Город - Стелла Геммел

Эриш, однако, больше не был ни самым маленьким, ни самым слабым. Не был он и самым старшим в группе из восьми юнцов, но все остальные, в том числе и успевшие превратиться в молодых мужчин, Эриша предпочитали не задирать.

Они выехали из казарм с рассветом, а после полудня углубились в густые дубравы и заросли серой ольхи. Эриш сразу почувствовал, что никогда раньше здесь не бывал: деревья стояли реже, чем в его предыдущие «полеты», подлесок выглядел не таким непроницаемым. Они проезжали большие участки леса, поваленного бурями либо землетрясениями. Их он тоже раньше не видел. Впрочем, обратную дорогу запоминать было без толку – их везли слишком извилистыми путями. Следуя за своими провожатыми, двумя неразговорчивыми солдатами, они вскоре покинули лесной большак, и лошади гуськом двинулись по оленьей тропе. Стояла осень, ночи были холодными, листва успела опасть. Солнце начало уже клониться к горизонту, когда солдаты наконец нарушили молчание: велели им спешиться и собрали коней. После чего отбыли прочь, оставив восьмерых мальчишек на широкой поляне, среди шуршащей палой листвы.

Самые старшие – крепыш и забияка по имени Ранул и тихий темнолицый паренек, звавшийся Сэми, – стали выбирать направление движения, и Эриш счел их выбор справедливым. Ранул объявил во всеуслышание, что до заката им следует пройти как можно дальше на север, и мальчишки двинулись в путь. Однако дорогу им очень скоро преградил глубокий овраг, заросший кустами и заваленный погибшими деревьями. Здесь Ранул вполне здраво решил, что лезть туда в надвигающейся темноте слишком опасно, и они встали лагерем на ночь.

Зажгли костер. Ранул и другие старшие принялись развлекаться, дразня и запугивая малышню. Но впереди у них было полным-полно времени, к тому же все устали после долгой поездки верхом. Ранул с приятелями удовольствовались тем, что наобещали двоим младшим всяких ужасов, и завалились на боковую. Эриш наблюдал за происходившим, но не вмешивался. Ранул был на два года старше, но Эриш видел, как его самого задирали и унижали когда-то, и понимал его жажду отыграться хотя бы и на неповинных. Он не чувствовал презрения к Ранулу из-за такой слабости, разве только из-за того, что тот не в силах ее скрыть.

Когда рассвело, двинулись дальше. Ранул решил поискать обходной путь, благо время позволяло, и повел отряд на восток. Эриш предпочел бы западное направление, поскольку реки в здешних местах текли на запад, но промолчал и двинулся со всеми. Старшие ребята были в восторге, их пьянила свобода от каждодневной тягомотины уроков и упражнений, вольный воздух лился в горло подобно вину. Они бежали по залитому солнцем лесу, наподдавая ногами кучи палой листвы, гикая, крича и валяясь, точно щенки, на земле, застланной багряными и золотыми коврами. Двое младших с несчастным видом тащились вперед, силясь стать как можно меньше и незаметнее. Эриш, как обычно, двигался замыкающим.

Наконец один из старших парней, худой и бледнолицый малый по имени Йан, – в прошлом его прессовали совершенно безжалостно – решил обратить внимание на малышей. Он был перевозбужден весельем и беготней, но все это ему внезапно наскучило. Поднявшись, он отряхнул с себя листья и нашел глазами двоих мальчиков. Те напрасно пытались слиться с древесной корой.

– Вы двое! – крикнул им Йан. – А ну живо сюда!

Те испуганно уставились на него. Он медленно направился к ним. Верно угадав свою участь, младшие повернулись и во всю прыть кинулись удирать. Йан расхохотался и бросился в погоню. Одного он легко изловил. Второй скрылся среди деревьев.

– Придет, никуда не денется, – усмехаясь, сказал Йан Ранулу.

Худенький светловолосый мальчишка тщетно бился в его хватке.

Ранул посмотрел на малыша и с предвкушением спросил Йана:

– А с этим что сделаешь?

– Они торчали тут и смотрели на нас, как два соломенных чучела, – ответил Йан. – Вот и сделаем-ка из них чучела.

Ранул заулыбался. Вдвоем, под смешки и улюлюканье остальных, они стащили с пленника всю одежду. Самого его отшвырнули прочь, а одежду начинили опавшими листьями. Получилось толстое подобие человечка. Его прислонили к дереву.

– Зажигай! – крикнул кто-то.

Эриш покосился на раздетого мальчишку. Тот стоял весь белый и чуть не плакал. Эриш понял: он боялся не просто издевательств, которые могли учинить над ним распаленные старшие. Он успел подумать о том, как вернется голый в казармы. Вот за утрату одежды его накажут так, что мало не покажется.

Когда один из парней вытащил фосфорные палочки и собрался добыть огня, Эриш подумал, а не вмешаться ли. Он прекрасно понимал, что побьет любого один на один, но рукопашная неизбежно перерастет в поножовщину. Потом достанут мечи… И кто-нибудь наверняка погибнет. Тогда их накажут уже всех, что не сумели обойтись без потерь. Он пнул листья под ногами. Листья были очень сухими – ясная погода держалась уже несколько недель. Огонь начнет очень быстро распространяться…

Он хотел об этом сказать, но из леса, куда убежал второй мальчик, раздался крик, полный боли и ужаса. И тотчас же остервенелый лай. Все вместе звучало так, что у Эриша застыла кровь в жилах. Ребята замерли, переглядываясь, словно ожидая друг у друга поддержки. Потом сорвались с места и побежали на крик.

Одолев невысокий подъем, они остановились как вкопанные. Стая собак десятка в два, если не больше, терзала тело мальчишки. Он был, конечно, уже мертв, псы грызли его и грызлись над трупом. Огромный кобель, черный, крепко сбитый, обернулся и посмотрел на ребят. Маленькие глазки горели злобой, в зубах – клочки кровавого мяса, в широкой груди уже зарождался угрожающий рык…

Они попятились от невыносимого зрелища. Одного начало рвать, он беспомощно согнулся, остальные кинулись наутек. Так они и вылетели назад на поляну, где светловолосый уже раздел «чучело» и торопливо натягивал одежду.

– Что случилось? – с ужасом в глазах спросил он.

– Его больше нет, – коротко ответил Эриш.

Потом схватил малыша за руку и помчался с ним следом за остальными.

Они бежали и бежали, не считая лиг, пересекая открытые луговины, взбивая ногами листья в залитых солнцем пущах… Сперва сзади было тихо, потом начал раздаваться лай преследующей своры. Такой жуткий, что животы сводило судорогой.

Совладав с первоначальной паникой, Эриш принялся думать. Стая гналась, но собаки успели утолить голод и не слишком старались, иначе давно бы уже настигли мальчишек. Опять же, бежать в темноте было гиблым делом, а значит, следовало найти убежище до наступления ночи. Можно было бы влезть на деревья, но они, на беду, всюду кругом выглядели хилыми и ненадежными. Единственным, что могло заставить псов отступить, был огонь. Продолжая бежать, Эриш начал высматривать подходящее место, чтобы занять оборону.

Деревья в очередной раз расступились. Ребята оказались на пересеченной местности. Отлогая ложбина постепенно сужалась, скалистые склоны холмов сдвигались, превращая ее в теснину. Заметив подходящее место, Фелл окликнул Ранула. Тот помедлил, на раскрасневшемся лице возникло сердитое выражение.