лошадей. Теплая, прогретая земля встретила меня ковром шелковистой короткой травки и радужных цветов. Пальцами я рассеяно коснулась высокого бутона, который тут же уронил лепестки, подхваченные ветром. Они закружились вокруг меня, а затем легли венцом на голове. Только тогда я заметила происходящее вокруг и темную фигуру неподалеку.