Свободное падение - Лорен Миллер

Мне было противно ему врать, но я сомневалась, что обещание молчать, данное тайному обществу, не распространялось на близких друзей.

– Что ж, очень рад за тебя. А у меня тоже есть хорошие новости. Этот телефонный номер совпадает с именем владелицы. Он принадлежит Кристин Хильдебранд – психиатру клиники Гарвардского университета. Написание имени точно такое же.

Мое тело покрылось гусиной кожей. Я мгновенно вспомнила эту фамилию.

– Ее подпись стояла в маминой истории болезни! Доктор К. Хильдебранд. Она подписывала все ложные психиатрические освидетельствования. – Я даже стиснула кулаки.

– Тогда кто написал ее имя на странице «Потерянного рая»?

– Не знаю. Вероятно, тот, кто сунул мне под подушку мамин табель. Кем бы ни была эта Кристин, нам нужно с ней поговорить.

Я достала «Джемини», решив сделать это немедленно. Норт схватил меня за руку.

– Не говори ей, кто ты! – предупредил он. – Если ее имя значится в твоем списке угроз, то и ты тоже присутствуешь в ее списке. Люкс сразу же отсоветует ей встречаться с тобой.

– Ты прав, – согласилась я, пряча унисмарт. – Лучше встретиться с ней. Застать ее врасплох. Мы можем сейчас поехать в Бостон?

– У меня не получится, – покачал головой Норт. – В полдень придется выходить на работу вместо Кейт. Она, похоже, пошла грипповать по второму кругу.

Я вопросительно посмотрела на Херши.

– И не жди, – отмахнулась та. – Я скрываюсь. Мне нельзя светиться.

– Я понимаю, что тебе не терпится поговорить с этой женщиной. – Норт старался говорить мягко. Наверное, боялся, что я поеду одна. – Но почему бы не дождаться понедельника и не поехать к ней на работу? Если ты явишься к ней домой, это ее сразу насторожит. И потом, мы не знаем, где она живет.

Норт говорил здравые слова, однако понедельник казался мне безумно далеким. Но и одна я ехать не хотела. Придется ждать.

На унисмарт пришло новое сообщение. Номер был скрыт. Мелькнули греческие буквы, которые превратились в английские слова:

Дзета, ты прошла наши испытания. Прошла успешно. Сегодня вечером в 22:25 будь у ворот кладбища Гарден-Гроув. Раньше этого времени не приходи, но и не опаздывай.

– Еще одна порция хороших новостей? – спросил Норт, видя мою улыбающуюся физиономию.

– Ага, – соврала я, быстро спрятав унисмарт. – Школьные дела.

Херши недоверчиво посмотрела на меня. Она не купилась на мое вранье, но и выдавать меня не стала.

– Раз уж мы заговорили о школьных делах, мне пора. Целая гора домашних заданий.

– Посмотри: Гриффину уже сделали операцию, – сказала Херши, кивая на экран телевизора.

Звук Норт выключил, но внизу шло короткое текстовое сообщение: «По мнению врачей, нейрохирургическая операция, сделанная генеральному директору корпорации „Гнозис“ Гриффину Пейну, прошла успешно».

У меня отлегло от сердца.

– Он обязательно поправится, – прошептала я. – Кстати, что ты узнал насчет Бека? – В суматохе утра я совсем забыла, зачем приходила к Норту. – Ты сумел хакнуть его профиль?

– А ты что, хакер? – удивилась Херши.

Я поморщилась. Это она тоже видела.

– Не боись, я никому не скажу, – пообещала Херши.

– Никакой Норт не хакер, – быстро возразила я. – Я у него спросила, можно ли…

– Рори, все нормально, – вмешался Норт. – Херши можно доверять. А до профиля Бека я не добрался. То есть мог бы добраться, но там всего лишь шаблон сайта. Данные перемещены на другой сервер.

– Тебя это не удивляет?

– Не-а. Я так думаю, «Гнозис» под «Джемини голд» построил новую инфраструктуру. Едва Бек стал бета-тестером, его профиль перекочевал туда. Влезть туда не очень сложно, но сначала нужно найти вход.

– Слушай, а твой парень становится таким горячим, когда говорит о хакерских делах, – усмехнулась Херши. Я выпучила глаза. – Рори Воган, не играй в застенчивость, – сказала она, вставая в свою любимую позу. – Мы обе знаем, что ты скучала по мне.

Я невольно улыбнулась. Херши была права: мне ее недоставало.

Поздним субботним вечером, ровно в 22:25, я подошла к воротам кладбища. Впервые за эти недели я воспользовалась подсказками Люкса, поскольку хотела прийти точно в назначенный срок.

У ворот стояла фигура, закутанная в плащ и похожая на вестника смерти. На мне было теплое длинное пальто, но меня пробрала дрожь.

– Привет, – раздался знакомый голос.

Это был Лиам.

– Готова? – спросил он.

– Да, – ответила я и открыла рот.

* * *

Воздух в подземелье был холодным и неподвижным. Я часто моргала, стараясь, чтобы глаза поскорее привыкли к темноте. Где-то рядом находились и другие. Я слышала шорохи и шелест, но окружающее пространство оставалось непроницаемо черным.

Потянулись минуты. Тишина становилась гнетущей. Постепенно глаза освоились с темнотой. Я начала различать фигуры приглашенных. Все приходили парами: член общества вел с собой кандидата. Тишина уже не была полной, как недавно, но разговоров я не слышала.

Голос зазвучал неожиданно:

– Примите наши поздравления! Испытание окончено. Одиннадцать из вас успешно выдержали его.

Я узнала голос человека в маске змея. Как и сейчас, он использовал преобразователь. Но сегодня он говорил проще, свободнее, без официальности. Даже добрее. Я улавливала знакомые интонации, однако не могла вспомнить, у кого я их слышала.

– Мы знаем: у вас накопились вопросы. Вы хотите знать, кто мы такие, в каком месте происходит эта встреча и что означают наши маски. – (В темноте послышались нервные смешки.) – Обещаю вам: очень скоро вы получите ответы на все ваши вопросы. А пока что могу сказать: мы называем себя «hoi oligoi sophoi» – Немногие Мудрые. Или просто – Немногие.

Послышался громкий хлопок, и сцена осветилась огненным кольцом. Человек в маске змея стоял внутри огненного кольца. Его голову покрывала огромная золотая корона. Это сразу напомнило мне принца Джона из старого мультика о Робин Гуде. Я закусила губу, чтобы не рассмеяться.

– Вы были избраны, – продолжал Змей, перекрывая треск огня. – Теперь вы сами должны сделать выбор. Если вы примкнете к нам, от вас потребуется заявить о готовности посвятить свою жизнь служению другим. Использовать ваши способности и таланты для улучшения человечества. Вы будете призваны для более величественной и значительной цели: видеть мир не таким, каким он есть, а таким, каким он мог бы стать.

«Видеть мир таким, каким он мог бы стать». Как раз на это и был направлен голос Сомнения. Он давал человеку особое зрение, позволяя видеть дальше настоящего момента. «Более величественная и значительная цель». Да. Такое по мне. Я хотела жить не только для себя.