Права и обязанности - Карина Пьянкова

Лэн был спокоен и сдержан, будто в нем осталась какая-то часть Райвэна, неподвластная сну. Эльфенок ни разу не сорвался, не ударился в слезы, просто отошел от злополучного оврага, ставшего временным пристанищем Владыки, последним. Подобной выдержки от Лаэлэна никто не ожидал. Килайя тоже не ударилась в истерику, хотя это было и неудивительно, ведь, несмотря на всю свою вспыльчивость, воины народа лесных демонов славятся выдержкой. К несказанной радости Эрта, сестра главы клана Рябины не оказалась исключением из этого правила.

Это странное прощание с Райвэном повергло всех в странную, необъяснимую тоску, будто прощались не с уснувшим на время драконом, который рано или поздно должен очнуться от своего забытья, а с умершим, и злосчастный овраг казался могилой, где оставили друга. И как ни пытался орк неуклюжими шутками успокоить друзей, лучше почему-то никому не становилось…

Хмурые стражи у ворот славного города Сэлижа с некоторым негодованием смотрели на приближающуюся к ним толпу. Совсем совесть потеряли, морды разбойные! Это ж надо! Банда Душителя Крома сама в город пожаловала! Больше некому. Только этот бандюга к себе в банду нелюдей берет. А вот и он сам… Здоровенный-то какой! Да еще и в кольчуге. Бабы еще четыре… Или не бабы это вовсе? Нелюдь, говорят, любит длинные волосы носить. Хотя бы попытались тайно в город пробраться, паскуды, ну есть же хоть какие-то приличия и у разбойников!

– Сержант, вы только гляньте… – обалдело прошептал, выпучив от удивления глаза, конопатый Кнас, сестрин сын, которого он пристроил в стражу. – Чего ж делать-то?!

– Чего делать! – зло передразнил паренька сержант. – Ноги в руки и тикай до магиков! Пусть помогают. Говорят, что у Крома тоже колдун в банде имеется.

Отряд у городских ворот встречала целая делегация, причем вооруженная и злая, как потревоженный осиный рой. Причины столь теплого приема никто понять сразу не смог, да и позже сообразить, почему их так пламенно невзлюбили, тоже не получилось. Просто не успели.

Стражники орали что-то про разбойников, но доблестные защитники всего живого просто не могли отнести подобные высказывания на свой счет. Уж они-то разбоем точно никогда не занимались. Ну не считать же преступлением конфискацию транспорта у тех бандюг в лесу?.. Или считать?

– Кажется, нас здесь не любят, – констатировал Грэш, чувствуя, как его покидает вечный оптимизм, который свойственен оркам в той же мере, что и грубость. Естественно, ни о каком оптимизме, сидя в тюрьме, говорить не приходится.

– И как же ты догадался?! – язвительно спросила Грэша Килайя, которая страстно желала схватиться хоть с кем-то. Такого унижения девушка никогда в жизни не испытывала: у нее отняли оружие, посадили в сырую зловонную камеру, в каких держат воров и убийц!.. Брр! Какой стыд!

– А еще эти доблестные блюстители закона пообещали, что завтра утром нас повесят… – напомнил Кот, который сидел в самом дальнем углу, обхватив колени руками. – А нас с Илнэ заперли в человеческой форме… Даже когтями никого не приласкать…

– Я просто счастлива… – пробормотала демонесса. – И что, мы позволим этим ненормальным повесить нас просто потому, что им показалось, будто мы бандиты?! Я еще и сотни лет не разменяла!!! Я жить хочу!!!

– Можно подумать, здесь кто-то жить не хочет, – равнодушно отозвался Айэллери, который уже попрощался с надеждой выбраться из этой передряги целым и невредимым. Жалко было, что Лэн так мало увидел за свою жизнь…

– Ты же маг! – возмутилась демонесса, бессильно опустив руки.

– Да на мне сейчас столько блоков, что дышать и то трудно! – раздраженно воскликнул эльф. – Меня местные маги так разделали, что я даже банальный телекинез использовать не в состоянии! Да еще и есть жутко хочется…

– Тебе лишь бы пожрать, – беззлобно поддел Перворожденного орк. – А глиста наша чешуйчатая помочь не может, хрыч бородатый? – спросил Грэш у насупившегося гнома, который забился в самый дальний угол и угрюмо молчал.

– Не знаю, – честно ответил Эгорт. – Если бы Владыка погиб, то точно помог бы нам, но он в спячке… Еще никогда не случалось, чтобы дракон, дав клятву и не успев ее исполнить, впал в спячку. Я просто не представляю, как клятва действует, и, стало быть, не могу ничего предполагать.

– Ничего не скажешь, обнадежил… – ворчливо откликнулся Эрт. – Значит, наше путешествие окончится на виселице. Какая прелесть!

«По крайней мере, он ничего не узнает!» – со странным облегчением подумала Килайя, непонятно почему успокаиваясь.

– Ну а ты-то что молчишь, Лэн?! – обратился к эльфенку драконоборец. – Ты же на него запечатлен!

– И что? – ехидно поднял бровь Лаэлэн. – Райвэн не давал мне возможность полностью слиться с его сознанием, а при неполном запечатлении мне ничего, кроме эмоций, почувствовать не удалось, да и то я улавливал только сильные переживания. К тому же когда Райвэн в спячку впал, я его вообще чувствовать перестал, будто его нет.

– Просто потрясающе… – подвела итог Илнэ. – Значит, мы бездарно гибнем в этом мерзком городишке, а дракон так и остается валяться в овраге до своего триумфального пробуждения. Все лучше не придумаешь!..

Рябой Ясь всегда отличался наглостью, смекалкой и смелостью, за что его деревенские девки и любили. Вот и в этот вечер он решил прогуляться у края разбойничьего леса и поискать схроны, в которых банда Крома частенько оставляла что-то из добычи, когда приходилось уходить от стражи налегке. Ясю уже доводилось находить такие тайники. Много парень, конечно, брать не решался, чтобы не навести разбойников на мысль о том, что неподалеку бродит нахальный воришка, но и того, что он получал, было достаточно для безбедной жизни.

Проходя мимо знакомого оврага, в который часто спускались на водопой козы (в нем протекал небольшой, но быстрый ручей), селянин обнаружил, что выглядит овраг странно.

«Глянь-ка… Что-то в Козьем-то овражке веток чересчур много… Неужто решили прямо здесь припрятать? – удивился парень, ползком подбираясь к предполагаемому схрону. – Совсем страх потеряли! Здесь же стража каждую кочку обыскивает!»

Умом-то шустрый крестьянин понимал, что такой небрежности разбойники, которые не первый год держат в страхе всю округу, допустить уж точно не могут, но любопытство на пару с жадностью упорно тянуло его к проклятущему оврагу.

– Я только одним глазком! – шепотом непонятно кому пообещал Ясь, спускаясь.

Слева от ручья лежала куча свежих веток, которая явно что-то под собой скрывала.

Надеясь на что-то стоящее, паренек принялся откидывать ветки…

Когда его рука наткнулась на что-то мягкое и холодное, Ясь едва не заорал. Под ветками лежал труп, причем совсем свежий.

– Из благородных, – пришел к выводу воришка, вглядываясь в умиротворенное тонкое, обрамленное черными, чуть волнистыми волосами лицо, поражающее своей странной красотой. – И, видать не без эльфийских кровей…